Как ни странно, но и Зак тоже помог ей. Первое время она не знала, чего ей ждать от него. Но с ним произошла неожиданная метаморфоза: он превратился в надежного товарища, ухаживал за ней с заботливостью старого друга, словно она была маленькой девочкой.
Только у маленькой девочки слишком большой животик, усмехалась про себя Виктория.
Уже несколько дней было холодно и пасмурно. Из окна своей жарко натопленной спальни Виктория наблюдала, как птички суетятся вокруг ломтика сала, который миссис Уатс положила им в кормушку. Ночь она провела без сна. Мучили ее не только тягостные мысли: тело ее напоминало раздувшийся шар, а живот стал таким большим и тяжелым, что, как ни ложись, давил на нее и заставлял мышцы и кости ныть.
Виновницей новых раздумий стала Корал. Она позвонила дочери перед отлетом на Багамы, чтобы пожелать счастливого Рождества. О приближающихся родах она даже не вспомнила, пока Виктория сама не упомянула об этом.
– Ах да, – бесцветно отозвалась Корал. – Как у вас дела? Ты уже привыкла к супружеской жизни? Я получила твое сообщение, что вы живете вместе.
– Я также говорила, что это не насовсем, – холодно напомнила Виктория. – Просто я посчитала нужным сообщить тебе, что какое-то время квартира будет пустовать. После родов я перееду обратно, потом Зак найдет мне что-нибудь поудобнее.
– Он рассказал тебе? – безразлично спросила Корал.
– Рассказал? – не поняла Виктория.
– Про квартиру? – замялась Корал. – Я считала, что он должен это сделать, но он полагал, что ты можешь отказаться в ней жить. Он такой же упрямый, как и ты, Вик.
Почему любой разговор с матерью превращается в прогулку по заминированному полю? – спросила себя Виктория. Сердце ее неприятно заныло: Корал знала что-то, чего не знала она и что было очень важно.
– Что ты имеешь в виду, мама? – осторожно спросила она.
На несколько секунд наступило молчание. Потом Корал снова заговорила:
– Так, значит, он ничего тебе не сказал? Хотя теперь это не имеет значения, раз ты все равно согласилась, чтобы он купил тебе другую квартиру. Про мою подругу – все неправда. Квартиру снял для тебя Зак. Ему не хотелось, чтобы ты жила в какой-нибудь дыре из экономии. Он заплатил всем, включая владельца, чтобы ты ничего не знала. Ты ведь сама сочла арендную плату на удивление низкой, – вкрадчиво добавила она. – Ну, мне пора. Вернусь в январе. Пока.
Виктория молча повесила трубку и просидела несколько минут не двигаясь, стараясь постичь смысл услышанного. Он настолько переживал за нее, что постарался по возможности облегчить ей самостоятельную жизнь. Она чувствовала себя виноватой.
По возвращении домой Зака она, сославшись на усталость – что на самом деле имело место, так как последнее время она постоянно чувствовала усталость и плохо спала, – сразу же пошла к себе в спальню, не упомянув о звонке Корал. Ей необходимо было обдумать все самой. Ситуация все больше и больше усложнялась.
Лежа без сна и уставившись в темноту, она боролась с воспоминаниями.
Она вспомнила отца, Линду Уард и себя. Тогда ей было четыре или пять лет. Родители проводили вечеринку на открытом воздухе. Она сидела на садовой скамье рядом с Линдой, потом к ним присоединился ее отец. Потом воспоминание теряло четкость, но, должно быть, отец сделал что-то, что заставило Линду напомнить ему, что Виктория – невинный ребенок и не следует ей все это демонстрировать. А потом отец заплакал. Она почти забыла об этом, потому что не привыкла к открытым выражениям эмоций и не могла себе этого объяснить. Но тогда отец по-настоящему плакал.
Телефонный звонок оборвал нить воспоминаний. Она торопливо подняла трубку, радуясь возможности вырваться из объятий назойливых теней прошлого.
– Тори? – это звонил Зак. – Как ты себя чувствуешь?
– Как чувствую? – повторила она, не сумев сразу собраться с мыслями.
– Прошлым вечером ты была совсем бледная, сегодня утром у тебя спина болела, – напомнил ей Зак. – Сейчас все в порядке?
– Ах это? Все в порядке, – торопливо ответила Виктория. Какое глупое выражение «в порядке». Она совсем не в порядке, что угодно, только не в порядке. Ей страшно одиноко. Они живут в одном доме, едят одно и то же, разговаривают о делах, о его работе, о культурных событиях, обо всем на свете – но не становятся от этого ближе друг другу.
И во всем виновата она сама. Проблема в ней самой…
– Погода сегодня плохая, – продолжил Зак. – Лучше тебе отдохнуть. Я приду и сделаю тебе массаж спины.
Массаж? Виктория припомнила его стройную мускулистую фигуру, строгий костюм, гладко причесанные волосы, запах дорогого одеколона, оттеняющий его собственный мужской запах. После каждого их совместного завтрака ей приходится по часу приходить в себя. А он еще говорит о массаже.
– Думаю, все будет хорошо, – вздохнула она. – Я уверена…
– Так говоришь, ты в порядке? – прервал он ее. – Ладно, вечером посмотрим. Пока.
Как Линда отнесется к тому, что она приедет повидаться? Оставшись наедине с самой собой, Виктория стала обдумывать предмет более безопасный, чем ее отношения с Заком. До родов остается еще три недели, поэтому ничего страшного не будет, если она выедет из дома. Но, может быть, любовница ее отца не захочет видеть дочь своего бывшего любовника? Если она вообще окажется дома.
Линда оказалась дома и с радостью приняла Викторию, хотя и удивилась ее приезду.
– Как приятно увидеть тебя. – Линда всегда выглядела хорошо, но никогда не была яркой. Годы мало изменили ее. Она была аккуратно, но неброско накрашена, густые волосы, слегка тронутые сединой, уложены в прическу. – Я знала, что ты скоро родишь, и все заглядывала в газеты, не появится ли сообщение, – продолжила Линда с улыбкой.
– Неужели? – удивленно воскликнула Виктория.
Линда провела ее в гостиную – уютную комнатку, такую же, как ее давным-давно запомнила Виктория, со слегка выцветшей мебелью и камином, перед которым грелась толстая кошка. Нервничая, Виктория заговорила.
– Может, это глупо, – осторожно начала она, – но я надеялась, что вы не откажетесь со мной поговорить. Для меня это важно. Несколько месяцев назад моя мать рассказала мне про вас и моего отца. – Она смутилась.
Лицо Линды напряглось, но голос остался спокойным.
– Мне нечего скрывать, Виктория. Что ты хочешь узнать?
– Я мало что понимаю, да это и вообще не мое дело, но мне очень не по себе… – Как сложно все объяснить. – Мне, наверно, не стоило вообще сюда приходить.
– Почему же, напротив, я рада, что ты все-таки решилась навестить меня, – ответила Линда, и Виктория сразу стало легко и просто.
Сперва они попили чаю и поговорили. Потом Линда предложила покормить Викторию, и та согласилась. Она радовалась, что пришла. Она узнала столько нового.
