характере Фердинанда, который заботился лишь об эффективности.
— Я оставлю утешение Розмайн, что стала нестабильной из-за разлучения с семьёй, на вас двоих. Я не могу в это вмешиваться.
— Сильвестр, о чём ты?
— Я ауб Эренфеста. Так же, как я не балую своего родного сына, я не могу баловать и приемную дочь.
Если я буду баловать Розмайн, то мне захочется баловать и собственного сына, которому однажды придется нести такое же тяжёлое бремя, что и мне сейчас. Как же надоело, что мне вечно указывают, что я не должен баловать будущего герцога. В отличие от Фердинанда, я не так хорош в том, чтобы подавить свои чувства и действовать, руководствуясь логикой. Слишком много вещей я не могу делать из-за своего положения герцога.
— Ты как и всегда неуклюжий, — ответил Карстед, криво улыбнувшись.
Мне бы хотелось, чтобы такой холодный и расчетливый парень, как Фердинанд, был герцогом. Как жаль, что он родился от любовницы, а не от первой жены.
— Но что куда важнее, Розмайн в порядке? Она одновременно воззвала к верховным богам и вечной пятёрке. Этого должно быть достаточно, чтобы истощить даже здорового человека. Ты уверен, что она не умрёт? — спросил Карстед, бросив взгляд на дверь.
Я скрестил руки и проследил за его взглядом. Обычно нельзя молиться сразу нескольким богам. На это расходуется больше магической силы, а шансы на успех значительно снижаются. Особенно, если молиться ещё и Богу Жизни, который каждый год прячет Богиню Земли, отчего её братья и сестры не любят его. Я не слышал ни об одном случае, когда молитва одновременно ко всем богам была бы успешна, не говоря уже о том, чтобы дать такое благословение сразу нескольким людям.
— Меня смущает, что ей и правда удалось добиться успеха. Я был уверен, что у неё не получится дать такое благословение, — сказал я.
Карстед, который в будущем будет считаться отцом Розмайн, посмотрел в потолок и нахмурился.
— Это было беспрецедентно, но я не думаю, что Розмайн понимает всю важность и ценность того, что она сделала.
— Да, определённо не понимает, — согласился Фердинанд.
— Фердинанд, разве ты сам ни получил её благословение? Это ты научил её использовать магию?
Хотя свет благословения избегал Карстеда и меня, но он достиг Фердинанда. Их взаимоотношения, похоже, достаточно близкие, чтобы и он тоже получил его, но то, что столь важное благословение не получил я, меня раздражало. Я буду её приёмным отцом, а поэтому больше заслужил его, чем он, но когда я покосился на Фердинанда, он просто вернул мне взгляд.
— Хватит уже. Не заставляй меня повторять это снова. Майн могла использовать магию с самого начала.
Первый ритуал Майн был во время миссии по уничтожению тромбэ. Фердинанд дал ей кольцо, являющееся магическим инструментом, которое должно было усилить её и помочь использовать магическую силу. Это я понял. Вот только затем она внезапно дала всему рыцарскому ордену благословение бога храбрости Ангрифа. Сама она сказала, что испугалась, увидев тромбэ, а потому просто хотела помолиться за их успех в битве. А вот это я уже не понимал.
— По её словам она просто старалась подражать манере речи дворян и сама была удивлена, когда это превратилось в благословение. Меня это тоже сильно удивило, — продолжил Фердинанд, — ведь я не учил её использовать магию.
— Она показалась мне довольно опытной. Даже не верится, что она дала это благословение случайно, — сказал Карстед, потирая подбородок.
Карстед и сам получил то благословение. Честно говоря, то, что ей удалось сжать переполнявшую её магическую силу самой, без какого-либо обучения или помощи, а также непреднамеренно дать благословение, просто помолившись об удаче, было совершенно непостижимо.
— Трудно поверить, что у неё получилось случайно дать благословение, но даже если пока забыть о нём, то остаётся вопрос: как она может так умело использовать свою магическую силу в столь юном возрасте?
— Я считаю, что причина в том, что у неё есть воспоминания о жизни в другом мире. К тому же, у неё хорошие способности к обучению, — ответил Фердинанд.
Магическая сила не может быть подавлена незрелым разумом ребёнка. Но хотя Майн и выглядит как маленькая девочка, у неё память взрослой. Фердинанд предполагает, что именно благодаря этому ей и удаётся контролировать магическую силу.
— Будучи священницей-ученицей, она привыкла ощущать движение магической силы во время посвящения её божественным инструментам. И пусть и случайно, она смогла дать благословение, произнеся имя бога. Для неё этого должно было быть достаточно, чтобы понять, как свободно использовать свою магическую силу при наличии магического камня. Кроме того, она видела, как рыцари давали своему оружию благословение Бога Тьмы. Во время молебна ей довелось пользоваться божественным инструментом, давая множество благословений. Похоже, что тогда она и разобралась, как молясь богам можно давать благословения.
— И всё же. Научиться молиться — это одно, но как ты объяснишь, что она с такой лёгкостью может произнести подходящую молитву?
Молитвы, необходимые для получения благословения богов, были весьма длинными. И для них требовалось помнить не только имена богов, но и какие именно благословения они давали. Рыцарей-учеников ещё на ранних этапах учили молитве Богу Тьмы, чтобы они могли благословить свое оружие для миссий по уничтожению тромбэ, но большинству из них было довольно сложно её запомнить.
— Если бы ты спросил об этом Майн, то она бы сказала, что ей требуется запомнить лишь текст одной молитвы, после чего всё, что останется сделать, это поменять имена богов и даруемые ими благословения, которые она узнала из священных текстов.
Если вспомнить засаду во время весеннего молебна, то Майн тогда спросила: «Я просто должна молиться богам, чтобы магия сработала, верно?!», при этом даже не осознавая, насколько это немыслимо. Она не ошиблась, но никто, получивший образование в дворянской академии, не стал бы тратить магическую силу подобным образом.
— С сегодняшнего дня Розмайн станет дочерью дворянина, а потому сможет пользоваться магическими инструментами. Не лучше ли немного научить её магии, прежде чем она поступит в дворянскую академию? — спросил я.
Магические инструменты были неотъемлемой частью жизни дворян. Большинству детей было бы достаточно иметь магический инструмент, который лишь поглощал избыточную магическую силу, но
