основе бластеров, стреляющие шариками плазмы и управляемых компьютером, так же, как и механизм поворота, а после боя, установки оставались в первозданном состоянии, на том и порешили.
Гвардейцами были мы с ребятами, гусар-девицей Селена, Петром – запрограммированный гомункулус под моим контролем, в помощь нам был эскадрон гомункулусов под личиной рейтар голштинцев, наемников цесаревича Петра. А остальные девчонки на танке по наметкам Информатория, прошлись по прусской артиллерии и вообще по ихним тылам. После катастрофического расстрела кавалерии Зейдлица вместе с ее командующим, краха атак прусской пехоты на левом фланге, и лихого прорыва кирасир генерала Демиоку в Центре, Русская армия перешла в победное наступление, а короля Фридриха почти насильно эвакуировали в сторону Кюстрина, где у какой то полуразрушенной фермы, у него на глазах, непонятная изрыгающая огонь махина уничтожила его гвардейцев, а потом девица в гусарском мундире, невообразимо лихо соскочив с коня, приставили ему к горлу клинок, и буквально пропела чудесным голосом: «Сир, вы мой пленник», а потом произошло и вовсе невообразимое… к устало сидящему королю подъехали русские всадники, во главе… с Герцогом Карлом Петером Ульрихом фон Шлезвиг-Гольштейн-Готторпским, ныне Великим Князем Петром Федоровичем, будущим Императорм Всероссийским. Петр соболезнующее посмотрел на Фридриха и сказал: - «Зря ты дядюшка полез на Россию. Еще раз подробное учудишь, отрублю твою голову вместе с короной» - и свистнул палашом у него над головой.
После чего Фридрих впал в оцепенение в которым и находился все остальное время, вплоть до возвращения в Берлин после войны.
Петр еще раз повторил генералу Фермору, что победа только его, и цесаревича тут вовсе и не было, но уже по всему Русскому лагерю слышались виваты Петру Федоровичу, который по словам «очевидцев» подскакал к шатру командующего и сбросил с седла на землю связанного короля Фридриха, дальше слухи еще только прибавляли деталей, например таких, что слезая с коня, цесаревич наступил на пруссака.
Генерал Фермор отправил в Санкт-Петербург два сообщения, формуляр о победе и пленении короля Фридриха (короля отправили вместе с формуляром) и секретное послание, где описал героическое поведение Петра Федоровича.
А сам Карл Петер Ульрих, выехавший на Питерский тракт внезапно получил депешу от императрицы с приказом срочно возвращаться в столицу, причем депеша была весьма милостива. Чем ближе подъезжал цесаревич к Питеру, тем восторженнее его встречали, а когда он узнал о том что армия Фридриха разбита и он пленен, причем победитель именно он Петр, бедняга чуть не сошел с ума, но князь его успокоил... Он сказал что негоже храброму воину отказываться от славы победителя Фридриха Ведикого ибо теперь Великий именно он.
Когда после торжественной встречи, Петр пошел навестить пленного короля, то Фридрих увидев его стал кричать от страха и закрывать голову руками, чем окончательно ввел цесаревича в расстройство.
Кенигсберг и Восточная Пруссия остались на этот раз за Россией, Петр спился без всяких колик и умер сам (ну почти сам), а Екатерина в знак дружбы и вечного мира, отдала пруссакам Польшу, кроме православных областей.
А за сороками Нартова охотились все разведки Европы.
Глава 33. Вива Мексика. Вива Боливар
Мы занялись реорганизацией своего «музейного» хозяйства… У ребят появились предложения по картинам в моей «Третьяковки», то есть добавилось еще сотня полотен, но пропускал я только реализм (исключение было для Дали), и я во-первых расширил Зал Художественной живописи, во-вторых пристроил к нему три отсека под наши оружейные коллекции, с входами туда прорезанными в «Батальной стене», но... Селена устроила себе зал «Драгоценных изысков» и все остальные наши милые пассии сразу тоже загорелись коллекционированием драгоценностей, и я, дабы чуток снизить страсти, ограничил их позывы тремя залами, то есть, как дополнения к нашим оружейкам и поставил условие, что бы это было не «сорочье» накопительство, а именно выставочное коллекционирование и по этому поводу, показал им фильмы «Восемь подруг Оушен» и «Паркер», чем привел их в восторг и задал направление деятельности, не в смысле краж, но в смысле экспозиции.
Плюс к этому, Селена раскрывшая для новых коллекционерок свои запасники, во избежание сильных пересечений в ассортименте, установила направления тематики для каждой выставки, в свете доминирования определенных драгоценных камней, то есть у Сашкиных девиц Изумрудная тема, у Игоревых Рубиновая, ну и у Селены, как у хозяйки, любые варианты, и понеслось, и пауки не успевали переделывать стенды витрины и манекены... В запасниках у Селены много чего было, но в основном из драгоценностей имелись камни без оправ и наши прекрасные девы расчехвостив то что им подходило, стали доставать нас, по поводу будущих рейдов. И тут Селена надыбала во взломанных Сашкой, своих же теневых базах данных, информацию о Сокровищнице ацтеков «Золотые пещеры», спрятанной на территории Мексики и в которой хранились драгоценности жен инок и прочих местных властителей. Сокровища находились на нижних уровнях заброшенных руин древнего капища в районе Монтеррея, там в 1846 году бушевала Мексикано-Американская война и пиндосы именно в Монтеррее отличились зверствами против некомбатантов и мы решили совместить приятное с полезным, и Дяде Сэму по носу щелкнуть и девчонкам подкатить бранзулеток. Война там была достаточно масштабной, для этих мест, максимальное количество войск обеих сторон доходило полусотни тысяч, но одновременно в одном месте никогда не превышало тысячи штыков и сабель, а то и того меньше (исключая рейд Карни на Лас-Вегас). Гомункулусов мы одели в мундиры солдат Санта-Анны, дабы держали оцепление пока мы будем чистить Золатые пещеры, танк прежде, чем стать под погрузку, должен был пошустрить в боевых порядках американцев, дабы огнем и маневром, принудить их к гуманизму по отношению к мирному населению. Но как выяснилось без сакральных приколов мы не можем… Игорь был у нас фанатом Симона Болливара и посему он в его аватаре, пребывал всю операцию на главной башне нашего «Комсомольца» руководя избиением синих мундиров и приводя в эпический восторг мексиканцев командой «Бей гринго», которые самозабвенно принимали приказ к исполнению и предавались этому действу. А танк с Болливаром, поскакал через порталы по ряду горячих точек этой войны, везде вызывая вспышку энтузиазма у мексиканцев. Жалко тут не было старшего лейтенанта Улисса Гранта, будущего президента США, но он был на каком-то другом театре военных действий, а то бы лишились Северяне своего будущего командующего. А Игорь тут еще схохмил, отрядив гомункулусов, выкрасть все знамена у американских частей, после чего лично сложил их на ступенях собора в Мехико, где железный монстр с надписью VIVA MEXICO
