составляла 27 079, а к концу года — 27 520 чел.[163]
Таким образом, население Евпатории за 15 лет увеличилось на 9 607 человек. Это связано не с естественным приростом и даже не с демографическим взрывом, а прежде всего — с притоком сюда новых жителей, что определялось экономическим ростом Евпатории и созданием в ней, говоря современным языком, благоприятного инвестиционного климата. Стабильной здесь оставалась численность коренного населения татар и караимов. Количество жителей Евпатории возрастало за счет переселения русских, как их понимали в те годы, то есть великороссов, малороссов и белорусов. Не приходится принимать во внимание численность цыган, которых в 1888 г. насчитывалось 940, но в 1897 г. — уже только 2 человека.
В культурной жизни Евпатории большую роль играл открытый в 1910 г. театр: за год столичные театральные труппы давали здесь до 120 представлений. В городе выходили следующие газеты: «Евпаторийский вестник» (1909—1910), «Вестник Евпатории» (1910), «Евпаторийские новости» (1911—1917), а в курортный сезон — «Евпаторийский сезонный листок» (1908). Кроме того, в городе регулярно публиковались «Постановления Евпаторийской Городской Думы» (1895—1914) и «Постановления Евпаторийского уездного земского собрания» (1862—1914). Как видим, горожане были в курсе всех событий в жизни местного самоуправления. Более того, политическая борьба на местном уездном уровне иногда протекала слишком остро.
Городская набережная. Начало XX в.
Лазаревская улица Евпатории. Начало XX в.
Лазаревская улица. На ближнем плане - несохранившаяся гостиница «Бейлер», вдали - Свято-Николаевский собор. 1914 г.
Ныне несохранившаяся гостиница «Бейлер»
Морская улица. Справа - гостиница «Бориваж» ( «Beau-Rivage» ). 1916 г.
Дуваковская улица. Справа - дом К.Е. Нахшунова. 1912 г.
Дачный архитектурный пейзаж Евпатории. Первое справа здание -гостиница «Дюлъбер», 1911 г., второе - усадьба Б.И. Казаса, 1910 г.
С началом Первой мировой войны и вступлением в нее 16 октября 1914 г. Турции прекратились в порту все работы по погрузке и разгрузке товаров, что привело к безработице (таковых оказалось свыше 400 человек). И что парадоксально — резко снизились цены на основные продукты питания, в первую очередь на хлеб, сахар и соль. По постановлению правительства, были резко сокращены расходы на местные нужды. Парадоксально, но с началом боевых действий Евпатория продолжала активно развиваться. В связи с закрытием для российской публики европейских курортов она хлынула в Крым: в 1916 г. Евпаторию посетило свыше 40 тыс. чел. вместо 15 тыс., то есть больше, чем ее собственное население.
Город становится большим госпиталем. За счет раненых и гарнизона значительно выросло его население: по данным городской продовольственной управы, оно достигло 45 тыс. чел.[164]
Евпатория была превращена в центр лечения и реабилитации раненых воинов; многие санатории стали госпиталями. Так, в Приморском санатории оборудовали госпиталь имени императрицы Александры Федоровны. По инициативе Таврического губернатора Н.А. Княжевича и председателя Евпаторийской земской управы С.Э. Дувана 13 мая 1915 г. Его Императорское Величество повелел соорудить в Евпатории Всероссийскую Алексеевскую грязелечебницу для раненых воинов с отпуском из казны на ее постройку 2,5 млн рублей. Городская дума отвела под строительство грязелечебницы 70 десятин земли с великолепными пляжами[165]. К сожалению, это намерение не воплотилось в жизнь. Но в том же 1915 г. была осуществлена давняя мечта Евпатории — в город провели линию железной дороги протяженностью 54 версты, которая соединила его со станцией Сарабуз (ныне — ст. Остряково). Она была проложена в рекордно короткие сроки — всего за три с половиной месяца: с начала июля по 21 октября, когда первый поезд прошел от Симферополя до Евпатории[166]. В память об этом знаменательном событии одна из центральных улиц нового города, которая проложена от железнодорожного вокзала до моря, названа проспектом генерала Н.А. Княжевича.
6 ноября 1915 г. после повторных выборов на должности Евпаторийского городского головы был утвержден С.Э. Дуван. Несмотря на тяжелые времена, управа вскоре открыла библиотеку им. Александра II. Благодаря разумной политике Евпатория находилась, по сравнению с другими городами Крыма, в лучшем положении. Среди событий военного времени можно выделить два эпизода: обстрел Евпатории 24 апреля 1916 г. немецким крейсером «Бреслау» и посещение города императором Николаем II, чему посвящен отдельный очерк в этой книге.
После прихода к власти Временного правительства 16 июля 1917 г. прошли досрочные, демократические и прямые, выборы гласных думы. Большинство голосов получила фракция эсеров. 10 августа того же года городским головой избрали представителя партии социалистов-революционеров П.В. Иванова (до этого он был секретарем управы). 30 августа П.В. Иванов вошел в состав Временного революционного комитета Евпатории, который сосредоточил в своих руках всю полноту гражданской и военной власти[167]. Евпаторийская большевистская организация, как это ни парадоксально, не признала октябрьский переворот в Петрограде, вполне справедливо полагая, что судьбу России должно решить Учредительное собрание.
4 ноября 1917 г. в газете «Революционная Евпатория. Известия Евпаторийского Совета рабочих, солдатских и крестьянских депутатов» была опубликована статья члена городской управы С.Д. Джигита о финансовом положении города, которое он оценивал как критическое. В частности, предполагалось взять заем у Таврическо-Бессарабского земельного банка в размере 1,5 млн под залог здания театра, стоимость которого уже в то время оценивалась в 3 млн руб.
Однако судьба распорядилась иначе: 14—18 января 1918 г. революционные матросы устроили настоящую Варфоломеевскую ночь. Зверски были замучены 300 человек, среди которых — офицеры, зажиточные граждане и те, кого назвали контрреволюционерами. Ужасные картины этих злодеяний приведены в перечисленных ниже публикациях[168]. «Сегодня евпаторийский пролетариат, — как утверждалось в воззвании стачечного комитета Евпаторийского Совета рабочих, солдатских и крестьянских депутатов от 15 января 1918 г., — даст свой, полный мощи и достоинства, ответ врагам революции, посягнувшим на священнейшее ее завоевание — свободу и неприкосновенность личности»[169]. После этой цитаты перед глазами невольно всплывает ужасная картина песчаного евпаторийского пляжа, усеянного трупами зверски замученных горожан — теперь уже полностью свободных от общества личностей...
25 января 1918 г. П.В. Иванов сложил с себя полномочия городского головы. В статье, опубликованной в газете «Революционная Евпатория» (26 января 1918. — № 88), он привел такие мотивы своего поступка: «За истекшие со дня выборов шесть месяцев жизнь выдвинула новые лозунги, и ныне с полной очевидностью обнаружилось, что партия, к которой
