подумал, что пожалуй можно теперь использовать это как терапию, когда на душе пакостно…
Зазвонил телефон и Игорь осторожно вышел из комнаты.
– Игорь Викторович?
– Да.
– Следователь Еременко Вас беспокоит.
– Да?!…
– Игорь Викторович, понимаю, что завтра у Вас, наверное, выходной. Но хотел попросить вас подьехать в следственный отдел. Мне нужно задать Вам несколько вопросов.
– Относительно чего? – просипел Игорь, сам не понимая почему испытав чувство не поддающегося логическому обьяснению страха. Все тело покрылось гусиной кожей, а в животе и в груди расползался ледяной ком.
– Обнаружено тело Ольги Андреевны Самохиной. Мне известно, что вы были коллегами и близкими друзьями. Возможно, Вы могли бы помочь следствию сообщив какую-то информацию.
– Апфххх! – прохрипел Игорь, утратив способность членораздельно изьясняться. – Да… Я приеду. Во сколько?..
Ему казалось, что сейчас он потеряет сознание, или его вывернет прямо посреди коридора. Оказывается он так и остановился на том месте, где был в тот момент когда звонивший представился.
– Часов в десять удобно?
– Да… да…. удобно…
Глава 19
– Присаживайтесь, Игорь Викторович. Спасибо, что согласились приехать.
Игорь кивнул. Говорить что-то вроде «да что Вы» или «не за что» было глупо. Да и в любом случае, эта беседа состоялась бы…
– Игорь Викторович, Вы давно знакомы с Ольгой Самохиной?
– Да. Мы вместе учились…
– Где? В школе?
–Нет. На юридическом, в университете…
– Какие взаимоотношения у вас были с Ольгой Самохиной?
Игорь сглотнул.
– Мы были друзьями. И коллегами…
– Ясно. Отец погибшей получил сообщение в котором говорилось, что Ольге нужно уехать. Вам известно куда она собиралась отправиться?
– Нет… А что Вы имеете ввиду под «собиралась»? – выйдя из состояния вялой апатии Игорь внимательно посмотрел на следователя. Тот пожал плечами.
– То, что она не покидала Москву, по крайней мере до того момента, когда ее убили.
– Но… А… Эээ… до того момента… – желудок снова скрутило в тугой узел, к горлу подступила тошнота.
– Тело Ольги Самохиной обнаружено за городом. Согласно заключению судмедэкспертизы, она была убита примерно тогда же, когда ее отец получил сообщение.
– Боже!…
– Да, именно… Игорь Викторович, когда Вы в последний раз виделись с погибшей?
– В прошлую пятницу, во время мероприятия устроенного отцом Ольги.
– Вы общались?
– Да, конечно…
– Как прошло Ваше общение? Возможно, она как-то дала понять, что собирается куда-то уехать?
– Нет. В понедельник мы должны были приступить к работе в банке. Первый рабочий день… Мы все этого очень ждали… И я, как и Андрей Валерьевич, был крайне удивлен, узнав про ее внезапный отьезд…
– Ясно. Были крайне удивлены, говорите… А вот мне интересно, как так получилось, что Ваша близкая подруга, вдруг, внезапно и совершенно неожиданно для всех куда-то уезжает, хотя, как Вы говорите у Вас был первый рабочий день в престижной компании и вы все этого ждали, и Вы, как близкий друг, не сочли нужным позвонить или написать и поинтересоваться причиной столь странного поступка?
Игорь пожал плечами.
– Я решил, что это не мое дело… Ольга взрослый человек. Работодатель ее отец. У них свои взаимоотношения… И каждый имеет право на личное пространство, в которое не должны лезть, в том числе, и близкие друзья, – холодно сказал он. – Если бы она хотела, то позвонила бы или написала сама.
– Знаете, помимо уважения границ личного пространства, близкие люди еще имеют обыкновение проявлять беспокойство друг о друге. А странный, нетипичный для человека поступок – именно такой подходящий повод для проявления этого беспокойства.
Игорь хмуро смотрел перед собой.
– У всех свой взгляд на разные вещи.
– Разумеется, – не стал спорить следователь. – Игорь Викторович, у вас есть какие-то предположения, кто мог желать смерти Вашей подруге и коллеге? У нее были враги? Может быть кто-то из клиентов вашей юридической фирмы остался недоволен. Сильно…
– Не думаю. Мне ни о каких врагах Ольги ничего не известно. И мы работали только с юридическими лицами. И всегда старались по максимуму удовлетворить все запросы наших клиентов и разрешить любые спорные ситуации в их пользу… Возможно, это как-то связано с ее отцом. Большой бизнес…
– Возможно и такое… Знаете, открою Вам небольшой секрет следствия. Есть предположение, что сообщение отцу убитой было отправлено уже после ее смерти. Ее убийцей.
Игорь вздрогнул.
Следователь удовлетворенно хмыкнул.
– Да, очевидно чтобы потянуть время, пока ее хватятся. Он ведь предполагал что тело могут и не найти. Или, что его найдут значительно позднее. А чем больше времени пройдет, тем сложнее будет собрать улики и что-то выяснить.
– А как… как она была убита?… – Игорь не хотел спрашивать, но не удержался. Перед его глазами стояло живое, красивое, улыбающееся своей привычной победной улыбкой лицо женщины с которой они были связаны намного больше чем дружбой…
Взгляд следователя стал жестким.
– Ее задушили. Потом привезли в лес и спрятали тело в овраге, под корнями дерева. Тело вполне могли найти через год, через два, через несколько лет. Там никто не ходит.
Игорь прикрыл глаза. «Задушили…» Кто мог это сделать? Маньяк? Грабитель? Грабитель не повез бы тело в лес… Из всех людей, вообще, наверное только у него был мотив… Перед глазами у него все плыло.
– Вы не знаете, у Ольги Самохиной был возлюбленный, кто-то более близкий чем просто друг?
Игорь, стараясь справиться с дурнотой и охватившей его слабость, помотал головой.
– Нет. О своих отношениях с мужчинами она не рассказывала…
Следователь кивнул, как показалось Игорю, с несеолько ироничным выражением.
– Понятно. Личное пространство… Игорь Викторович, если у Вас появятся какие-то соображения, или вдруг вспомните что-то важное, позвоните мне.
Игорь кивнул.
Как в тумане дойдя до машины, он сел на водительское сидение и сидел какое-то время неподвижно, тупо глядя на руль, словно забыв и не понимая, что нужно делать.
Глава 20
Отработав в следственных органах более двадцати лет, Афанасий Евгеньевич Еременко относился к своей работе, как он сам выражался, «сложносочиненно». Работа следователя это постоянное напряжение, ненормированный рабочий день, регулярно приходится наблюдать всякие ужасы и мерзости, совершаемые человеческими созданиями, в результате действий которых, порой, возникали сомнения в принадлежности их именно к созданиям человеческим. А большую часть времени приходится собирать по крупицам информацию. Задавать множество раз одни и те же вопросы, выслушивать огромное количество бесполезных ответов. Гораздо меньшее количество ответов из которых можно извлечь пользу. И среди и тех и других непременно больше половины сказанного вранье, намеренное или же высказываемое, вроде как, с благими целями, из желания и вправду помочь. Но от этого рвения факты реальные обрастают в устах рассказчиков
