– Подождите, мисс, нам надо поговорить, – тихо проговорил он, увлекая Сару к люку.
– Непременно.
Сара спустилась по лестнице вслед за матросом и внимательно осмотрелась, чтобы убедиться, что никто не подглядывает и не подслушивает. Однако лишь на средней, грузовой палубе девушка осмелилась задать каверзный вопрос, который не давал ей покоя с той самой минуты, как Питер вышел из каюты капитана:
– Понятно, что ты пробрался на шхуну вслед за нами, но почему разбойники тебя до сих пор не убили?
– Капитан решил, что я смогу принести пользу. Они приняли меня в команду, но это вовсе не означает, что можно делать все, что хочется. От слежки никуда не деться. Так что даже поговорить спокойно не удастся.
– Ты, наверное, слышал, что капитан Хорн приказал нам выбрать мужей?
Харгрейвз кивнул, и глаза его потемнели.
– Знаю. И уже придумал план действий. Когда придет время объявить свой выбор, вам лучше всего назвать меня.
Предложение удивило Сару. Выйти замуж за Питера? Жить на затерянном в океане острове с человеком, которого едва знаешь...
– Честно говоря, я в растерянности. Видишь ли, Питер...
– Выслушайте меня. Мы не будем жить как муж с женой, если понимаете, что я имею в виду. Такое решение облегчит вам жизнь после возвращения в Англию. Его сиятельству не придется заботиться об официальном разводе, если мы... ну, вы понимаете...
– Да, понимаю. – Сара слегка прищурилась. – Но не думаете же вы, что нам когда-нибудь удастся...
В этот момент по верхней палубе, прямо над головами, со смехом прошли два пирата, и Сара замолчала. Продолжила, лишь когда те отошли от открытого люка, да и то говорила шепотом, почти в самое ухо Питеру.
– Не надеетесь же вы на то, что когда-нибудь нам удастся убежать?
– Почему же? Вполне возможно. Я немного знаком с навигацией и подобными вещами. Если остров окажется не слишком удаленным от других островов, то мы сможем на веслах добраться до одного из них, населенного обычными, нормальными людьми.
Сара со вздохом намотала на палец локон.
– Прости, Питер, но твой план нереален.
– Может быть, и так. И все же вспомните: капитан говорил о возвращении на один из островов Зеленого Мыса за покупками. Попытаемся улизнуть, а потом отправимся в Англию. Не волнуйтесь, я непременно придумаю какой-нибудь способ вырваться отсюда и вернуться домой. – Взгляд неожиданно обрел суровость, а в голосе зазвучала уверенность. – А пока главное для вас – держаться как можно дальше от лорда-пирата.
– Не называй его так. Титул придает значимость, которой на самом деле не существует.
Харгрейвз порывисто схватил Сару за руку:
– Послушайте меня, мисс Уиллис. Не обольщайтесь тем, что капитан якобы дал женщинам право выбора. Все это лишь видимость. А хуже всего то, что сам он определенно положил на вас глаз. Потому-то и необходимо, чтобы рядом оказался кто-то другой, надежный и безопасный, тогда он будет держаться на расстоянии.
Слова Питера вызвали какой-то странный трепет. Ведь только безмозглая и пустая дурочка почувствует себя польщенной вниманием безжалостного разбойника. К тому же Питер глубоко заблуждается.
– Но он вовсе не положил на меня глаз. Разве ты не слышал, что он сказал днем?
Питер нахмурился:
– Слышал. Но в то же время я слышал, что говорят его люди. Простите, но они едва ли не пари заключают, уверяя, что буквально через несколько дней капитан уложит вас в постель.
Сара покраснела.
– Чепуха. Волноваться абсолютно не о чем. Я скорее умру, чем позволю этому чудовищу прикоснуться ко мне еще раз.
– Еще раз? – Питер крепче сжал ее руку. – Так что же он делал, пока вы были в его каюте? Неужели посмел вас обидеть?
Проклиная свой болтливый язык, Сара поспешила успокоить Питера:
– Нет-нет, не волнуйся, конечно, капитан меня не обидел. Мы просто немного поговорили, и все. Так что тревожиться не о чем. Этому человеку никогда не удастся меня соблазнить. – Но, поразмыслив, Сара сказала: – Возможно, ты прав, Питер. Мне действительно следует назвать мужем именно тебя.
– Это лучший выход, мисс, правда. И не бойтесь: так или иначе, а я все равно вытащу вас из этой западни.
– Надеюсь, – прошептала Сара. – И верю.
Глава 9
Надеюсь, что до тех пор, пока у женщин останется хоть капля душевных сил, они не устанут доказывать, что достойны лучшей участи и не желают покорно уступать заносчивости, высокомерию и надменности (со стороны мужчин).
София (предположительно, псевдоним Мэри Уортли Монтегю). Женщина ничем не хуже мужчины
Едва стемнело, Гидеон вышел из каюты и с задумчивым видом принялся мерить шагами палубу. Ночь выдалась ясная, звезды сияли в бархатной синеве подобно бесчисленным бриллиантам на королевской мантии. Соленый морской воздух освежал и дарил силы. Да, он будет скучать по тихим ночам на борту «Сатира», по мерному поскрипыванию мачт и рей, по плеску волн, бьющихся об испытанный временем дубовый корпус. Наверное, и ему самому, и его людям придется время от времени плавать на острова Зеленого Мыса, чтобы пополнить запасы продовольствия, однако вряд ли уже когда-нибудь доведется проводить в открытом море, наедине с вечным небом и такими же вечными волнами долгие недели и даже месяцы.
Капитан проверил вахтенных и вернулся к собственным мыслям. В душе снова проснулись недовольство и разочарование. Странное, тревожное чувство не позволяло в полной мере насладиться тишиной и безмятежным покоем ночи.
Но ведь это упрямое, неумолимо грызущее душу разочарование родилось совсем недавно. Оно-то и заставило принять решение оставить пиратское ремесло и поселиться на острове Атлантис.
Морские погони, внезапные нападения на суда презренных аристократов... ничто больше не приносило ни удовлетворения, ни душевного покоя. Он и сам прекрасно знал, что произойдет, если продолжать путь в том же направлении. Пираты никогда не жили долго. Само понятие «старый пират» – бессмыслица.
Возможно, кому-то улыбалась мысль умереть молодым; возможно, кто-то мечтал покинуть мир в расцвете сил и лет, но Гидеон не относился к числу таких людей. Он собирался прожить долгую, наполненную событиями и чувствами жизнь, а не закончить ее на виселице. Или на морском дне, что в принципе одно и тоже.
Он и так отдал морю значительную часть жизни, ни много ни мало – двадцать один год. Ему исполнилось двенадцать, когда беспутный отец допился до смерти и оставил единственного сына без гроша и в полном одиночестве. Проведя год в борьбе с голодом и не найдя работы, мальчик охотно принял предложение одного сердобольного капитана поступить к нему на корабль юнгой.
