Они еще не успели оторваться друг от друга, когда подал голос мобильник Забелина. Продолжая обнимать Веру одной рукой, Саша взял со стола трубку. Звонила Кира. Видимо, голос у него был еще полон неги и интимной истомы, потому что Кира вдруг мгновенно сориентировалась и крикнула в трубку:
– Ты с ней, да?! С этой своей Верой?!
Испугавшись, что Кирины вопли слышны на весь дом, Саша несколько отстранился от Веры, бросил на нее испуганный взгляд и очень фальшиво сказал в трубку:
– Нет.
Верины глаза при этом разгорелись огнем. Она явно слышала вопросы Киры.
– Ты все врешь! – продолжала кричать Кира. – Ты с ней! С ней! А потому даже не вздумай ко мне приближаться! И номер моего телефона забудь, потому что я выбрасываю его в урну.
После это связь с Кирой оборвалась. Саша боялся поднять на Веру глаза. Когда все же вынужден был посмотреть на нее, увидел совершенно новый взгляд, значения которого не понял.
– Звонила твоя подруга, – констатировала Вера. – И ты от меня открестился, да?
– А ты хотела бы, чтобы я сказал ей правду? – довольно зло ответил ей Забелин.
– Если ты любишь меня, а не ее, то почему бы и не сказать ей наконец правду?
Саша не вслушивался в то, что говорила ему Вера, потому что в этот момент очень живо представил, как Кира выбрасывает в урну телефон, который он же ей и подарил, и навсегда отказывает ему от своего дома. Это неожиданно и очень серьезно его огорчило.
– Она и так все поняла и не хочет больше меня знать, – сказал он Вере.
– У тебя страшная тоска в голосе… – в очередной раз констатировала она. – Ты же утверждал, что не любишь ее…
– И что?
– Ну… мне кажется, ты должен бы радоваться, что она самоустранилась и тебе не надо с ней объясняться…
Вера говорила так, что в ее предложениях остро чувствовалась незаконченность, эдакое многоточие. Саша должен был бы подхватить Верин тон и твердо ответить, что он именно так и делает, то есть радуется. Но он не радовался. Он вдруг представил, что остался без Киры, без ее дома, где он отдыхал и душой и телом, с одной неистовой Вериной любовью, и огорчился этому так, что скрыть огорчения не смог.
– То есть на самом деле ты, оказывается, не можешь жить без этой женщины? – довольно спокойно спросила Вера, надевая через голову платье. Забелин и не заметил, когда она успела натянуть белье.
– Это не я без нее не могу, а она без меня не может, – ответил он так же фальшиво, как говорил по телефону с Кирой. – Она все равно потом сама прибежит…
– Но тебе хотелось бы, чтобы она прибежала побыстрее, не так ли?
– Да. – Саша решил быть честным. – Я хотел бы сохранить статус-кво, существующий между всеми нами до этого ее звонка.
– То есть тебя устраивает наличие двух женщин для разных целей? – Задав этот вопрос, Вера посмотрела на Забелина неожиданно жестко.
– Не передергивай. Я не говорил этого. Просто… у тебя есть семья, муж, дети… А у меня всегда… то есть… уже довольно продолжительное время… была Кира… Нам с тобой, Вера, хорошо вдвоем, но мы никогда не сможем соединиться, а потому лучше всего оставить все так, как есть. Не находишь?
– То есть для тебя нормально – существовать в сплошной лжи?!
– Да пойми ты, что эта ложь во спасение! Вынужденная! Мы с тобой не в фильме про любовь, в котором все зависит от воли режиссера, а в реальной жизни, где каждый из нас может режиссировать происходящее в соответствии со своими желаниями и вопреки желаниям остальных персонажей!
– Красиво говоришь! – Вера усмехнулась, схватила сумочку со стула и, резко бросив Забелину: – Прощай! – выбежала из его квар тиры.
Саша хотел было ее догнать, но вовремя сообразил, что абсолютно раздет. Он быстро натянул трусы и тренировочные брюки. Уже просунув голову в ворот футболки, вдруг остановился. Смятая футболка легла на его плечи, будто белый клоунский воротник. А что он, Саша, скажет Вере, когда догонит? Ничего утешительного сказать он ей не мог. Он действительно очень огорчен разговором с Кирой. Да, он не хочет ее терять. Ему хорошо было с ней целых десять лет. А с Верой, как ни крути, ему очень трудно. Они слишком разные люди, из разных социальных слоев, у них слишком мало общего. Одна любовь… А любовь ли? Может быть, ему просто захотелось поймать ту бабочку, которая никак не давалась в руки? И, наконец поймав, он так смял ее яркие крылышки, что с них осыпалась пыльца и они здорово полиняли… Может быть, и хорошо, что Вера ушла сама? То, что она говорила про Киру, можно теперь применить к ней. Ушла сама, а потому не надо с ней и объясняться. Цинично? Ну и что? Чего церемониться с самим-то собой?
Забелин содрал с себя не надетую в рукава футболку и попробовал позвонить Кире. Она не откликалась. Возможно, в самом деле выбросила телефон. Что ж, есть и другие способы связи… Саша включил компьютер и, когда тот загрузился, зашел на сайт «Школьные товарищи». Сейчас он напишет сообщение Кире и попросит ее не валять дурака. Десять лет знакомства из песни не выкинешь. Глупо все обрывать вот так – одним махом!
А что же Вера? А что Вера? А неизвестно, что с этой Верой теперь делать!
* * *
С Кирой Забелину удалось помириться в этот же вечер все на том же сайте «Школьные товарищи». Ему даже не пришлось слишком долго оправдываться. У него создалось такое впечатление, что Кира сама уже пожалела о тех словах, что прокричала ему в трубку, и ждала примирения, а потому и «висела» на сайте. Телефон она действительно выбросила, и Саша пообещал купить ей новый, еще лучше прежнего. О Вере он старался не думать. В таком состоянии бездумья и удовлетворения от перемирия с Кирой Саша продержался ровно два дня. На третий день его сразила такая дикая тоска по Вере, что за целую рабочую смену он не смог сделать ни одной продажи в своем «Эвересте». Он понял, что в мире человеческих чувств вовсе не все так просто, как ему казалось. Да, он хотел оставить рядом с собой Киру и все сделал для этого. Но теперь оказалось, что он не может жить без Веры. Что за чертовщина такая? Может быть, он любит обеих женщин?
Забелин думал долго, прикидывал так и этак. Но с какой бы стороны он ни подходил к этому вопросу, выходило всегда одно и то же: с Кирой ему удобно и комфортно, но любит он одну только Веру. Ее отсутствие воспринималось им как самая фатальная потеря в жизни. Как исправить положение, он не знал. Скорее всего, оно вообще неисправимо.
Глава 11
КИРА
Кира с удивлением прочитала сообщение, которое на ее страницу сайта «Школьные товарищи» прислала Вера Максимова-Соколова. Она писала в нем, что знает об их размолвке с Забелиным и просит ее, Киру, не покидать Сашу. Да, прямо с таким вот пафосом и написала: не покидайте, мол. Дескать, она, Вера, устраняется из их жизни, а потому все у них снова наладится, если Кира найдет в себе силы простить мужчину, который всего-навсего оступился. У кого ошибок не бывает!
