Лыжному батальону Швендика предстояло после ликвидации противника в Ефимовке развивать стремительное наступление на Никольское с юга. Начало пятиминутного артналета в 7.25, атака — в 7.30.
В Никольском тихо. Разместившиеся по теплым избам гитлеровцы пока еще не подозревали о сосредоточении русских у самого села. На полковой НП возвратился капитан Ковригин. Посмотрел на часы:
— Семь двадцать пять! Пора.
— Пора! — отвечаю. — Давай!
Командир 1-го стрелкового батальона 676-го стрелкового полка Я. П. Концедалов.
Ковригин взял телефонную трубку и, не отрывая взгляда от циферблата часов, скомандовал:
— Огонь!
Тишину разорвали залпы. Один, второй, третий… Через несколько секунд еще более мощные взрывы потрясли село.
— Давай, ребята!.. Огонь! Бейте их, гадов! Пускай позавтракают стальной картошкой! — кричал в телефон капитан Ковригин. — За Родину! По фашистским разбойникам… Огонь!..
С первыми артиллерийскими залпами двинулись вперед по скованному льдом Олыму бойцы Ивана Белоуса. В бинокль с НП было видно, как воины батальона спешат, чтобы побыстрее добежать до крутого берега, в непростреливаемую сверху зону. Но снег, проклятый снег!.. Нелегко идти даже шагом. «Только бы успели, только бы не попали под пулеметный и артиллерийский огонь врага!..» Наконец-то почти весь батальон под прикрытием берега. Лишь немногие бойцы вынуждены залечь в снегу на Олыме. Под прикрытием крутого берега майор Белоус вывел две роты на южную окраину. Откуда они по более отлогому берегу быстро поднялись наверх и с ходу вступили в бой. Еще одна рота батальона атаковала вражеские позиции на восточной окраине села.
Примерно к этому же времени рота разведки капитана Колесова, продвигаясь на лыжах, завершила обход Никольского с севера и отрезала путь отхода вражескому гарнизону на Урицкое, Синий Камень. На шоссейке разведчики оставили заслоны, а основными силами завязали бой на северо-восточной окраине села.
Командир разведроты 15-й стрелковой дивизии Н.С. Колесов (послевоенный снимок).
Бой протекал почти так, как и было задумано. Это становилось все яснее из донесений по радио майора Белоуса, капитана Колесова, а несколько позже и майора Концедалова. О том же говорило нарастание пулеметно-автоматного огня в селе.
В первом наступательном бою люди дрались со злым упорством и отвагой. Они не останавливались перед опасностью, потому что не просто бились за село, а освобождали его, наступали. И их слитые воедино чувства удесятеряли силы.
Разведчики капитана Колесова, ворвавшись в село, захватили окраинные строения, истребили до взвода вражеской пехоты и два орудийных расчета. Это позволило быстро продвинуться вперед не только разведроте, но и подошедшей к ней на помощь четвертой роте стрелкового батальона майора Белоуса, в рядах которой вместе с бойцами мужественно дрался заместитель комбата старший лейтенант Жуков.
Успех боя за Никольское во многом объяснялся внезапностью нападения. После того как подразделения полка ворвались в село, гитлеровцы попытались оказать сопротивление, но момент для такого сопротивления был упущен. Сильный огонь открыли лишь находившиеся в селе четыре танка. Однако два из них сразу же были выведены из строя огнем полковой артиллерии.
Не удалось фашистским захватчикам в полной мере использовать против наступающих и свою артиллерию, так как некоторые их артрасчеты были уничтожены на огневых позициях.
В одном из сельских переулков стрелковому подразделению преградил путь пулемет противника, установленный в кирпичном доме. Выбить его оттуда ответным огнем оказалось трудно. Выручило отделение сержанта Жунусова. Вместе со своими бойцами Жунусов, пользуясь темнотой, пробрался к дому. В жаркой рукопашной схватке пулеметный расчет врага был уничтожен.
К полудню все закончилось. Остатки Никольского гарнизона противника после отчаянного сопротивления на улицах села стали поспешно отходить за околицу. Там гитлеровцев встретили уничтожающим огнем оставленные в засаде подразделения батальона майора Концедалова. Небольшой группе вражеских артиллеристов удалось, правда, прорваться и уйти в Урицкое, но без пушек и пулеметов.
Трофеи и пленные
Никогда прежде наш полк не захватывал такого большого количества трофейного вооружения и боеприпасов, как в Никольском. Бывали случаи, брали десятка полтора винтовок, столько же коробок с патронами, несколько автоматов или ручных пулеметов. А тут — целый арсенал: 18 орудий, сотни ящиков со снарядами, два танка с боеприпасами, много автоматов, винтовок и патронов.
В Никольском, как выяснилось несколько позже, до самого последнего момента располагался штаб 162-го тяжелого артполка. Захваченные пушки принадлежали ему. В соседней деревне Ожога дислоцировался штаб 82-й немецкой пехотной дивизии. Его офицеры во главе с командиром дивизии генералом Беншем бежали лишь тогда, когда одна из рот батальона Швендика ворвалась в Ожогу. Правда, удрать Беншу не удалось.
К концу боя дали знать о себе соседи. Командир 47-го стрелкового полка подполковник И. И. Карташов передал, что, по данным полковой разведки, отдельные группы противника отходят из Борки и Плотки на Урицкое. Тут же отдал приказ закрыть путь отступающим.
В Никольское потянулись пленные. Два бойца, вооруженных автоматами, привели в село группу человек в сорок. Головы многих фрицев были повязаны женскими шерстяными платками. На некоторых сверх пилоток красовались отнятые у местных крестьян шапки. Поверх легких шинелей фашистские вояки напялили на себя всяческие дополнительные «обогреватели» — от старых стеганок до ватных одеял. В таком «наряде» они выглядели жалкой кучкой бродяг-разбойников.
Трудный бой
Командиры и бойцы полка хорошо понимали, что бой за Урицкое будет трудным по многим причинам. Прежде всего потому, что Урицкое — главный опорный пункт врага, прикрывавший с севера железнодорожный узел Касторное. Во-вторых, оставалось неизвестным, какой там гарнизон. Все прежние данные о нем за ночь, конечно же, устарели. С начала советского наступления немцы вполне могли пополнить Урицкий гарнизон за счет переброски свежих сил из Касторного. Несомненно, пополнился он также за счет вражеских солдат и офицеров, которым удалось вырваться из Никольского и других сел. Из штаба дивизии сообщили, что в Урицкое прорвались также остатки разгромленных частей Боркинского гарнизона. И все-таки Урицкое требовалось взять, не теряя ни часа времени.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
