горячую руку.
— Спасибо, Айя, что так точно передала слова принца. Мне, конечно, будет ох как печально одной, — брелина картинно прикрыла лицо рукой, — но погода сегодня слишком уж хороша, чтоб проводить время в тоске. Будем надеяться, Его Высочество усердно поработает над своими делами, — с этим Велисия подмигнула оторопевшей служанке. Та после секундного замешательства поняла, что ругать ее не будут ослепительно улыбнулась и, поклонившись, удалилась.
— Так ты сегодня свободна? — спросил прямо брелине в ухо Умин, снова возникая рядом с ней из воздуха, стоило только служанке скрыться из виду. Фазанка подскочила от неожиданности и отпрянула от мальца. Тот, нисколько не смущенный, глядел на нее во все глаза и лучезарно улыбался. — Если ты не против, я бы хотел показать тебе свое любимое место в столице, — произнес паренек, чуть потупив взгляд, будто он только что выдал брелине какую-то тайну.
— Не знаю, будет ли правильно уйти, никому ничего не сказав… — неуверенно протянула брелина. С одной стороны, смотреть на состязания девушке не особо хотелось. Кажется, сегодня был день рукопашной борьбы и метания копья — виды состязаний, не прельщавшие фазанку. — А ты не будешь против, если с нами пойдет моя подруга, которую мы встретили вчера?
— Конечно, нет, там места на всех хватит! — тут же расслабился Умин, принимая вопрос брелины как согласие. — Я подожду тебя на площади, возле пирожков! — парень махнул рукой и скрылся за углом кустарниковой стены.
От идеи покинуть дворец Дара пришла в восторг. Юная принцесса тут же сменила вычурный наряд, который надевала для званого завтрака с высокопоставленными гостями Тихих Состязаний, на более близкое ей по натуре простое платье. Снарядив себе в провожатые верного, молчаливого хранителя, Зена, девушки отправились в город.
Жизнь на городских улицах кипела во всех смыслах. Стоило дневному светилу подняться чуть выше на небосклоне, как на город тут же обрушилась жара. Продавцы горячих пирожков уныло смотрели на вяло проплывающих мимо гостей столицы, что даже и носа не поворачивали в сторону чего-то, от чего не веяло прохладой. Сегодня продавались только веера и зонтики от солнца. Также не бедствовали торговцы фруктами и владельцы харчевен, в коих прохожий мог найти и приятный тенек, и острую снедь для любителей попотеть, чтобы охладиться.
— Во дворце наверняка вот прямо в этот самый момент подают мой любимый десерт: со льдом, красной фасолью и арахисовой крошкой, — Дара мечтательно закрыла глаза. — Вернемся? — предложила она, повиснув на руке фазанки.
— Ни разу не пробовала, — рассеянно отозвалась Велисия.
Брелина сосредоточенно выискивала Умина в толпе снующих туда-сюда горожан, которым не сиделось в такой жаркий день дома. Наконец среди прохожих промелькнул знакомый золотистый отблеск. О, это был безо всяких сомнений Умин. На фоне других людей, изнуренных жарой, истекающих потом, липких, еле-еле передвигающихся, он выделялся так же, как самоцвет на фоне серой гальки. Юнец был облачен в длинную безрукавку, доходившую ему до колена, расшитую золотистыми нитями, поблескивающими в лучах палящего солнца точно, как его волосы. Безрукавка сидела на нем как влитая, застегнутая на три пуговицы так, что были видны его по-девичьи нежные ключицы. При этом паренек отчего-то был мокрым от головы до пояса, будто его только что окатили водой. Маленькие капельки переливались в солнечном свете.
— Ох и диво дивное… — непроизвольно вырвалось у брелины.
— Мне чудится или он на самом деле светится? — Дара прикрыла глаза рукой как от яркого света. В это время «диво дивное» заметило брелину и принялось размахивать руками.
— Почему ты мокрый? — спросила фазанка, когда они приблизились к Умину.
— Хозяин вон той фруктовой лавки окатил меня водой из ушата! — восторженно сообщил юнец, тыча куда-то в сторону пальцем. — Можно попросить, чтоб он и вас облил. Так освежает!
Девушки захихикали.
— Я, пожалуй, воздержусь, — сказала Дара сквозь смех.
— Я тоже пока не настолько отчаялась! — поддержала брелина. — Куда идем?
— Следуйте за мной! — воодушевленно воскликнул Умин и вприпрыжку зашагал вперед.
Вскоре четверка молодых людей покинула шумную площадь. Они прошли через внутренний круг столицы, где были одни торговые лавки да харчевни, а потом и через внешний круг, где тут и там можно было увидеть дома самых влиятельных жителей города. Жилища самых знатных и уважаемых в основном состояли из нескольких двухэтажных и одноэтажных строений с небольшим внутренним двориком и садом. За краем круга находились владения менее богатых людей. Их жилища были намного скромнее и, как правило, ограничивались одноэтажным домом и маленьким двориком, использующимся для выращивания овощей и фруктов. Среди знати бытовало мнение, что выращивать в саду что-либо съедобное — дурной тон и удел бедняков. Такое члены высшего общества позволяли себе исключительно в загородных усадьбах.
Солнце и не думало ослаблять свои атаки и продолжало пытаться спалить всех и вся заживо. Девушки прятались за бумажными зонтиками, приобретенными на площади. Зен стойко переносил невзгоды затянувшейся пешей прогулки молча. Умин же порхал как птичка, выпущенная на свободу после долгого заточения в тесной клетке.
Наконец дома стали встречаться все реже. Молодым людям открылся восхитительный вид — с одной стороны золотилось бескрайнее поле, с другой тянулась неширокая река. Минут двадцать идущие наслаждались видом молча, но вдруг перед ними возникла картина, вызвавшая у девушек дружный вздох восхищения. Река в том месте была так широка, что больше была похожа на озеро. От дороги берег реки отгораживали ивы. Вдоль воды густо рос камыш. А вокруг ни души.
— Зен, проверь воду, — повелительно сказала Дара, глядя на водную гладь с вожделением.
— Купаться собралась? — не поверила ушам брелина.
— Да! — принцесса поглядела на подругу с дерзкой улыбкой. — Здесь ведь никого! А ты? Стесняешься? Ну и кто тут из нас принцесса, а кто чья-то дальняя родственница из провинции? — шутливо поддразнила Дара.
Фазанка чуть скованно улыбнулась, искоса глядя на Зена, деловито погружающего руку в воду и Умина, что уже вовсю резвился в воде по щиколотку.
— Вода! Совсем! Не холодная! — провозгласил златовласый.
— А ты разве не стесняешься Зена? — смущенно спросила брелина, боясь, что звучит глупо.
— Его? — Дара приподняла одну бровь и фыркнула. — Еще чего! Он мне как брат. Нет, даже не так. Он мне как сестра или…тетя…или няня. Короче, не стесняюсь я. А твой друг вообще дитя дитем! — принцесса добродушно рассмеялась, наблюдая за странным пареньком, а потом требовательно обратилась к хранителю. — Зен, кто ж так проверяет, ты в воду полезай!
Зен стоически, не проронив ни слова, не выказав ни тени недовольства, снял кафтан и, оставшись в штанах и рубахе, зашел в воду. Несмотря на то, что такими и должны быть отношения
