как лопуховый лист в кустах.
Брови барона взметнулись вверх, но Эмрис все же постарался не выдать изумление еще сильнее: она же герцогская дочка! Откуда ей-то знать про кусты да лопух!
— Я же, — продолжала леди как ни в чем не бывало, — всего лишь предлагаю вам с моего одобрения украсть с наших кораблей партию нового отменного оружия, изобразить предательство, немого пошпионить и, когда придет время, направить страх патрициев Патьедо в нужное русло. Остальное либо уже сделано, либо я сделаю сама.
«Много ли ты знаешь о страхе, герцогская дочка?» Вот он, Эмрис, волей жребия, довольно преуспел в запугивании балованных господ, и знал, что:
— Прежде всего, страх надо нагнать. Иначе направлять будет нечего. — Железный сложил на груди руки и уверенно откинулся на спинку: плавал, знает!
Однако Идель не заелозила, не закашлялась, и вообще никак не подала виду, что Эмрис подловил ее на неопытности. Как оказалось, не без причин.
— О, не беспокойтесь. Как я и сказала, с этим управились до вас. Барон, — Идель облизнулась, — бочки с порохом уже расставлены, фитиль скручен и проложен нужным маршрутом до надежного укрытия…
— Давайте без книжных метафор, миледи, что мне осталось лишь поджечь!
— Вам не надо ничего жечь, барон. — Идель лукаво улыбнулась и немного подалась вперед, по-прежнему при этом чуть заваливаясь вправо. — Вам надо сделать так, чтобы этот фитиль от страха подожгли сами патриции Патьедо. А я найду тех, кто принесет к нашему костру и дров, и масла.
Зеленый серп в женском зрачке показался Эмрису лезвием ножа: столь же хитрым и столь же внезапным. Вопрос подвернулся на язык сам собой, и Эмрис еще не допроизнес его, когда осознал, что ответа не получит:
— И как я, по-вашему, должен это сде…
Лицо Идель приобрело скучающее выражение. Леди отвела глаза:
— Это все.
— Но…
Идель возвела глаза на Рейберта, демонстративно обходя Железного, кивнула помощнику. Тот кивнул в ответ и, подойдя к двери, открыл в однозначном жесте.
Значит, это только его проблемы — придумать, как обратить страх патрициев Патьедо против них самих? Более размытой задачи ему еще не перепадало: он ведь не знал, ни чем этот страх обусловлен, не преувеличен ли он, не является ли и вовсе вымыслом!
Яйца Творца! Похоже, его бросили в шторм на пробитой посудине, без команды и даже без парусины! О нет, помрачнел Железный, его не используют — его проверяют.
Глава 9
Эмрис, глубоко вдохнув, направился к двери, у которой ждал Рейберт. Невозможно выполнить задачу, условия которой неясны до конца. И если сейчас он, Эмрис, выйдет в эту дверь, то все дальнейшие неудачи будут только его виной. Она… эта… леди, может в самом деле пострадать, тогда от гнева императора его спасет только побег. А его ребят в Редвуде не спасет вообще ничего.
Его ребят в Редвуде.
Мысль зазвенела в мужской голове, как стрекочущая тетива, с которой только что спустили стрелу. С глубоким осознанием Эмрис закрыл глаза: до чего же хитер этот Аерон Проклятый!
Весь смысл, почему он тут, а Нолан — там, в Редвуде, стал, наконец, прозрачен.
Приказы, которые должны быть исполнены, чтобы император был уверен, что он, Эмрис, действительно пригоден для работы. Ведь будь Аерону нужен тупой податливый лорд-белоручка, он бы точно не искал среди вообще всех людей, готовых взяться за освобождение Редвуда. Он бы просто назначил подходящего человека, и манипулировал им!
Но Аерон Проклятый все учел. Даже то, что Эмрис, скорее всего, не захочет помогать ему по доброй воле. Именно поэтому он сказал Эмрису взять самых крепких бойцов. И Железный послушал его, больше, чем вполовину ослабив замок Редвуда! Сам он оказался заперт на корабле с кузиной императора, и, если что-то пойдет не так, если он откажется участвовать, или с эрцгерцогиней что-то случится, даже не по его вине, Нолан и, скорее вепго, папаша этой заносчивой дур, размажет его «Железных Братьев» и сравняет Редвуд с землей.
Мастерское удержание в заложниках тех, кого он, Эмрис, привык не подводить. Что ж, если такова обстановка, на которую он уже не в силах повлиять, то судьба «Железных Братьев», его судьба и судьба владений, который он получил честно и сам, зависят теперь только от его действий.
Железный достиг Рейберта у выхода, встретился с ним взглядом, а затем схватил блондина за плечо, развернул и нагло вытолкал за дверь.
— Барон! — Гаркнул ему в спину Ульдред явно недружелюбным тоном. Эмрис оглянулся, насупился и, недолго думая, потянулся за ним тоже. И за Даретом.
Ульдред вперился в эрцгерцогиню:
— Миледи?
Та не проявляла ни малейшего участия к происходящему. Она немного придвинулась к столу, на котором брошенными стояли кувшин с пресной водой и несколько стаканов. Налила и приложилась, оставляя мужчинам самим выяснить, что они там выясняют.
Рейберт, вытолканный первым, обернулся. Переглянулся с Эмрисом и, глубоко вздохнув, пробормотал так, чтобы услышал только барон:
— Если она хотя бы пикнет из-за этой двери, тебя уже к утру сожрут рыбы. — И куда громче крикнул: — Дарет, идем!
«А Ульдреду приказывать не стал», подметил Железный, сразу расставив в голове охрану женщины по иерархии.
Когда в каюте остались они вдвоем, Эмрис замешкался. Идель поглядывала на него молча, с необъяснимым выражением на лице. Ее тонкая, почти неприметная улыбка, тронувшая губы и глаза, могла быть воспринята десятью разными смыслами, и Железный занервничал. Правильно ли он поступил?
Правильно или нет, отступать некуда. К тому же, Идель не торопилась приглашать его за стол. Потому Эмрис, чтобы держаться хоть какой-то выбранной линии и не сойти за идиота, широким шагом приблизился к столу и в пару твердых движений оказался с леди лицом к лицу.
— Никак надумали поговорить, а не скандалить? — осведомилась леди.
— М-м, — стараясь лишний раз не смотреть ей в глаза, кивнул мужчина.
Идель вздохнула, и по этому вздоху мужчина понял, что его решения остаться ей вполне достаточно для начала осмысленного диалога.
Раз уж Эмрис вышел на контакт, рассудила Идель, грех вести дела за пустым столом. Она сделала движение головой, указывая на дверь, и попросила Эмриса послать ее людей за едой. Тот проглотил парочку изысканных по меркам лучших кабаков ругательств и сделал, что велено. Вскоре принесли немного свежей пищи, и Идель, откусив и прожевав кусок хрустящего редиса, наконец, спросила:
— Что вы знаете о Патьедо, барон?
Эмрис последовал примеру и потянулся к еде.
— То же, что и все. Лично мне не доводилось иметь с ними дел, так что… Богатый город-порт, который обеспечивает товарами, произведенными на деорсийской
