Это был сержант Григорий Кагамлык, бронебойщик из 47-го стрелкового полка. Попытался было перевести сержанта Кагамлыка в свой полк, но командир 47-го подполковник И. И. Карташов категорически запротестовал:
— Нет, братцы, этого парня я не отдам. Он нам самим нужен.
Со слов подполковника Карташова и самого Григория Кагамлыка узнал некоторые подробности боевой биографии воина. Родом он был с Полтавщины. После окончания семилетки трудился в родном колхозе Гребенковского района, пользовался уважением односельчан. А когда фронт приблизился к районному центру, молодой колхозник стал воином 47-го стрелкового полка.
Рядовой Григорий Кагамлык за короткое время в совершенстве овладел всеми видами стрелкового оружия, научился метко поражать цели из противотанкового ружья, по мере необходимости исполнял также обязанности связиста и не раз в бою восстанавливал телефонную связь.
Серьезным боевым крещением для Григория Кагамлыка стал бой на реке Тим летом сорок второго года. В тот день Григорий вместе с другими бойцами ждал появления фашистских танков. Случилось, однако, так, что гитлеровцы атаковали позиции 47-го полка только силами пехоты. Кагамлык взял автомат. Метким огнем он уничтожил около трех десятков фашистов.
После боя Григорий подал комсоргу полка заявление, в котором написал: «Прошу принять меня в ряды Ленинского комсомола. Звание члена дважды Краснознаменного комсомола я оправдаю в боях за Родину». 25 августа 1942 года ему был вручен комсомольский билет. После этого Кагамлык решил освоить еще одну воинскую специальность — стать снайпером. И своего добился. Из своей снайперки он уложил еще 38 фашистов.
И все же главным оружием комсомольца Григория Кагамлыка, ставшего командиром отделения бронебойщиков, оставалось противотанковое ружье. С бронебойкой он почти никогда не расставался.
И вот на рассвете 9 февраля противник предпринял танковую контратаку. В то время Григорий Кагамлык со своим отделением находился в составе боевого охранения роты. Именно этой роте пришлось принять на себя первый удар врага.
— Танки не должны пройти, — сказал командир роты Григорию Кагамлыку. — Главная задача твоего отделения, старший сержант, остановить, не пропустить их.
— Ясно, товарищ старший лейтенант! Не пройдут! — с полной уверенностью ответил Кагамлык.
Вдали послышался гул моторов. На роту шли семь вражеских танков, а вслед за ними на лыжах поспешали автоматчики. Мела поземка. Снег сыпал в лицо, и видимость сокращалась.
Григорий Кагамлык выстрелил по головному танку и промахнулся. Еще выстрел, еще, и вот первая удача. Бронированная громадина грузно осела набок и задымила.
— Есть один! — В этот же момент вражеская пуля пробила Кагамлыку предплечье.
Вблизи показалась самоходка. Кагамлык выждал удобный момент и первым же выстрелом поразил ее.
Рядом в окопе умолк «максим». Погибли пулеметчики. Григорий подполз к пулемету и открыл огонь. Третье ранение было смертельным.
Первым увидел умирающего героя комсорг полка старший лейтенант Павел Дубок. Он бросился к нему. Григорий почти шепотом произнес:
— Я дрался до конца… Прощайте… Фашисты не прошли…
Комсорг извлек из нагрудного кармана гимнастерки Григория комсомольский билет. На листке для отметки об уплате членских взносов было начертано кровью: «Умру, не отступлю ни на шаг. Клянусь своей кровью. Сержант Г. Кагамлык». Вскоре о подвиге бывшего колхозника с Полтавщины, старшего сержанта-бронебойщика узнала вся страна. Указом Президиума Верховного Совета СССР ему было присвоено (посмертно) звание Героя Советского Союза.
Не забывать о флангах
Воронежско-Касторненская наступательная операция, в результате которой была разгромлена крупная группировка войск врага и освобождены большая часть Воронежской, Курской и частично Орловской областей, продолжалась с 24 января по 17 февраля 1943 года.
На участке 15-й Сивашской стрелковой дивизии первый этап наступательных действий завершился 10 февраля. Последние бои за населенные пункты Прилепы, Протасово, совхозы «Тиняковский», «Первое мая» были наиболее тяжелыми не только из-за резко усилившегося сопротивления гитлеровцев, но и из-за скверной погоды. Морозные вьюги сопровождались такими снегопадами, что заметало все пути-дороги. Безнадежно увязали в сугробах тяжелые артиллерийские установки, танки, даже конные обозы. Воинам саперного батальона майора Ионы Андреевича Педь приходилось с помощью местного населения нередко сутками расчищать дороги. Туго было с боеприпасами.
Значительные потери понес наш полк в бою за совхоз «Первое мая». Противник предпринял яростную контратаку, и полк вынужден был отойти на исходные позиции. Обиднее всего было то, что подразделения не смогли вынести с поля боя всех раненых. Фашисты же, озлобленные неудачами, зверски убивали их.
Так было с красноармейцем четвертой стрелковой роты Мухамедом Галиевым. Во время атаки он одним из первых ворвался в расположение врага, был тяжело ранен. А тут фашисты ввели в бой танки, контратаковали роту и оттеснили ее назад. Галиев был схвачен. Как потом стало известно, враги долго допрашивали раненого красноармейца, пытали его огнем и железом. Оставаясь верным военной присяге, он молчал, не выдал тайны. Тогда взбешенные фашисты облили его горючей жидкостью и заживо сожгли.
В бою за совхоз «Первое мая» при отражении танковой контратаки противника тяжелое ранение получил комбат Иван Владимирович Белоус. Он выжил, вылечился, но в полк вернуться не смог.
При освобождении совхоза «Тиняковский» и села Протасове много солдат, офицеров потеряли первый батальон 47-го полка и саперное подразделение. Подступы к совхозному поселку представляли собой ровное, открытое поле. Оно было густо заминировано и перегорожено тремя рядами колючей проволоки.
Первыми под прикрытием артогня двинулись к вражеским заграждениям саперы. Гитлеровцы обнаружили их и открыли бешеный огонь из пулеметов и минометов.
Тридцать воинов-саперов пали смертью героев, прокладывая путь для наступления стрелковому батальону. Их бесстрашие, их мужество, их подвиг помогли воинам батальона с ходу ворваться в поселок Тиняковский, а затем занять еще две деревни. На пути к селу Протасове наступающих внезапно атаковали с флангов два батальона вражеской пехоты и 30 танков. Батальон капитана М. Е. Золотарева оказался в окружении. Находившийся в составе батальона заместитель командира полка майор Виталий Ефимович Сержанин приказал занять круговую оборону. Все воины батальона, отражая натиск врага, дрались с исключительным упорством и смелостью. Но силы были неравными. К тому же стрелки и пулеметчики не имели необходимых средств борьбы с вражескими танками, кроме нескольких бронебоек и противотанковых гранат.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
