– Богиня любви и логики, Элия Ильтана Эллиен дель Альдена, избранная и отмеченная даром, взывает к Силам Двадцати и Одной! Испрашивает аудиенции!
Голос богини смолк, Элия на шаг отступила от алтаря и, скрестив руки на груди, приготовилась ждать. Она первый раз взывала к Силам иным, нежели Источник Лоуленда, откликавшийся практически сразу на любое, даже выполненное не по стандартно-официальной форме, обращение.
Силы Лоуленда старались не испытывать терпения своих «подшефных», ибо прекрасно понимали существующую зависимость: Источник нуждался в своих принятых не меньше, а то и больше, чем те в его мудром присмотре. Случись что, требующее неотложного вмешательства кого-то из членов королевской семьи, злопамятные боги, отыгрываясь за невнимание, могли долго мурыжить зовущего.
Одного-двух уроков Лоулендским Силам оказалось достаточно для усвоения этой простой истины. Принцы были превосходными педагогами: не дозвавшийся помощи и едва не угодивший в лапы преследователей Джей, например, следующие полгода демонстративно игнорировал все заискивания Источника, имитируя бурный загул, а Силам в это время срочно требовались услуги бога воров в деле с ожерельем Аматры. В конце концов они прибегли к помощи агента и безвозвратно потеряли не только ценный артефакт, но и самого резидента в жерле вулкана-ловушки.
Как с ней собираются поступить Силы Двадцати и Одной, Элия точно предсказать не могла, однако, вспоминая их симпатию и настойчивое желание зачислить богиню в свои любимицы, очень надеялась, что долго изучать ассортимент подношений на алтаре ей не придется.
Логика не подвела принцессу. Через несколько минут – срок, достаточный для того, чтобы показать свою занятость, но не внушить Элии мысли о ничтожности ее воззвания, – течение энергии в Храме изменилось. Сначала взвихрились верхние слои, а потом и сам Храм стал мощным водоворотом силы, прихотливого и в то же время необычайно четкого плетения из двадцати одной (если кто-то смог бы вычленить из вихря отдельные нити) структуры. Тепло залило сначала центр помеченной ладони принцессы, потом руку целиком и распространилось по всему телу. Не искры и яркие вспышки всех цветов, существующих во Вселенной, а прихотливые извивы силовых линий, вобравших в себя всю красоту мира, поражали воображение, от них невозможно было отвести глаз, но и смотреть на них тоже было невозможно. Физическое зрение отказывалось воспринимать столь гармоничную красоту. Принцесса прикрыла глаза, чтобы видеть сияние Сил во всей полноте, недоступной смертным.
Одновременно с излучением колоссальной энергии сознания богини с мягкой властностью коснулась направленная мысль, сдобренная ощущениями радости (ну наконец-то!), симпатии и любопытства:
– Здравствуй, богиня!
– Приветствую вас, Силы Двадцати и Одной! – купаясь в изливающейся на нее благодатной мощи, торжественно ответила Элия, зная, как падки создания чистой энергии на помпезные встречи. – Благодарю за то, что вы откликнулись на мой зов!
«Как нам приятно, что ты позвала!» – теплой лаской погладило излучение Сил принцессу, Двадцать и Одна отозвались:
– Мы принимаем твою благодарность!
– Надеюсь, вы не откажете в помощи, – Элия присела в коротком реверансе.
– Спрашивай, богиня, – милостиво, пусть и с легким неудовольствием из-за того, что обмен формальностями был столь краток, велели Силы.
– Я прошу вашего ходатайства об аудиенции у Сил Равновесия нашего Уровня, – четко сформулировала свою просьбу женщина, и недоуменно-печальный, даже чуточку оскорбленный, ревнивый всплеск энергии стал ей ответом прежде слов: «Вызвала нас, чтобы договориться о встрече с другими!» Чутко уловив настроение Сил, отозвавшееся пощипыванием в печати на ладони, Элия продолжила: – Я ни в коей мере не стремилась обидеть вас, дорогие! Но мне больше не к кому обратиться за помощью! Рассчитывая на ваше великодушие и милосердие, я осмелилась на такую вольность – просить Двадцать и Одну ходатайствовать перед Силами Равновесия об аудиенции! Увы, я не могу пойти путем подачи петиции, время может быть безвозвратно упущено, – богиня говорила страстно, она даже позволила Силам в полной мере почувствовать ее тревогу и страх за Лейма.
Гнев Сил улегся так же быстро, как разгорелся, осталось лишь смутное недоумение, перекрываемое неподдельным любопытством, однако проблески оскорбленного самолюбия не исчезли.
– Чем могут помочь тебе Силы Равновесия, что недоступно нашей власти? – вопросили они.
– Мой брат Лейм сильно изменился. Он стал дик и опасен. Ни наш Источник, ни мы сами не в состоянии определить корень болезни и исцелить бога романтики. Что-то происходит с равновесием энергий в его душе, – выбирая слова, чтобы не выдать запретной информации, поведала о сути проблемы Элия. – Он лишился покоя.
– Среди нас есть Силы Исцеления, – с мягкой снисходительностью к напуганной богине напомнили Двадцать и Одна, – разве нам не по силам любой недуг?
– Смотрите, я буду только рада, если это так, – сочтя дальнейшие пререкания бессмысленными, женщина воспроизвела слепок с тонких структур принца и вручила его Силам.
Двадцать и Одна подхватили «подарок» и, мгновенно изучив его, потускнели. Самолюбие Сил, оказавшихся бессильными исполнить невысказанную просьбу о помощи, было уязвлено.
– Ты уверена, что он болен? – еще раз недоверчиво осведомились они.
– О да, – печально кивнула богиня, прижимая руки к сердцу. – Но не знаю чем, и как это лечится, нам тоже неведомо. Боюсь, лишь Силам Равновесия, чувствительным к малейшим нарушениям баланса в любой из сфер, по плечу отыскать корень недуга. Помогите!
– Твое слово услышано, богиня, – погладило ее сочувственное излучение. – Мы постараемся помочь! Подожди!
– Спасибо, да пребудет с вами благословение Творца, – искренне поблагодарила Элия и замерла. Ощущение присутствия Двадцати и Одной на несколько минут потускнело, а потом вернулось сторицей.
Силы были донельзя горды собой и рады:
– Явись в Храм Равновесия мира Ладларфа, тебя ожидают немедленно!
– Тысяча благодарностей, дорогие мои, – от всего сердца сказала богиня, и ее слова были Силам приятнее самых изысканных славословий.
– Ступай, – милостиво велели они, чувствуя не только горячую признательность, но и нетерпение богини. – Не следует заставлять Силы Равновесия ждать.
Последовав мудрому совету, Элия, ни разу в жизни не бывавшая ни в Ладларфе, ни в тамошнем Храме, да что греха таить, даже не слыхавшая об этом месте, воспользовалась Законом Желания, чтобы переместиться по заданному адресу.
Ее приняло темное, не черное, а какое-то совершенно лишенное запаха ровно-серое холодное помещение, чьи стены и потолок, если они существовали, терялись в тусклом сумраке столь быстро, что на глаз невозможно было определить размеры. Только собственное дыхание и шелест шагов, тонувший в пространстве, точно муха в янтаре, подсказывали принцессе, что она находится в физическом мире, а не угодила в абстрактное «нигде».
