рода…
— Придержи гонор, — коротко бросил Кишори. — Шахар Раджат и сам по себе далеко не прост, не стоит его недооценивать. Тебе достаточно будет того факта, что он больше получаса спокойно пил чай со мной лицом к лицу?
Хатри изумленно уставился на начальника.
— Это многое меняет, — осторожно ответил он.
— Молодец, соображаешь, — скупо улыбнулся Кишори. — Поздновато, конечно, но еще небезнадежно.
Кишори жестко посмотрел в глаза подчиненному и не увидел в них страха. А зря, ошибки-то уже сделаны. И немало.
— Ты недооценил норов Каспадиа, — холодно сказал Кишори. — Недооценил силы Раджат… Мальчик мой, ты понимаешь, к каким выводам ты меня подталкиваешь?
Хатри сжал зубы и слегка побледнел. В этой организации служебное несоответствие — это смертный приговор. Даже для аристократа.
— Ладно, не будем пока об этом, — качнул головой Кишори, удовлетворившись его реакцией. — Ты умный мальчик, выводы сделаешь и своих ошибок повторять не будешь. Только помни, что сейчас не время для распыления сил. Сосредоточься на Лакшти. Это — твоя главная задача. Приоритет задачи по привлечению к нам Раджат понизить как минимум на два уровня. Не до него пока.
— Принято.
— Свободен.
*****
Вечер я посвятил созданию артефактов с полноцветными щитами. Уж что-что, а они точно пригодятся.
Скупиться я не стал. В каждый артефакт я вкладывал щит, который выдержит атаку местного седьмого ранга. Ну или пятого, если говорить о полноцветной магии. Собственно, и у меня самого, и у всех моих ближников были именно такие артефакты.
А пока возился с плетениями, я все никак не мог выкинуть из головы эпизод с Хатри. Сразу после демонстрации щита Лакшти я был несколько неадекватен. Однако я все запомнил, и сейчас вновь и вновь возвращался мыслями к тому же.
Хатри — менталист.
В моем мире ментальные техники были не отдельным разделом магии, а скорее набором методик. Это ближе к работе с праной, чем к магии, если на местные мерки переводить.
Однако что я знаю о менталистах этого мира? Они ведь могут владеть совершенно другими возможностями.
В конце концов, закончив третий по счету артефакт, я не выдержал и вызвал Асан.
Китаянка вошла, молча села в кресло напротив и устремила на меня вопросительный взгляд.
— Что ты знаешь о менталистах? — спросил я.
Асан удивленно приподняла брови и тут же поинтересовалась:
— Кто?
— Хатри.
Китаянка понимающе улыбнулась и сказала:
— Если ты опасаешься, что он мог подчинить Амайю, скажу сразу. Нет. Не мог он этого сделать. И никто в этом мире не может. Единственный род-обладатель шакти, которая могла вызывать галлюцинации, уничтожили около тысячи лет назад. Больше ничего, что было бы хоть как-то связано с внушениями, в мировой истории зафиксировано не было.
— Это можно не афишировать, — покачал головой я.
— Это рано или поздно вскроется, — тонко улыбнулась Асан. — К тому же я знаю, какая шакти у рода Хатри.
— Какая?
— Ментальный диалог, в котором невозможно солгать.
Я уважительно кивнул. Ценная штука, особенно для сотрудника спецслужбы. Пожалуй, я начинаю понимать, почему Хатри считают чуть ли не лучшей ищейкой ИСБ.
— Что ты сам знаешь о менталистах? — спросила Асан.
— У нас не было менталистики, как отдельного раздела магии, — пожал плечами я. — Это скорее приемы концентрации, ускорения восприятия и так далее. Способа прямого воздействия на чужой мозг у нас так и не изобрели.
— Здесь все ровно так же, — кивнула Асан. — Умелый манипулятор обычным разговором добьется куда большего, чем способны предложить эти шарлатаны от науки. Слухов ходит много, страшилок в народе — еще больше, но реальной базы под ними нет.
У меня гора с плеч свалилась после ее слов. Не знаю, как бы я жил с тем, что убил сестру, которая стала безвольной марионеткой в чужих руках.
А если Хатри смог заморочить ей голову — значит, там была основа для этого. Невозможно переубедить человека, у которого есть твердая внутренняя позиция. И уж тем более невозможно вложить в руки верному человеку нож и заставить его нанести смертельный удар.
— Спасибо, — просто сказал я.
Асан лишь тепло улыбнулась в ответ.
*****
Утром я приехал в Академию и направился к зданию клубов. Клуб с вычурным названием «Ахтарваведа» располагался на первом этаже. И сегодня он был закрыт для всех, кроме гостей Лакшти.
Я вошел в комнату, оформленную как небольшая уютная гостиная в бело-золотистых тонах, и молча кивнул всем присутствующим. Мне ответили такими же молчаливыми кивками.
В комнате было две девушки и четверо парней, включая меня. Только первый и второй курсы, похоже.
Обе девушки и один парень сидели в креслах. Я никого из них не знал.
А вот наследники родов Лакшти и Сидхарт насмешливо разглядывали остальных, стоя плечом к плечу у окна.
Я пока не понимал, чего ждать от этой встречи, но на этих двоих смотрел с опаской. Если их неожиданная дружба олицетворяет собой полноценный союз рода Лакшти и клана Сидхарт, то это очень мощная заявка на лидерство. Причем не в Академии, а в стране.
До сих пор великие кланы ни с кем из более-менее равных союзов не заключали. Сотрудничали в каких-то сферах, где-то отдельные контракты заключали, иногда объединялись во временные коалиции ради конкретной локальной цели, но и только.
Роды уровня Лакшти действовали так же, кстати.
А сейчас Лакшти и Сидхарт явно и очевидно заодно. Вопрос только в том, чего они хотят от нас.
И — почему именно от нас?
Даже на младших курсах Академии хватает представителей куда более мощных родов. Взять хоть Махападма. Древний род, великий клан. Та же Риджая Ришиару, соперница Лакшти на Турнире, из великого клана Мехта. Да, они все формально еще дети, но это ненадолго.
К тому же, подобные решения в любом случае не принимаются на уровне рядовых представителей родов.
Тем временем в гостиную вошел последний участник встречи, точно так же молча кивнул всем присутствующим и уселся в свободное кресло. И его я тоже не знал.
Очень странный состав.
— Благодарю, что сочли возможным принять мое приглашение, — Нерей Лакшти выступил на полшага вперед и склонил голову в общем приветствии. — Я собрал вас всех здесь, чтобы предложить присоединиться к нашему союзу.
Все-таки союз. Причем, похоже, официальный союз, раз Лакшти так открыто о нем заявляет. Нехило.
— Я понимаю, что вы не в праве принимать такие решения, — продолжил Лакшти, — однако вы как раз те, кто поймет подтексты и передаст главам своих родов мое предложение в точности. В ближайшее время все изменится. Устаревший подход к магии сменит более перспективная концепция. Вот эта.
Лакшти
