устроилась на переднем сидении рядом с водителем.
* * *
Илья Сергеевич завёл шевроле. Зверь-машина заурчала, двигатель заработал, и мы тронулись в путь.
Я уставилась в открытое окно, рассматривала окружающий пейзаж. Заметила просторные лесные массивы, простирающиеся на протяжении многих километров. Между деревьями пробивался луч солнечного света. Почувствовала, как пахнет свежий воздух, насыщенный ароматом лесных трав и смолы. Ощутила прилив сил, словно с каждым вдохом я получала особенную энергию.
— Большой лес, — заметила я.
— Да, лесные массивы в наших местах обширные…
— В этих краях чащи оказались не только огромными, но и полными загадок и неизведанных опасностей, — вставила я.
Он кивнул. Думал о свём и смотрел на дорогу.
Меня укачало. Попросила остановить машину, чтобы пересесть на заднее сидение.
Наконец я расслабилась и погрузилась в медитацию. Разум устремился в неизведанные просторы, позволяя мне встретиться с мирами, которые обычно остаются скрытыми от нашего суетливого взгляда. Вдыхая воздух глубоко в себя, я ощутила, как мысли успокоились…
* * *
Пригрезилась мне знахарка Ульяна. Моя древняя мудрая наставница и помощница. Мне показалось, что её глаза видели людей насквозь и проникали в самые глубины души. Вела она за собой пропавшего Пашу, молодого и наивного. Внешне он казался большим ребёнком…и покорно следовал за Ульяной.
Их лица отражали безмерную грусть.
В состоянии медитации я настроилась на волну взаимопонимания с Пашей и травницей Ульяной.
— Поговори со мной, — обратилась я к Паше, — Ты хотел что-то рассказать о пропавшей девочке Дарье. Сейчас самое время, больше медлить и скрыть правду нельзя.
Ульяна и Паша остановились, посмотрели на меня.
— Паша, ты знаешь, кто похитил Дарья?
Он кивнул.
— Кто?
Ульяна приложила палец к губам.
— Ты опознаешь…он опасен… — ответила за него знахарка.
Прочитала я по губам еле слышный шёпот Ульяны.
— Как? Когда я его узнаю?
Они остановились, посмотрели на меня. Я чувствовала, что у них есть важная информация. Мой пульс немного участился. Робко переглянувшись с Пашей, я не сдержала своего любопытства: — Паша, кто этот человек? — спросила я.
Заметила моё беспокойство Ульяна, сделала ему знак, чтобы молчал. Её глаза были наполнены неподдельной тревогой, и я поняла, что она знает что-то важное.
— Похож на двуликого Януса, один в двух лицах, — прошептала она.
— Имя? Как его зовут?
— Его величают… — проговорила она, но я не расслышала последнее слово.
— Я не поняла…
— Нам пора, — сказала Ульяна и потащила Пашу вглубь леса.
— Стойте, — окликнула я.
Но они не обернулись. Удалялись всё дальше и дальше от меня. Потом растворились в серебристой дымке.
Я выдохнула. Открыла глаза, почувствовала, что нахожусь в настоящем мире и сижу на заднем сидении автомобиля Ильи Сергеевича.
— Уже почти приехали, — сказал Илья Сергеевич и остановил машину у первого дома села Лядовка.
Мимо нас проходила пожилая женщина с котомкой.
— Здравствуйте! — обратился участковый к ней, — Разыскиваем девушку и молодого человека. Взгляните на фотографии.
Женщина остановилась, взяла снимки в руки и посмотрела.
— Нет, этих не видела. У нас много дачников обитает летом, да к местным родственники приезжают погостить.
— А что с ними? — поинтересовалась она.
— Пропали, — ответил он
— Было дело, у нас пять лет назад грибники пропали в овраге.
— Понятно, мы как раз к Чёртову оврагу идём. Как нам лучше пройти?
— Ступайте по главной улице до конца деревни, затем через осинник выйдете к основному лесу, а там и овраг будет.
Она оглядела нас, перекрестила и зашагала дальше.
Мы с Ильёй Сергеевичем переглянулись и двинулись дальше к опасной лощине.
— Село Лядовка — древнее, упоминается с пятнадцатого века. Своя церковь и погост имеется, — поделился Илья Сергеевич.
— Как интересно! На обратной дороге хотелось бы посетить Храм, — ответила я.
Деревенские собаки провожали нас громким лаем. Охраняли свою территорию. Я ощутила древнюю энергетику села.
Проходя по его улочке, я почуяла, как история и дух прошлого оживали. Старинное село Лядовка, окутанное мистическими легендами, расположилось по обе стороны главной улицы.
Голос Илья Сергеевича нарушил мои размышления: — Братская могила за деревьями. Посмотрите направо.
Я остановилась, увидела за зелёной стеной памятник погибшим во время Великой Отечественной войне. — Дивный у вас, край! Многовековая земля, кормившая людей столетиями, политая кровью защитников, — ответила я.
— Давайте подойдём, почтим память, — предложил Илья Сергеевич.
— Хорошо.
Медленно приблизились мы к мемориалу. Каждый шаг напоминал нам о страданиях и героизме тех, кто стоял на защите Родины. На гранитных плитах были выбиты имена погибших.
Моё сердце сжалось от горя и восхищения, когда осознала, какая невероятная цена заплачена за нашу свободу, за то, чтобы я сегодня могла стоять здесь.
Мы молчали, поглощённые мыслями и благоговением перед этими именами, перед жертвами, которые не просто умерли, но стали символом непоколебимой силы русского народа. В тишине услышала сквозь века призыв: — Не забывайте нас, не изглаживайте из памяти, какие ценности были отданы в этом сражении.
Мурашки пробежали по моей коже. Илья Сергеевич тоже проникся уважением к подвигу погибших воинов.
Мы двинулись дальше к оврагу. Подошли к осиновому леску.
Мне почудилось, что кто-то шепчет заветные слова.
— Слышите, Илья Сергеевич, как будто люди переговариваются.
Он остановился, прислушался: — Похоже на диалог двух людей.
Но никого рядом не было. Оказалось, это шелестели между собой осиновые листочки.
Прошли мы дальше через молодой сосновый лес. Сразу налетели злобные комары. Меня не кусали, а Илье Сергеевичу досталось изрядно.
Далее мы вышли к извилистому ручью, который, словно серебряная нить, протекал по чащобе.
— Смотрите, сколько грибов, — заметила я
— Самый сезон начинается, — ответил он, — Грибники едут из больших городов.
Наш путь неожиданно преградили сухие тощие ёлки. Они, словно стражи, не пускали пришельцев.
Ели, острыми ветвями создали непроходимый забор. Нам пришлось осторожно прокладывать себе дорогу сквозь тёмно-зелёную крепость, пробиваться через тернистые грани.
Одна ветка больно хлестнула меня по лицу. Другая, зацепилась за рубашку Ильи Сергеевича и чуть не порвала ткань.
— Опасный лесок, — заметила я, — Чужаков не пускает.
Продвигались мы осторожно. Наконец, достигли поляны, где ёлки уступили место гладким и изящным склонам оврага.
Мы достигли узкого пролеска. Осмотрелись. Там колючие ёлки расступились, и показался пологий склон Чёртова оврага.
Почувствовала я мгновенно дурную энергетику этого места. Тотчас у меня закружилась голова. Присела на траву. Илья Сергеевич примостился рядом. Я ощутила, что ему тоже не комфортно. Участковый вытирал пот со лба.
— Нечистая сила здесь обитает, — высказалась я.
— Люди пропадали, это факт, — добавил он.
Я ощутила слабость и закрыла глаза. На мгновение погрузилась в медитацию.
Увидела на тонком плане погибших бойцов, потерявшихся грибников и знахарку Ульяну. Иных она брала
