Фраскини склонил голову в легком поклоне, призванном обозначить вежливость, но вместе с тем позволил себе легкую иронию.
– Разумеется, «Руссо-Балт» выпускает весьма достойные автомобили. Однако же позволю себе заметить, что выпускается их крайне мало, качество их часто имеет нарекания, а вот стоимость их существенно выше, чем у автомобилей Isotta-Fraschini.
Волконский не стал спорить.
– Что ж, возможно, в вашем замечании есть определенная доля правды. Однако тем не менее Россия сейчас нуждается не в лимузинах, а в множестве дешевых и массовых автомобилей. Дешевых и массовых. Вместе с тем автомобили Isotta-Fraschini отнюдь не дешевы и тем более не могут производиться массово. Как всякий элитарный продукт, ваши авто предназначены для очень состоятельной публики. В то же самое время мой государь очень критически относится ко всякой роскоши, особенно в условиях войны.
– Конечно, князь, мне это известно. Но разве мы не можем найти точки соприкосновения? Наша фирма имеет опыт сотрудничества с итальянской армией. У нас есть прекрасная серия транспортных автомобилей Isotta-Fraschini тип 16 грузоподъемностью в четыре тысячи килограммов. Мне представляется, что такие машины были бы полезны России и ее армии.
Князь кивнул, соглашаясь.
– Да, разумеется, грузовики более полезны для нас, чем лимузины. Однако же позволю себе заметить, что объем производства ваших грузовиков и шасси к ним достаточно невелики. А вместе с тем нам требуется просто огромное количество грузовиков.
– Понимаю. Как мне представляется, может быть достигнуто соглашение о совместном производстве бронеавтомобилей на шасси Isotta-Fraschini. Насколько я знаю, в русской армии тяжелые броневики крайне востребованы. Четыре тонны есть четыре тонны, не так ли?
– Возможно. Однако есть иная проблема. Россия взяла курс на максимальную стандартизацию и массовый выпуск. Но ваши автомобили и ваши шасси носят большей частью штучный и эксклюзивный характер. Зачем нам несколько десятков авто, которые и ремонтировать будет сложно? В особенности если мы говорим о применении таких автомобилей в условиях действующей армии.
– Я думаю, князь, что решить эту проблему возможно предельно просто.
– Каким же образом?
– Массовостью. Пусть не массовостью каждой конкретной модели, но общей массовостью. На самом деле вряд ли Россия откажется от заводов по производству тяжелых грузовых автомобилей, броневиков, авиационных двигателей и двигателей автомобильных, не так ли, князь?
ТЕКСТ ВИТАЛИЯ СЕРГЕЕВА
Н. К. Крупской Бургундская Коммуна, Сен-Клод, 20 июня 1917 года
Дорогая Надюшка! Очень рад был получить от тебя весть. Я в Париже слал телеграмму в Люцерн и, не получив на нее ответа, послал другую в Женеву, но до отъезда ответа тоже не получил. Пользуюсь поездкой Клары[7] и Анжелики[8], чтобы написать тебе. Анжелика италоподданная, авось пропустят.
Неделя как мы нашей интернациональной колонной покинули Париж. Сегодня уже ясно, что вовремя и Вторая коммуна погублена. Парижане с самого начала погрязли в комитетах и прочих комиссиях. Мне в этой говорильне не нашлось подходящего места, да и времени на устройство работы РКИ только и доставало. Девять дней назад, вскоре после заключения этого позорного, но архиважного мира стало понятно, что власти в Париже нет и вожди Коммуны не понимают необходимость жесточайшей пролетарской диктатуры. Большая часть Президиума вместе с Ларго Кабальеро за два дня до того отбыла на юг, для помощи товарищам восставших Гаскони, Каталонии и Окситании. Решили и мы перенести Исполком в бастующую Швейцарию.
Управились бы за два дня, но этот палач Мишка Романов захватил Осер. И нам никак нельзя было нести головы на русские плахи. Пришлось автоотрядом уходить на Труа, Лангр, Безансон. Но его уже заняли пруссаки. В руки к кайзеровцам мы тоже попасть не могли, и, спасая наших немецких товарищей, от Гре мы свернули на Доль и утром вступили в Сен-Клод. Не буду сейчас описывать всех казусов нашего путешествия. Скажу только, что все живы, правда Клара простыла в дороге. Поклажу свою мы в пути даже приумножили.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Здесь нас встретил Фриц[9] с весточкой от тебя и вестью, что немцы заняли Кюр, а итальянцы Мижу. Он со своим оружейным обозом не смог уже к вам пробиться.
От Фрица узнал, что приступ болезни сердца у тебя все же был. Значит, ты работаешь не в меру. Надо строже соблюдать правила и слушаться врача хорошенько.
Мы с Фрицем, объединив отряды, отходим на красный ещё Лион, а там, может, будет перелом на фронтах в Окситании или Барселоне. Девочки остаются до прихода итальянцев. Анжелика уверена, что проведет Клару и парижанок в Женеву. Наши русские спутницы решили не рисковать.
Надеюсь, что дня два-три буду в Лионе – телеграфирую при первой возможности.
Крепко обнимаю, прошу писать и телеграфировать чаще.
Твой В. Ульянов
NB: Слушайся доктора: ешь и спи больше, тогда к зиме будешь вполне работоспособна.
МОСКВА. ПЕТРОВСКИЙ ПУТЕВОЙ ДВОРЕЦ.
25 июня (9 июля) 1917 года
– Первый же день работы правительственной делегации принес весомые политические, экономические и военные результаты. Вступление в войну на стороне Антанты позволило правительству и Конгрессу США оперативно одобрить подготовленные ранее документы и договоры, в частности «Договор о программе ленд-лиза», о выделении России значительных кредитов, об оказании нашей империи широкой военной и технической помощи. Подписано соглашение с Чарльзом Нэшем о создании в России филиала компании Nash Motors и строительстве автомобильного завода, способного выпускать порядка двух тысяч армейских грузовиков в год плюс поставлять не менее тысячи шасси в год для производства на их базе другими российскими заводами броневиков, санитарных автомобилей и прочего спецтранспорта, столь необходимого армии…
Я слушал Маниковского и думал о своем…
МОСКВА. ПЕТРОВСКИЙ ПУТЕВОЙ ДВОРЕЦ.
25 июня (8 июля) 1917 года
– Вы можете начинать, ваше императорское величество.
Я кивнул Суворину. Наспех организованная студия все еще смотрелась кустарно, но для меня вся современная (прости господи) техника в любом случае выглядела крайне несерьезно. Даже простейший вопрос обращения к подданным в прямом эфире и то потребовал совершенно героических усилий от всех служб и заинтересованных лиц.
– Честь в служении на благо Отчизны! От имени России я обращаюсь ко всем людям доброй воли во всем мире. Скоро три года, как Европу и земной шар потрясают сражения Великой войны. Войны, прозванной так не за ее возвышенное благородное величие, а за те великие ужасы и горести, которые она принесла народам. Вся жизнь для сотен миллионов людей разделилась на жизнь до войны и жизнь после ее начала. Бедствия, кровопролитие и смерть опустошили Европу. Люди требуют мира. Почти сто дней назад Россия обратилась ко всем мировым правительствам с призывом закончить эту ужасную войну и сесть за стол переговоров. С радостью и надеждой восприняли тогда народы известия о том, что одна за другой воюющие державы начали поддерживать эту благородную миссию и в свою очередь присоединялись к нашей инициативе. В Стокгольме уже началась подготовка к мирной конференции. Остановить бессмысленную бойню – вот в чем нам виделась наша общая задача. Задача, ставшая еще более важной после того, как были доставлены неопровержимые свидетельства наличия внеземной угрозы, полученные в ходе минувшей экспедиции русского дирижабля «Гигант» к месту космической катастрофы в Сибири. Остановить междоусобную войну на Земле, строить мирное и процветающее общество, служение во имя всеобщего блага и безопасности – что может быть благороднее этой цели?
Делаю паузу и отпиваю глоток воды.
