рассудок. И стальные яйца, которые не горели огнём при виде смазливой бабы. И голова ясная.
Куда всё подевалось?
Ведь она права, нельзя так, нельзя, хоть и хочется, и руки снова тянуться к ней. И глаза её нереальные, красивые, сейчас потемневшие от гнева и испуга, только усиливают его желание, его жажду. И аромат её взмокшей кожи, смешавшийся с персиками и пионами, манит, тянет. И совсем не способствует прояснению разума.
Но она права, права, блядь, во всём.
Он не насильник. Никогда не позволял себе обижать женщин, просто с ней срабатывает какой-то инстинкт «хватай и тащи». И сам он виноват, ведь мог остаться месяц назад, развить их отношения, и не пришлось бы сейчас наскоками действовать.
Дурак!
Но он исправит, всё это исправит. Теперь он утвердился в одном, Птичка будет в его клетке. А для этого надо разжать пальцы, отпустить пташку, пусть почувствует мнимую свободу, которой впрочем, нет у неё, но пусть вздохнёт полной грудью.
И он отступил, и отпустил.
***
— Виктор, приветствую, — Назар занял кабинет, в офисе Фёдора, любезно согласившегося на недолгую аренду, рабочего места, — это Долохов.
— Конечно, Назар, чем обязан? — ответил низкий голос в трубке.
Виктор Егорович Коротков, был полковником полиции, и дела вёл вполне легальные. Знакомы они были давно. Он был значительно старше Назара, и даже иногда по-отечески давал советы. Имел право, исходя из их совместного прошлого. И Назар знал цену этой дружбе, никогда не злоупотреблял ей, и всегда прислушивался к мнению Короткова.
— Я ненадолго, мне нужна полная информация на Светлую Викторию Даниловну, — и Назар продолжил диктовать Виктору, всю информацию, что знал о Вике.
— Сроки, — только и поинтересовался Виктор, выслушав Назара.
— Чем раньше, тем лучше.
— Хорошо я понял Назар, думаю, двух дней будет достаточно, — отозвался Коротков.
— Благодарю, — и Назар попрощался со своим собеседником, положил трубку.
Назар отложил трубку, и подошёл к панорамному окну.
Высотка, в которой располагался Федькин кабинет, стояла в центре города. А сам кабинет, на пятнадцатом этаже. И такой вид открывался с этого пятнадцатого этажа.
Простор. Бесконечный, воздушный. Словно стоишь на персональном облаке и наблюдаешь за копошением землежителей.
Сейчас зажигающиеся фонари, освещали улицы, по дорогам тоже мчались огоньки от фар машин. Небо темнело, стало темно-синим, с оранжевыми проблесками, в облаках, от заходящего солнца, и тёмным контуром на нём вырисовывались дома. И есть в этом какая-то своя прелесть.
Черные контуры города на бескрайнем небе…
Затихающий душный летний день…
Назар, первым делом, когда вернулся из спортивного клуба, чётко и понятно объяснил другу, что все его подкаты к Вике должны закончиться, потому что она только его.
Фёдор опять немного офигел, за этот день, во второй раз, и даже углубился в тему, коснулся того что его, даже как друга не касалось.
Но Назар был непримирим. Данная тема его не касалась. К Вике не лезть. Узнает, больше не друзья они. Федька повздыхал, но согласился, тем более, что за такой длительный срок, девушка ни разу не соблазнилась на его флирт. Оставалась холодной, доброжелательно, отличной сотрудницей.
Потом Назар поднял её личное дело, которое ещё хранилось по работе в «Уолтерс», и уже довольно подробно изучил его. Оказывается, у Птички два дня назад был день рождения.
Так к этому он ещё вернётся.
Экономический институт, ну кто бы сомневался, с красным дипломом, закончила. Предыдущее место работы. Ушла по собственному. Надо выяснить чего там произошло.
Родители.
Сухие факты.
Что ещё нужно для рабочего досье?
Скоро он выяснить о Птичке всё. Нет, он не сомневался в ней. Просто Назар привык знать о людях, с которыми общается всё. А пока и этого хватит. Тем более что здесь остался её номер телефона, который он тут же вбил в свой.
После встречи в спортзале прошёл день. Пока он улаживал свои дела, потом выяснял информацию о ней.
Странно, но сейчас, приняв, всё как есть, Назар почувствовал, что всё верно. Что всё складывается, как и должно быть. Так всегда бывало, когда он принимал верное решение.
Конечно впереди ещё много всего, но Птичку он завоюет. Он был в этом уверен. Хотя бы потому, что она злилась и обижалась. Было бы хуже, если была безразлична, а так шанс ещё есть. Как вспомнит блеск её глаз, так внутри всё скручивается, все нутро наружу. Главное, чтобы не возникло никаких форс-мажорных ситуации, и не пришлось срочно вернуться в Москву.
А сейчас нужно подумать, что подарить Вике, на прошедший день рождения.
15. «Бабочки в штанах»
— Викушка, там тебе подарки приволокли, — стучит мама в ванную. Я уже при макияже, но ещё в пижаме, собираюсь на работу.
— Подарки? — удивилась я, но не отвлеклась, потому что сейчас был самый ответственный момент, правильно крутануть утюжком, чтобы получить красивый локон.
— Да подарки. Иди, глянь, — всё также из-за двери вещает мама, — непонятно от кого, но оригинально.
— Сейчас, — отозвалась я, заканчивая причёску. Поправила локоны, откинула за спину, пусть остынут.
День моего рождения был три дня назад, и выпал он так удачно на выходные. Мы по-семейному, отметили его на даче, поели шашлык, и искупались в речке. Чисто семейным составом, конечно, звучали сожаления, что нет с нами Льва, но я пропустила их мимо ушей, дабы не продолжать эту тему.
И сейчас, кто-то решил додарить мне подарки.
Странно.
Но когда я зашла в прихожую, стало ещё страннее.
— А с чего, ты взяла, что это мне? — спросила я у мамы, разглядывая дары.
— Потому что курьер, который их принёс, назвал твоё имя, — подошла мама, и встала рядом, тоже с интересом разглядывая подарки.
Потом и папа подоспел.
Стоим втроём смотрим на огромную корзину персиков. Просто невероятно больших, сочно-розовых, бархатных. С виду спелых, приспелых. У меня даже слюна скопилась во рту.
А аромат от них какой! Просто невероятный. Сладкий, душистый.
— Ух ты! —
