— Нет, но думаю, что он примирился с реальностью. Он не заменяет своего брата. Он поддерживает память о нём, беря на себя ответственность за компанию. Она такая же часть семьи, как и он.
— Он почти ничего не говорит о своей матери.
Печальное выражение пробегает по лицу Тристана. — Она была ядом. Она вышла замуж за Стефана, а потом задала ему жару. Когда Алекс умер, она продала эту историю жёлтой прессе, только она солгала, тем самым испоганив память о нём. Она сказала, что он употреблял наркотики, когда с ним случился несчастный случай.
— Ничего себе, да она — сука.
Когда глаза Тристана встречаются с моим, он кивает головой в знак согласия. — Она ушла от Стефана и захотела денег – столько, сколько она могла получить. При этом неважно было кого она ранила. Каждый год в одно и то же время, после того, как она ушла, она связывалась с Николасом и Эмили, надеясь, что они будут посылать ей деньги. Ничего себе.
— Это довольно тяжело.
— Тяжело. Я не пытаюсь оправдываться за Ника, но думаю, что он заботится о тебе.
— Что он делает? — спрашиваю я. Он уверен, потому что у него было пиздец как много способов показать это.
— Заботится, хочет ли он этого признавать или нет. — Тристан разворачивает меня, а затем берёт за руки. — Он всё ещё смотрит? — спрашивает он.
Я поднимаю глаза и обнаруживаю, что Николас по-прежнему наблюдает за нами. Трудно признаваться себе в этом, но я хочу, чтобы он был здесь и танцевал со мной. — Он всё ещё смотрит.
— Хорошо. Я хочу, чтобы он увидел это.
— Что увидел?
Прежде чем у меня появится возможность двигаться, Тристан отпускает, а затем притягивает меня обратно к себе. Жест кажется невинным, за исключением того, что, когда он притягивает меня обратно, он целует меня прямо в губы. На несколько секунд наши губы соединились. Не скажу, что поцелуй — это плохо. На самом деле, если бы я никогда не целовалась с Николасом, то Тристан занял бы второе место.
— Прости, Ребекка. Я должен был сделать это.
— Зачем? — спрашиваю я, затаив дыхание.
— Ради Ника. Его заявление кажется таким странным, что я замираю на месте. Мой ум наперегонки со мной пытается разгадать эту головоломку. Я не понимаю. Тристан сжимает мою руку и благодарит меня за танец. Когда толпа вдруг расступается, я вижу Николаса, идущего к нам быстрым шагом.
Все происходит так быстро, что у меня едва хватает времени, чтобы перевести дух, когда Николас бьёт Тристана прямо в челюсть. Толпа ахает вокруг нас.
Ни хрена себе. Тристан чуть спотыкается, но быстро восстанавливает свое самообладание. Он улыбается, вытирая ссадину на его губах. Я не знаю, почему он находит это забавным, но похоже, он ожидал, что это случится.
— Ты, кусок дерьма, никогда больше не прикасайся к ней, — говорит Николас, пылая гневом. Он поворачивается и хватает меня за локоть, практически отрывая меня от пола.
— О чем ты думала? — рычит он.
Я еще не отошла от шока. Одну минуту Николас бьёт Тристана по лицу, а в следующую говорит обо мне так, словно я ему принадлежу. Как будто я сделала что-то плохое.
— Что ты имеел в виду, когда сказал, о чем я только думала? — Я вырываюсь из его объятий и отталкиваю его руку. Тристан пользуется случаем, чтобы уйти, но Николас разворачивается и бьёт его снова.
— Ты мудак. — Николас бьет его чуть ниже глаза, отправляя Тристана на пол.
— Да что с тобой? — кричу я, поворачиваясь к Николасу.
Краем глаза я замечаю двух вышибал, которые быстро приближаются к нам. Не имеет значения, стою ли я с двумя VIP-членами или нет, они не будут разбираться с тем, кто устроил драку. Минуту спустя я вижу Элисон, которая идёт к нам. Видимо, она всё видела поэтому тоже решила спуститься.
— Николас, какого чёрта? — говорит она скрипучим голосом. — Почему ты дерёшься с Тристаном?
— Элисон, бери машину и уезжай, — говорит он без каких-либо объяснений.
Она смотрит на него, откровенно шокированная. Он даже не двигаться и не уклоняется, когда она толкает его в порыве гнева. Ее гневный взгляд прожигает меня ненавистью.
— Боже, Тристан — ты в порядке? — Я наклоняюсь, чтобы помочь ему подняться.
— Я в порядке, — говорит он, чуть-чуть улыбаясь. — Я говорил тебе, Ник.
— Что? — спрашиваю я.
— Я говорил тебе, что докажу это тебе. — Мне почему-то кажется, что я что-то упускаю в этом странном разговоре. И почему Тристан не сердится?
— Оставь его, — приказывает Николас. — Мы уходим. — Он отряхивает рубашку и хватает меня за руку, ведя мне в сторону входной двери клуба.
— Я не пойду с тобой! — говорю я, борясь с ним изо всех сил.
— Что, ты пойдешь с ним? — спрашивает он, указывая на Тристана. — С моим лучшим другом?
— Пошёл на х***, — говорю я.
— Как пожелаешь, милая, — говорит он, смеясь. — А почему бы мне не овладеть тобой в моей машине прямо сейчас?
— Думаю, что Элисон очень понравится узнать, что её жених изменяет ей. — Я понимаю, что это удар ниже пояса, но он разрушил мой вечер. Он не отвечает. Только смотрит на меня так, я не совсем уверена, что это означает, то ли он хочет трахнуть меня, то ли побить. Может быть то и другое. — Так что. Отвали.
Когда я выхожу из клуба, идёт дождь, проливной дождь. Я стою на тротуаре, молча проклиная каждое такси, которое проезжают, не останавливаясь. Похоже, что все такси заняты этой ночью. Ночь холодная, и мои соски твердеют от холода и боли. Чёрт, я забыла своё пальто. Я разворачиваюсь и возвращаюсь в клуб, чтобы взять его, и сталкиваюсь с ним лицом к лицу.
— Давай я отвезу тебя домой, — говорит Николас.
Я поднимаю глаза и обнаруживаю, что он тоже промок, как и я. Он держит пиджак над головой, когда приближается. Твою мать, он выглядит великолепно, и я не могу вспомнить ни одного момента, когда бы я ненавидела его ещё больше. Боже, как я хочу, чтобы он трахнул меня... Его рубашка плотно облегает его, а под хлопком я вижу его прекрасно вылепленный пресс. Его волосы выглядят более влажными, и всё ещё немного взлохмаченные от драки. Как он может одновременно быть таким раздражающим, и в тоже время быть таким желанным?
— Не будь такой упрямой, — говорит он отрывисто. — Я сказал Кену, что отвезу тебя домой.
Чёрт, Кен. Интересно, видел ли он всё? Я даже не удосужилась попрощаться с ним. Я просто убежала. Я такая сука.
— Оставь меня в покое. — Я возвращаюсь на улицу, надеясь, наконец поймать такси, прежде чем сильный дождь измочит меня.
Глава 24. Николас
