— Всё стало ясно для нас, — согласились Дариок-Гренд'аль. — У нас есть нужное для запуска ксено технического устройства.
— Тогда пора убираться к черту с этой проклятой луны, — сказал Мардук.
Кол Бадар пошел вперед, ведя окровавленных воинов по лабиринтам коридоров «Пламени вечной погибели» к субмаринам. Несущие Слово быстро шли вперед, не желая оставаться на зараженном ксеносами скитальце дольше необходимого.
По темным коридором эхом разносились далекие демонические вопли, когда кровопускатели продолжали яростный забег. Существование призванных демонов в материальном измерении было лишь временным. Если их физические тела не убивали, они могли продержаться лишь день, пока не исчерпывалась удерживающая их энергия. Но они были лишь инструментами Первого Послушника, уже исполнившему свою цель.
Дважды, Несущие Слово попадали по пути в засаду, генокрады бросались в яростные атаки, ранив ещё двух воинов, одному они нанесли глубокую рану в бок, которая убила бы обычного смертного, а другому, одному из последних воинов Кхалаксиса, оторвали половину лица. Но он стоически пошел дальше, отбросив покореженный шлем и сжав зубы, отказавшись поддаться боли перед такими прославленными воителями как его чемпион, Корифей и Первый Послушник. Мардук уважительно кивнул воину, который шел, тяжело дыша, пробиваясь сквозь боль.
Они не встречали врагов уже больше пятнадцати минут и ускорили темп, приближаясь к субмаринам, но продолжая внимательно глядеть на опухший экран проклятого ауспекса.
«Пламя вечной погибели» внезапно сдвинулась, нос судна соскользнул с отвесной стены разлома. Судно накренилось, Мардук упал, когда пол под ним наклонился.
Несущих Слово бросило налево, ударив о широкую стену прохода, когда вздрогнул весь огромный грузовик. Один из них рухнул в боковой коридор, превратившийся в вертикальную шахту, тщетно пытаясь за что-то ухватиться. Мардук попытался ухватиться за кабели левой стены, но не успел, и начал сползать в коридор-шахту вслед за космодесантником.
Буриас-Драк'шал протянул икону, вцепившись одной рукой в боковое ограждение, пока остальные Несущие Слово рухнули позади него. Мардук потянулся, вцепившись в шипастое древко, и Несущий Икону вытянул его в безопасность. Благодарно кивнув, Мардук перевалился через край шахты, вырвавшись из её утробы.
Корабль заваливался на бок, его нос продолжал соскальзывать, а затем, наконец, остановился, удержавшись на новой позиции.
Снаружи, выбитые огромным весом грузовика из стен разлома скалы падали во тьму.
— Кого мы потеряли? — прорычал Кол Бадар, становясь на пол, вырвав силовые когти из стены, которая раньше была потолком.
— Дариока-Гренд'аля? — с сомнением сказал Мардук.
— Он здесь, — сказал Буриас, выпрямившись и загнав демона внутрь.
Механодендриты искаженного магоса вцепились в стены, словно ноги паука и замедлили его падение.
— Рхамил исчез, — прорычал Кхалаксис.
— Один он? — спросил Мардук.
— Да, — ответил оглядевшийся Кол Бадар, — Но корабль может упасть в любую секунду. Нам нужно убираться отсюда.
— Где он? — спросил Мардук, заглянув через край коридора-шахты. Он тянулся почти на пятьдесят метров, а затем исчезал в непроглядном мраке.
Кхалаксис выругался, — Ауспекс исчез.
— Брат Рхамил? — сказал по воксу Кол Бадар.
В ответ раздался голос, хотя отрывчатый и размытый статикой.
— …амил… сломана рук… прокл… — пришел ответ.
— Его вокс поврежден, — сказал Мардук.
— Он не сможет подняться со сломанной рукой, — сказал Буриас, осмотрев пролом. — Хочешь, чтобы я забрал его?
— У нас нет времени, — буркнул Кол Бадар.
Буриас посмотрел на Мардука, который печально кивнул. Кхалаксис пристально смотрел в шахту, сомкнув руки на рукояти цепного топора. Рхамил был кровным братом чемпиона, пришедшим из той же культовой банды с Колхиды, что и Кхалаксис, до того, как проклятые Ультрадесантники уничтожили родину Несущих Слово циклоническими торпедами десять тысяч лет назад. Они были одним из последних аспирантов, набранных с превращенного в пепел мира.
— Брат Рхамил, — сказал Кол Бадар, — следуй к месту встречи. Встретимся у субмарин. Повторяю, следую к месту встречи.
— …яс… орифей, — раздался смазанный ответ.
— Пошли, — сказал Кол Бадар выжившим Несущим Слово. — Если он сможет, он сделает это. Если нет, тогда такова будет воля богов, — насмешливо сказал он, кивком указав на Мардука.
Кхалаксис все ещё стоял, глядя во тьму.
— Пусть боги будет с тобой, брат мой, — сказал он, а затем отвернулся.
Несущие Слово пошли дальше. Поскольку судно перевернулось на бок, путь стал другим. Знакомое стало странным, а там где они легко проходили раньше, им пришлось карабкаться через двери в полу, и перепрыгивать через боковые коридоры, превратившиеся в шахты.
Боевые братья в силовой броне легко преодолевали эти препятствия, но громоздким Помазанникам путь давался с трудом, и Мардук сердито кусал губы до крови, глядя на это.
Буриас оторвал от стен две толстые перекладины и перебросил их через один из провалов, а Кол Бадар и его Помазанники смогли по ним пробраться, хотя балки застонали под их весом.
Последним шел Дариок-Гренд'аль. Мардук выругался.
— Они не выдержат его веса, — зашипел Кол Бадар.
Искаженный магос вместе с полным серво-комплетом и прикрепленным к спине плазменным генератором весил как два терминатора. Мардук выругался вновь, зная, что Корифей прав.
— Нам нужно найти другой путь, — сказал Мардук дрожащим от нетерпения голом.
— Подожди, — произнес Буриас, улыбка появилась на его гладком лице.
Мардук обернулся и увидел, как магос пересекает ущелье, его механические ноги висели в воздухе. Полумеханические, полуживые механодендриты плотно вцепились в потолок, когда четыре огромных серворуки магоса вытянулись по обе стороны, уцепившись за балки. Удивленно смеясь, Мардук наблюдал, как две серворуки разжались и вцепились в балки чуть дальше, а затем другие повторили маневр. Механодендриты частично отпустили потолок, а затем вонзились в крышу чуть впереди.
Он выглядел многорукой механической обезьяной, пробирающейся через крону, и даже Кол Бадар усмехнулся яркому спектаклю. Магос вновь опустился на пол, моргнув демоническим глазом.
— Ты полон сюрпризов, — сказал Мардук.
И тут вдали раздалось гулкое эхо болтерных выстрелов, и они понял, что враг нашел собрата Рхамила. Кхалаксис был напряженным и злым, остальные воины держались на уважительной дистанции от чемпиона.
Мардук хлопнул Кхалаксиса по плечу, и Несущие Слово безмолвно двинулись дальше.
Брат Рхамил раз за разом стрелял в бесконечный поток несущихся к нему генокрадов. Он убил уже, по крайней мере, трех тварей, безжизненные трупы ксеносов лежали на полу, но все новые бежали с двух сторон. Рхамил знал, что его гибель лишь вопрос времени. Некоторое время перед его глазами сияла красная предупредительная икона, показывающая что осталось мало боеприпасов. Несущий Слово с мрачной обреченностью наблюдал, как счетчик патронов уменьшался.
Его левая рука безжизненно висела на боку, сломанная в трех местах. Повернувшись налево, он выстрелил в голову генокраду, а затем резко обернулся и выстрелил в грудь другому, отбросив тварь короткой очередью.
Вновь зажав курок, он выпустил последние болты и бросил бесполезное оружие на землю. Он швырнул в коридор последние фраг-гранаты, а затем отвернулся от него и выхватил длинный нож.
Взрыв оттолкнул его на шаг вперед, пламя вырвалась из прохода позади. Устояв на ногах, он начал размахивать длинным клинком, понимая, что конец близок.
Множество генокрадов кралось к нему, согнувшись, их глаза гневно блестели. Они двигались медленно, готовясь к прыжку, словно зная, что их добыча почти беззащитна.
— Идите суда, недоноски! — взревел Рхамил, когда в его тело вспрыснулась новая доза боевых наркотиков.
Одна из ксено тварей зашипела в ответ, струйки слюны капали с её когтей. Краем глаза заметив движение, Рхамил обернулся и увидел пять крадущихся к несу генокрадов.
— Давайте! Прикончите меня! — возопил Несущий Слово, держа обе группы пришельцев в поле зрения.
Словно по невысказанной команде, все ксеносы ринулись вперед, с ужасающей скоростью преодолевая расстояние.
Рхамил повернулся к первой твари, глубоко вонзив лезвие в скалящуюся морду, пробив череп. Генокрад дернул головой в сторону и почти вырвал клинок из руки космодесантника, но Несущий Слово успел высвободить меч и ударил им в раскрытую пасть другой твари.
Лезвие глубоко вошло в глотку генокрада, из раны хлынула горячая кровь ксеноса. Однако он не успел вырвать меч, и его сбили. Он рухнул на землю, меч вырвали из его рук, и Рхамил взвыл от боли в сломанных костях.
