Я подошел ближе. Мертвая голова не пугала меня, как раньше. Останки девушки были полностью иссушены, но вот кишки, размотанные под столом, привлекли мое внимание. Раньше с помощью старого камня я не улавливал разницы между ними и другими останками жертвы. Были случаи, когда мне казалось, что я вижу ворсинки души, но сколько я ни присматривался, найти подтверждения своему предчувствию не мог.
С новым камнем я четко и ясно увидел несколько ворсинок души на кишках, хоть их и было очень мало, но все были темно-зеленого цвета. Было такое впечатление, что это неповрежденная душа.
– Инспектор, – позвал я, и тот, встрепенувшись, подошел ближе.
– Помните, вы просили говорить обо всем необычном в деле Кукольника, что я замечу, даже о самой малости?
– Конечно. Что ты увидел?! – Он весь подобрался и стал похож на охотничьего пса.
– Душа на кишках более насыщенного цвета, чем должна быть… – Я помедлил, чтобы перевести терминологию ремесленников на простой язык. – Такое впечатление, что это принадлежит не жертве. Такого просто не должно быть, что руки, ноги и голова не имеют совершенно ничего, а органы жертвы имеют ворсинки души такого насыщенного цвета.
– У нас что, две жертвы? – не понял он. – Такого быть не может, он не убивает сразу по две девушки, иначе бы мы находили и другие останки.
– Я лишь говорю то, что вижу, – пожал плечами я. – Если бы у меня был под рукой аниматрон, я бы смог выделить остатки эссенции и передать вам.
– А ты разве сам не можешь это сделать? – удивился он.
– К сожалению, это могут делать только антианиманты. – Я пожал плечами.
Я подошел к разбросанным внутренностям и, присев, брезгливо дотронулся до них.
– Обычные ремесленники вроде меня могут это делать только с помощью прибора, пропуская душу через себя в приемник.
Едва я договорил, как неожиданно для самого себя ощутил небольшой прилив сил, и голова прояснилась. Не понимая, что произошло, я достал камень и посмотрел на внутренности, к которым прикоснулся. Они были абсолютно пусты, без малейшего намека на ворсинки души, которая держалась на них еще минуту назад.
– Эй?! Парень?! – Голос инспектора вывел меня из ступора. – Что произошло? Ты чего замолчал?
– Похоже, я могу это делать… – В легком шоке я поднял на него глаза. – Могу вытягивать души без согласия владельца!
– А ты раньше пробовал это делать?
Тут я вспомнил единственный случай, в кабинете директора, когда тот попросил меня разрезать ему руку с помощью артефакта. Но ведь тогда я ничего не ощутил! Никакого вливания чужой души. Тогда я посчитал это просто очередной проверкой!
– Да… то есть нет. – Я не знал, как правильно ответить. – Один раз, но никакого забора души при этом не было!
– Что-то мне подсказывает, что ты врал, что ты первый ученик на своем году обучения, – хмыкнул инспектор, вогнав меня в краску. – Слишком много у тебя «если», «как будто» и «не понимаю».
– Эй! Я только на втором курсе! – возмутился я, но умом понимал, что в его словах есть зерно истины.
– Ладно, если у тебя других замечаний нет, то сержант вернет тебя домой.
– Инспектор! – Я поднялся с колен и упрямо поджал губы. – Я спрошу у директора, как такое возможно, или найду, где можно об этом прочитать.
– Вот и славно. – Его хмурое лицо осветила мимолетная улыбка, и он подтолкнул меня к двери. – Я думаю, это очень важно, поэтому, как только будут новости, сразу мне сообщи!
– Сэр! – Я остановился в дверях. – Я раньше не лез в это, но, может быть, расскажете мне, как так происходит, что молодые девушки остаются одни и их похищают? Как так происходит, что преступник убивает и убивает, неужели его никто не видит?
Он нахмурился и тяжело вздохнул.
– Знаешь, Рэдж, это трудные вопросы, и рассказывать о них нужно точно не на пороге дома поздно ночью. Предлагаю, когда ты найдешь информацию по своему вопросу, встретиться, и ты получишь ответы на вопросы в области сыска.
– Да! Хорошо, спасибо, мистер Райт! – Я обрадовался, что между нами установились нормальные отношения. Раньше он не хотел даже слушать меня, говоря, что мое дело лишь осматривать трупы.
Прошла неделя, но ответов на интересующие меня вопросы в библиотеке я не нашел – там просто не было книг с такой тематикой. Как бы мне ни хотелось, пришлось обращаться к человеку, чья высокая репутация в области ремесла была всем известна. Правда, я пока еще не решался рассказать кому-то о своей недавней возможности, ведь на уроках нас просветили, что все антианиманты стоят на учете в тайной полиции, а знакомиться с ней у меня не было никакого желания. Тем более я не мог сказать наверняка, что обладаю этим талантом, ведь, в конце концов, это был не живой человек, а останки.
– Сэр ван Рональд! – Едва закончился урок, я дождался, когда все выйдут из класса и обратился к директору, пока тот собирал аниматрон.
– Да, мистер ван Дир?
– У меня загвоздка, и я никак не могу найти в библиотеке книг, которые помогли бы мне найти решение.
– Какая же? – удивился он.
– Как может быть так, чтобы из разных частей тела человека душу отняли по-разному? Например, на руках, ногах, голове остатков души нет, а на внутренностях она выглядит как совершенно неповрежденная.
От моих слов его глаза стали сужаться, и он становился серьезнее, так что его вид напугал меня.
– Где ты такое видел? – Он подошел ко мне и требовательно поднял рукой мой подбородок, заглядывая в глаза.
– Последняя жертва Кукольника. – Я удивился его поведению. – И то я смог рассмотреть разницу только с помощью нового камня. Раньше я таких изменений не видел.
– Это очень плохо! – Он отпустил меня и повернулся спиной. – Мне придется сообщить об этом в цех. Ты говорил об этом полиции?
– Да, но без подробностей. Я и сам об этом толком ничего не знаю. – Меня удивила его реакция, он явно что-то знал. – Сэр?!
– Пора выдать тебе доступ к третьей секции, Рэджинальд. – Он серьезно посмотрел на меня, повернувшись. – Ознакомься с трудами сэра Винкеля и сэра Огюста. Там будет ответ на твой вопрос.
Вот этой новости я очень обрадовался.
– Подожди, пока придут мои помощники, – попросил меня он, – и проследи, пожалуйста, чтобы к аниматрону никто не прикасался. Мне нужно срочно уведомить совет о том, что ты мне сейчас рассказал.
– Хорошо, сэр. – Я склонил голову.
Ждать пришлось долго, и от нечего делать я вспомнил о том, что обещал инспектору. Преподаватели запрещали нам пользоваться прибором, когда рядом не было кого-то из них, но если сейчас его заберут, то чужая душа просто растворится в моей! И как я на уроке объясню, что мне нужно слить чужую душу? Ведь переносить в себе души, как и насильственно их забирать, могут только антианиманты.
