поза и тон Джека должны были поселить в нем подозрения.
- Почему ты все еще упорствуешь? Почему преследуешь нашу семью с таким бессмысленным рвением? Когда от тебя отвернулись все, мы единственные были готовы принять тебя таким, каков ты есть.
Падший замер на мгновение, но оправился и приблизился вплотную. Джек разочарованно цокнул языком. Надавить на одиночество и социальную изоляцию было его основной стратегией, но похоже, Падший окончательно утратил надежду. Уничтожение Бойни было последней вспышкой. Скорее всего, он бы даже не стал сопротивляться, когда герои пришли бы его убивать.
- Ты предлагаешь мне выбор, но семью не выбирают, - произнес Падший и присел на колено перед Ампутацией, так что ему пришлось смотреть снизу вверх. – Как тебя зовут по-настоящему?
- Я Ампутация! – ответила девочка резко.
Гораздо более резко, чем можно было ожидать. Джек знал, в чем причина подобного поведения. Ампутация была для него словно открытой книгой, он прекрасно видел, что ее обожание – не более чем форма стокгольмского синдрома. Что в глубине души она до ужаса боится его и ненавидит за то, что он сделал с ее настоящей семьей. Ему нравилось это непрерывное хождение по краю, в ожидании дня, когда Райли решится восстать против него. По расчетам Джека, это должно было случиться через три-четыре года, совпав с подростковым бунтом.
- Ампутация … будь по-твоему, - прошелестел Падший. – Ты причинила боль многим людям, Ампутация. Ты сделала больно моим родителям. А где твои родители?
- Моя семья – это Бойня, - уверенно сказала Ампутация. Внешне уверенно. Но для Джека ее ответ прозвучал как треск. Треск рушащейся верности.
- Нет, ты не права. Не знаю точно, что случилось с твоей семьей, но она не имеет ничего общего с Бойней. Ты убила своих маму и папу? Или это сделал Джек?
- Я…
Джек сжал рукоять одного из ножей, висевших на поясе. Его сила не может навредить Падшему, но вот убрать Ампутацию до того, как она станет угрозой, ему по плечу. Нужно лишь правильно нанести удар, чтобы не открылись имплантированные емкости с вирусами и токсинами…
- Делать людям больно – это плохо. Ты делала больно. Ты была очень плохой девочкой. А плохих девочек наказывают.
Ампутация замерла. Серая. Запертая во временной петле.
Джек отступил на два шага.
Падший достал откуда-то смартфон и запустил на нем воспроизведение какой-то песни. Он поднес его к глазам Ампутации, чтобы загородить ей обзор, и снова создал петлю. На этот раз маленькую, в которой уместился только сам смартфон.
- Наслаждайся, - прошипел он.
Будь ситуация менее напряженной, Джек бы взвыл от досады. Такая яркая фантазия, такая жестокость, такое тонкое эстетическое чувство – и все проходит мимо его рук!
Dance to the beat, wave your hands together!
- Вот и все, Джеки. Кажется, от твоей Бойни мало что осталось.
Come feel the heat forever and forever!
- Мы не первый раз несем потери, - пожал плечами Джек. – Недостатка в кандидатах не было никогда. Жестокость – основа человеческой природы, Конрад. У каждого под налетом цивилизованности скрывается кровожадный зверь.
Listen and learn, it is time for prancing.
- Бойня – это ты. Ты – это Бойня. Без тебя она перестанет существовать. Не знаю, какой силой ты удерживал ее в кулаке, но как говорится, «против лома нет приема».
Now we are here with Caramellendansen!
Петля вернула состояние смартфона на несколько секунд назад, и припев песни начался заново. Джек снова улыбнулся.
- Полностью с тобой согласен.
Падший не шевельнулся, но Джек знал что сейчас последует атака. Со всей доступной скоростью, какую давали бионические улучшения Ампутации, он метнулся в сторону – за огромный труп Пёселя. Серая сфера, которая должна была охватить его голову, отрезав от остального тела, схватила только половину уха.
С влажным хрустом ухо оторвалось. Джек зарычал и мысленным усилием активировал болевыключатель. Послышалось гудение двигателей – Падший взлетел, чтобы снова прицелиться.
С оглушительным грохотом Сибирь пронеслась сквозь ближайшее здание, волоча за собой чумазую рыжую девчонку. Падший стремительно взмыл вверх, разрывая дистанцию, и этого времени Сибири хватило, чтобы схватить Джека за руку. Другой рукой он успел разбить о землю пробирку, из осколков которой тут же начало раздуваться непрозрачное облако зеленого дыма. Сибирь вопросительно взглянула в сторону зафиксированной Ампутации, но Джек только мотнул головой.
- Она нас предала, уходим.
Сибирь не задавала вопросов, не рассуждала, не подвергала сомнению его приказы. Безусловно, она была самым ценным членом Девятки со времен Николаса. Она помчалась сквозь здания, проламывая бетон и кирпич так, будто это был воздух.
План отхода оставался прежним: добраться до тайника, где припасена одежда и лицевые маски, захватить транспорт и убраться незамеченными. У них даже получилось успешно выполнить первый пункт. Но когда Джек закончил переодеваться и надел на себя новое лицо, Сибирь вдруг замерцала и исчезла.
Похоже, ее создателю только что настал конец.
Джек досадливо вздохнул и пнул ногой рыжую девку. Как там ее? Мухоловка вроде?
- Вставай и пошли, - велел он. – Боже, с чем мне приходится работать…
Мухоловка испуганно на него глянула, но повиновалась. Джек поморщился. От нее он избавится сразу же, как только наберет более подходящий состав.
Они вдвоем вышли из укрытия. По
