— Вечно она неважно себя чувствует, — громко сказал Джо ему вслед. — Она запойная пьяница.
— Джо! — испуганно прошептала Габи.
Смит обернулся и злобно посмотрел на Джо.
— Извини, — проворчал Джо. — Слишком большие у нее аппетиты. Вот и приходится ему… — Он понял, что говорит лишнее, и покраснел. — Ничего. Все это не важно. Давай-ка завтракать.
— Кто-нибудь еще едет с нами?
— Не похоже. — Он усмехнулся. — Лана где-то с Марком, а Смиты, как всегда, поругаются до конца дня. Нас никто не хватится.
Габи больно ударило упоминание о Лане и Марке, и она не сумела скрыть свою боль. Джо хмуро улыбнулся себе под нос и принес ей кофе. Марк и Лана не появились и через час, и от Габиной гордости не осталось и следа.
Они с Джо улетели в Нью-Йорк. Отдых кончился. И мечтам о Марке тоже пришел конец.
Сразу после праздничных каникул Габи снова начала работать на «Мотокрафт инкорпорейтед». Настроение у нее было невеселое, однако никакого отношения оно собственно к работе не имело. Все время была в напряжении, оттого что Марк находился где-то рядом, а она теперь знала, какого он о ней на самом деле мнения. Трудно было понять, почему он так настойчиво старается разрушить ее дружбу с Джо.
С другой стороны, Джо внушал ей все большее беспокойство. Во время съемок он теперь целыми днями торчал в студии или слонялся где-то поблизости, а вечером чуть ли не каждый день являлся к ней домой, а если не являлся, то обязательно звонил. Он мрачнел, если она разговаривала с другими мужчинами. Из милого, приятного человека, которого она знала, он превратился в мрачного и скрытного молчальника, одержимого желанием утвердить свою власть над ней. Пил он все больше и больше, и Габи начала беспокоиться всерьез.
— Что с тобой творится? — спросила она его однажды утром, когда он в очередной раз появился перед ней в студии. — Хочешь выжить меня отсюда, Джо?
Он уставился на нее.
— Что ты имеешь в виду — выжить тебя? Просто слоняюсь тут и все. Питаюсь крохами. — Он холодно рассмеялся. Его темные глаза ощупали ее, точно голодные руки. — О Господи, Габи, ты потрясающая! Моя девушка!
— Послушай, мы с тобой уже сто раз это обсуждали, — мягко сказала она. — Я ничья девушка.
— И даже не Марка? — язвительно спросил он. И, вскинув голову, сунув руки в карманы, стал наблюдать, как краска заливает ее щеки. — Ты в него влюблена. Слепой, и тот заметит. Но у него есть Лана, и ты никогда не заполучишь его назад. Он для тебя потерян, Габи. Так что, похоже, тебе придется удовольствоваться мной.
— Я не влюблена в Марка, — солгала Габи.
— Я видел, как ты смотрела на него, когда мы были на побережье, — не унимался Джо. — Вся млела, когда он проходил мимо. Так что же творилось за моей спиной, а? Чем вы там занимались с моим большим братом? Почему, стоило вам только посмотреть друг на друга, точно молния ударяла в вас обоих?
— Ничем мы не занимались.
— А ты знаешь, что он тебя ненавидит? — зло сказал Джо. — Говорит, что ты шлюха.
Габи закрыла глаза.
— Послушай, Джо, мне нужно работать…
— Так он мне и сказал, — продолжал Джо. Глаза у него горели и стали жестокими. — Он недоволен, что я встречаюсь с тобой, и не потому что ревнует. Он считает, что ты оказываешь на меня дурное влияние. Что ты губишь меня.
— Но разве это так? — растерянно спросила Габи. — Ты же знаешь, ничего плохого я тебе не делаю.
Джо пожал плечами.
— Бог знает, почему он это придумал! Хочет, чтоб я держался от тебя подальше. Говорит, что ты мне не пара. Но я сказал ему, что мы любим друг друга.
Габи побелела.
— Ты ему так сказал?
— Ну, может, не совсем так, но Марк всегда тут же делает какие-то свои выводы.
— Я не собираюсь выходить за тебя замуж. — Габи попыталась превратить все в шутку. — Перестань меня дразнить.
— Думаешь, я дразню? — Он подмигнул ей и как-то странно рассмеялся. — Я… прости, Габи. Что-то я не то говорю. В последнее время я иногда несу бог знает что. Сам не знаю почему. Прости меня. У тебя усталый вид, пойдем-ка поужинаем сегодня вечером.
Она хотела отказаться, но потом передумала. Не надо принимать всерьез его выходки. Кроме дружеского расположения, она ничего больше к нему не испытывает, он отлично это знает, но ведет себя ужасно. Как бы то ни было, лучше уж ходить с ним по ресторанам, иначе он будет постоянно осаждать ее дом. Терпение отца на исходе, он жалуется, что в последнее время не имеет ни минуты покоя. И сама она тоже. Пора положить этому конец. Ей было жаль Джо, он выглядел все хуже и хуже. Усталый, бледный, похудевший. Однако жалость ему не поможет и ничего не изменит, и она не должна из жалости позволять ему управлять ее жизнью. Надо что-то придумать, чтобы он без особых переживаний покинул ее.
— Пойдем. Жду тебя в шесть, — сказала Габи. — А сейчас не отправиться ли тебе в собственный офис и не дать ли мне возможность поработать? — твердо добавила она.
Джо колебался.
— Ладно, пойду погляжу, как работают аудиторы, — с неохотой сказал он и усмехнулся, устремив куда-то вдаль хмурый взгляд. — Погляжу, глубоко ли копают мне могилу.
— О чем ты говоришь?
— Ни о чем, — пробормотал он. — Все же я не зря сюда зашел — заполучил тебя.
Он повернулся и пошел к двери, оставив ее в некотором изумлении. Она не понимала, что с ним происходит, и была встревожена, к тому же нервничала, представляя себе его реакцию, когда она сегодня попросит его прекратить их встречи.
Глава 8— Знаешь, Эд, я точно приросла к этому автомобилю, — сказала Габи новому фотографу Эду Редди, который делал последние полагавшиеся по контракту снимки для «Мотокрафт инк». Все рекламные ролики были уже отсняты.
Она красиво изогнулась на капоте бело-голубого «Шевроле-56», ослепительно улыбаясь в объектив Эду. Золотистые волосы каскадом спадали на крыло, черно-белые бикини придавали ей вполне экзотический вид.
— Мило, мило. Высший класс! Еще одну улыбку! Взгляд на меня. Облизни губы. Так, так… — Эд заходил то с одной, то с другой стороны, наклонялся, приседал, отщелкивая один снимок за другим.
— О'кей, ставим точку! — сказал он наконец, победно улыбаясь.
— Слава тебе, Господи! — вздохнула Габи. — Мне уже начало казаться, что я тоже стала частью этой шикарной машины. А кстати, чья она?
— Моя.
Этот глубокий, басистый голос нельзя было спутать ни с чьим другим! Габи порывисто села, и, как она ни старалась сдержаться, сердце бешено заколотилось у нее в груди. Марк вышел из-за ярких ламп, зажав в пальцах дымящуюся сигарету. Со времени праздничных каникул в Хамптоне Габи ни разу с ним не сталкивалась, и от одного только его вида кровь горячо запульсировала в ее жилах, ярко прилила к щекам. Загорелый, волосы красиво подстрижены. В синем костюме, который, наверное, стоит целое состояние, и в белой рубашке, подчеркивавшей его роскошный загар, в галстуке с разноцветной полоской. Он выглядел просто потрясающе. Лучше бы он облысел и растолстел, тогда бы она забыла его прежнего и только бы удивлялась, что она когда-то в нем нашла.
