ту сторону наушника, содрал костяшки в кровь и желал вновь услышать предсмертные хрипы из горла уже настоящего Нортона. Всё это время он знал, знал о том, что они заявятся сюда и сделают всё возможное, чтобы уничтожить его. Сбежал, побоявшись за свою жизнь? Нет, всё куда ироничнее. Они попали в заранее готовые сети этого чёртова ублюдка. Эрик судорожно закашлялся и прошипел не своим голосом проклятья о том, что станцует на его костях, как только выберется отсюда.
– Где Ник? – всё тот же смех и тихое дыхание в наушник. – Отвечай!
~ Почему ты так печёшься о жизни этого предателя? Ник, ты разве не рассказал малышу о том, как бросил его родителей на верную смерть. Знаешь, по его молчанию, я могу судить о том, что он впервые слышит об этом, да, Эрик? Боже, всё это время ты лгал ему и надеялся искупить вину? Какой же ты жалкий, вот кто настоящий убийца. Твои родители приходили к нему в день своей смерти, надеясь укрыться с моими данными, переждать и, возможно, попытаться таким образом защитить своего ребёнка, но знаешь, что сделал Ник? Он выставил их за дверь, боясь огласки о том, что скрывает в своём доме преступников. Служба превыше чужих жизней, верно? А сейчас ты снова наступаешь на те же грабли, запуская парнишку в мои сети. Как печально, что именно сегодня закончиться история рода Майер. ~
Эрик слышал душераздирающие крики друга, которого пытал Нортон, но не мог ничего сделать, как в тот самый день, оставаясь лишь зрителем. Осознание причастия Ника к смерти его родителей било прямиком по голове пятикилограммовым грузом, доводя до холодного оцепенения и паники, бурлящей в глубине души. Он верил ему, верил в искренние намерения парня, но всё это оказалось ложью? Он правда хотел этого с самого начала? Стоя на месте, Эрик не мог собраться с мыслями, крича в наушник от злости.
– Это правда? Скажи мне хоть сейчас правду, Ник, всё это было ложью с самого начала?! – Эрика трясло, колотило от накатившей дрожи и паники. Он хотел услышать эти слова именно от него, надеясь, что всё это очередная шутка, но голос срывался на каждом последующем слове. Но перед оглушающим выстрелом, он услышал только тихое: "Прости меня, Эрик, я не смог защитить тебя". В тот момент сердце обоих парней разбилось вдребезги, и тишина стала невыносимой.
~ Ох, Ник выглядит так прелестно в окружении собственной крови, безумно похоже на тоже творение, какое я сотворил с твоей матерью. Скажи мне одну вещь, Эрик, ты правда меня ненавидишь? Мне это льстит. Никогда не думал, что скажу это, но я верил в то, что в этой игре мы сможем отлично повеселиться, но вы меня огорчили. Ты правда думал, что все свои труды я оставлю в лаборатории? Наивный. Кстати, спасибо за Эллиота, вы ловко попались в мои сети. Ты не заметил ничего странного, когда пришёл в лабораторию? Тик-так, тик-так. Никто не говорил, что Эллиот мне нужен живым, мне лишь нужен его сенсор, который имеет огромную ценность для будущего поколения. Скоро всё здесь взлетит на воздух. Бах! А вот его сенсор останется невредим~
Эллиот нервно сглотнул, хватая парня за руку и выбегая из кабинета в тщетных попытках найти выход. С самого начала их затея была обречена на провал, нужно было догадаться по количеству человек в здании, что вся эта операция была лишь для того, чтобы заманить их сюда и подорвать, как никчёмное пушечное мясо. Писклявый искусственный голос эхом проходился по всему зданию, в котором два парня отчаянно искали выход. Эллиот почти волок по пятам Эрика, который хоть и отходил от шока, но крайне медленно для их ситуации, от чего робот буквально вырвал у него из рук наушник, переворачивая его корпусом к себе. Его лицо не выражало никаких эмоций, будто он вовсе не был здесь с ним. Это настораживало и дико злило.
Самоуничтожение произойдёт через 3 минуты 27 секунд.
– Эй, прошу смотри на меня, – Эрик пытался сфокусироваться на голосе, но всё это выходило крайне плачевно, из-за чего через секунду по его лицу хорошенько прошлись кулаком, разбивая губу до крови. Моментально повернув голову, он наткнулся на разъярённого Эллиота, таким он его видел впервые, и, наверное, в таком состоянии это вмиг его отрезвило, хотя робот до сих пор не отпускал ворот его куртки, сжимая её до боли в собственных руках.
– Знаешь, я никак не подписывался умирать таким образом, не исполнив то, что мне было предначертано, и я хочу, чтобы ты наконец пришёл в себя и помог мне выбраться отсюда. Я знаю, как тебе тяжело воспринимать мои слова, но, Эрик, не один ты потерял всё в своей жизни. Чувство вины тут же укололо парня где-то под рёбрами, наблюдая за смягчившемся выражением лица парня. Он прав, сейчас на кону стояла их жизнь и кроме них самых, никто не поможет им выбраться. Он оба привыкли справляться сами, не становясь зависимыми от других, никогда нельзя точно сказать, хорошо ли это или плохо. Но поднявшись по лестнице на верхний этаж, Эрик заметил закрывшиеся двери и резко вспомнил единственный запасной выход на самом высоком этаже. Крыша. Это был единственный шанс на спасение.
Самоуничтожение произойдёт через 5,4,3,2,1…
8 глава
Всё возможно, если есть лишь один день.
Я готов на всё, что угодно.
~Только кровь истинного остановит затмение, прольёт свет на давно позабытое прошлое. Время остановит свой ход, и жизнь обретёт иное значение. Опасайся красной ленты~
Эллиот никогда не мог понять, как долго человек может чувствовать физическую боль, истощать свои ресурсы и в конце сделать последний вздох, ведь от этой боли можно было сбежать, нечестно, оставляя душу на съедение внутренним монстрам. Никакая анестезия не сможет пробраться до души и залечить раны, которые кровоточат с каждым разом всё больше. Место, в котором они находились с Эриком провоняло сыростью вкупе с чем-то мерзким и зловонным, не удивительно, ведь этот район славился своими призрачными улицами и застывшими пейзажами, будто художник оставил свою работу, предварительно выплеснув на неё кислоту, чтобы гнила и не мозолила глаза своими недостатками. Эрик неспроста привёл их сюда, зная, что государственная армия обходит этот район стороной, да и в таком состоянии Эллиот вряд ли смог бы пройти большой путь до моста Банпо. Через него проходило шоссе, которое могло дать им возможность перебраться на ту сторону и временно залечь
