Прежнее заклинание, удерживающее прореху запечатанной, рассеивалось. Щелевик пошевелился, выпутываясь из невидимых нитей. Марево выплёвывало угрожающие языки зеленоватого густого тумана. Среди них терялись бесформенные тела нечисти, но чувствовалось, что вот-вот прореха распахнётся, выпуская чудовищ. Что потом? Я старалась не думать о возможном финале случайного стечения обстоятельств. Если бы мы не пришли в мастерскую…
«То всё равно оказались бы здесь позже. Именно в таких случаях зовут некроманта…», — напомнила я себе.
Движения Вальда оставались точными и лаконичными. Он знал, что делает. Я опять засмотрелась, как ловко он направил призванную тень, образ самого себя, к порталу. Копия некроманта повторила движения хозяина и призвала в помощь точно такую же чернильную фигуру. Вдвоём они занялись щелевиком и входом в наш мир.
Всё это выглядело так непривычно, пугающе, но одновременно притягательно, что я отвлеклась от прочих мыслей. Расслабилась и пропустила момент, когда Вальд кинулся в мою сторону. Его горящий холодной зеленью взгляд не предвещал ничего хорошего. Обычно глубоко чёрные глаза наполнились силой дара некроманта.
Я отшатнулась и вжалась в край подоконника. Было бы возможно и в окно бы выскочила, как собиралась поступить минуту назад. Он загнал меня в ловушку, откуда теперь не вырваться.
— Где оно?! — прошипел Вальд.
Его пальцы впились в плечи, сдавили до хруста. Чёрные глаза пылали яростью.
— Что? Ты делаешь мне больно!
Я попыталась сбросить терзавшие меня руки, вывернуться. Задыхалась от страха и стыда.
— Кольцо! — Вальд навис надо мной, сильнее прижал к окну торсом, но всё же отпустил плечи. — Ты взяла его с собой! Плевать хотела на приказ! Ты всех угробишь, пустоголовая девчонка!
Ни один мужчина не касался меня настолько откровенно. Я ощутила, как тело Вальда напряглось, став каменным, чувствовала, как часто взымается грудь от прерывистого дыхания. Наши взгляды встретились. Мы замерли в этой странной близости. На миг Вальд словно забыл, что собирался сделать, а я растеряно кусала губы.
Наконец некромант моргнул и тихо рыкнул, встряхнув так, что голова закружилась.
— Отвечай! Где кольцо?! Нет времени!
Наверное, было бы не так жутко накричи он на меня. Но некромант каждое слово вкручивал в сознание с негромкой силой. Я дрожала, а он прошёлся ладонями по телу, не иначе, как в поисках украшения. Пальцы путались в застёжках. Только подумала я совсем о другом и упёрлась руками в грудь Вальда, сопротивляясь, как могла. Не кричала, как будто боялась, что портной услышит. Только громко и возмущённо сопела.
Мы возились возле окна, а две чёрные фигуры у портала сдерживали щелевика и его соплеменников. В меня же точно вселился один из них. Я не желала подчиняться некроманту.
— Отдавай кольцо! Или я сорву с тебя это проклятое платье, Глория!
Я не поверила, что он способен исполнить угрозу. И зря…
Вальд рванул за ворот и ткань с треском разошлась до плеча. Невольно прижав руки, я закрылась от торопливых прикосновений некроманта. Его кровь оставляла бурые пятна на обнажённой коже. В невероятно тёмных глазах плясали зелёные огни. Две бездны — глаза Вальда — затягивали в водоворот похуже мертвящего марева. Я позабыла о портале, заглянув за край совсем другого мира. Там было холодно и одиноко. И очень страшно. Я еле устояла на ногах. Упала, если бы он не придавил меня к подоконнику бёдрами.
Запрокинув голову, я точно парализованная наблюдала, как он занёс надо мной кинжал. Не в силах выдержать напряжения, я зажмурилась.
«Это конец. Сейчас он убьёт меня».
Кто знает, насколько далеко распространяется власть наставника над учеником? Королевский закон отдаёт любого избранного некроманту. Не спрашивая желания. Так почему бы не распорядиться чужой жизнью и тут? Я разозлила Вальда и нарушила правила. Исполнив долг по сдерживанию чудовищ, он решил, что пришло время наказания.
Шнурок, на котором висело кольцо, натянулся, врезаясь в шею. Одним движением Вальд подцепил верёвочку лезвием и сдёрнул украшение. Осмелившись посмотреть, что происходит, я увидела, как он бросил колечко в кувшин с водой, оказавшийся рядом на одной из полок. Над поверхностью сосуда поднялось зелёное облачко.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Резко, с облегчением выдохнув, Вальд отвернулся.
— Выйди из комнаты, — приказал он.
В его словах слышалось: «Уйди и не показывайся мне на глаза, пустоголовая!».
Поддёрнув ворот, сжимая края ткани в кулаке, я выскользнула прочь. Мамино кольцо осталось лежать на дне кувшина, и это причиняло мне боль. Часть меня осознавала, что сама накликала беду, но то, как Вальд набросился на меня…
Во всей каше из обиды и чувства вины, бессмысленно варившейся в голове, я смогла выловить лишь одну мысль.
«Что-то не так… Он стал ещё меньше походить на человека после этой ночи. После разговора с кем-то в мансарде».
Я решила, что должна разгадать эту тайну, но пока не имела сил, чтобы просто стоять
+++
После мастерской наставник ринулся прочь из города. Точно очень торопился куда-то.
«Наставник… Быстро же ты смирилась, Лори», — я горько усмехнулась.
Он посадил меня перед собой на коня. Безвольную и пустую. Я буквально валилась с ног, а Вальд держался прямо и решительно, смотрел с досадой и холодом.
«Стальной колдун…», — подумала я, трясясь на лошади.
Вальд придерживал меня, прижав к себе. И я ни на минуту не забывала прикосновение его сильного тела, там, в комнате. Почему-то оно волновало до мурашек. Танец с молодыми лордами никогда не будоражил настолько, чтобы я теряла голову. Теперь же… Я больше думала о руках некроманта, скользящих по телу, а не о том, как гадко и жестоко он поступил. Судорожный вдох невольно сотряс меня. Ладонь Вальда на талии напряглась. Наверное, он подумал, что ещё немного и я упаду с коня в обмороке. А я продолжала терзать себя. С Вальдом всё выходило иначе. С ним не поиграешь, как с напыщенными ухажёрами на балу. Из моего притворства ничего не получилось.
«Ты совершила ошибку, Лори. Лучше бы сразу поговорила прямо. Но сокрушаться поздно. Он считает тебя избалованной дурочкой, требующей хорошей трёпки. И он не человек… А кто?», — закусив нижнюю губу решила я.
Как же неудобно ехать вдвоём на одной лошади! Тихо застонав от напряжения, я попыталась устроиться поудобнее. Внутренности точно перевернуло от пережитого за утро. События сбивали меня с ног, неслись ураганным ветром, а мне казалось, что выехали из дома мы несколько дней назад. Никак иначе.
К горлу подступала тошнота, голова болела. Вальда, казалось, ничто не брало. И существовал он на той самой чистой ярости, с какой набросился на меня. Она помогала ему преодолеть нечто мучительное и жуткое, что иногда выползало наружу через взгляд, жесты или ту самую тень за спиной. Стальная и холодная ярость не позволяла Вальду рассыпаться на части от... От чего? Я так ясно увидела истину, что удивление на некоторое время перевесило возмущение и обиду.
«Невыносимый и странный!» — заключила я.
Но надо признать, что в деле он оставался мастером. Наблюдая за работой некроманта, я испытывала удовольствие и интерес. В колдовстве он напоминал музыканта, виртуозно исполнявшего сложную и чарующую мелодию. В этом он был…прекрасен…
«Ты слишком много и хорошо думаешь о Вальде. О человеке, который сломал тебе жизнь и жесток, Лори. Кто даже поговорить по-человечески не способен», — с недовольством одёрнула я себя.
Мы приближались к городской окраине. Я давила в себе чувство вины и обиды из-за кольца мамы. В отяжелевшей голове крутились жуткие образы затухающего портала и прощальный разговор с портным. Увидев меня в разорванной одежде, мужчина сочувственно охнул и предложил:
— Я могу дать вам платье, госпожа. Есть готовое…
Он не произнёс привычное «миледи», проглотил, будто споткнувшись о невидимый барьер. Среди некромантов не бывает ни лордов, ни крестьян, ни среднего сословия. Я уже понимала, что Орден делает всех равными. А в глазах «живых», как любит говорить Вальд, мы и вовсе остаёмся безликими служителями смерти. Нас уважают и опасаются, но лишают статуса в обществе обычных людей.
