Никола пожала плечом, но…
— Да! Да, конечно! — Что еще она могла ему сказать?..
В это время к ним подошла Жезина в сопровождении молодого человека. Взяв Николу за обе ладони, она так и оставила ее на расстоянии вытянутой руки.
— Диана, сладость моя! Как вы обворожительно красивы! Какой это подарок для меня! Или, — Жезина бросила взгляд на Ганса, — может, не совсем для меня? Ну, это не так важно! Познакомься, пожалуйста. Этот молодой человек англичанин, профессиональный журналист. Сейчас будет освещать работу ярмарки фарфора. Разрешите представить вам, Диана, мистера Роя Форсетта… А теперь не поможете ли вы нам разрешить маленький спор? Он утверждает, что совершенно определенно встречал вас раньше, а я сомневаюсь. Хотя, полагаю, вам лучше знать.
— Да?.. Я тоже сомневаюсь, что мы когда-либо встречались с мистером Форсеттом. Но даже если и виделись, я не запомнила этого! — произнесла Никола по-английски, как и Жезина, и почувствовала, что ступила на опасную почву. Ее рука слегка дрожала, когда она протягивала ее незнакомцу.
Его светлые, холодные глаза придирчиво осматривали ее лицо, волосы, фигуру.
— Я и не надеялся, что вы запомните меня, мадемуазель, — сказал он. — Мне кажется, я видел вас однажды, но на расстоянии, мы даже не разговаривали. Дело происходило минувшей зимой в Шотландии. Вы были там?
Вот так-то! Больше всего она опасалась, что встретит людей, знавших Диану, а оказалось, что опасность подстерегает ее с другой стороны — она встретила человека, знавшего Николу Стерлинг. Что делать? Врать напропалую? Нет, лучше воспользоваться полуправдой. Шотландия все-таки большая страна…
— Да, я была в Шотландии какое-то время. Но…
Рой Форсетт повернулся к Жезине.
— Ну вот, видите! — воскликнул он и вновь обратился к Николе: — Я так и думал. Значит, я прав: я мог вас видеть… — Он на секунду замялся. — В Эдинбурге, в январе?
Никола облегченно вздохнула: зная, что она никогда не встречала его раньше, девушка могла теперь сказать правду (она была на конференции в Глазго в качестве секретаря Лондонской делегации торговцев канцелярскими принадлежностями).
— О, к сожалению, мне пришлось побывать только в Глазго. В Эдинбург я так и не съездила.
Форсетт изобразил удивление: его светлые глаза и блеклые брови полезли на лоб.
— Как, вы посещали Шотландию, мадемуазель, и навестили только Глазго, не повидав священных мест Эдинбурга, не побывав в горах, на озерах?! Честно? Стыдитесь! Вы непременно должны съездить туда еще раз и как можно скорее исправить свою ошибку!
— Да, вы так думаете? — вопросила Никола, перекрывая радостное восклицание Жезины.
— Ну, что я говорила! — резвилась та, обращаясь к своему кавалеру. — Нам надо было спорить на деньги, дружище! Но… — Она бросила многозначительный взгляд сначала на Николу, потом на Ганса. — У меня такое впечатление, что мы здесь лишние. Пойдемте-пойдемте! Где-то здесь должна быть очаровательная рыженькая американка — я ее встретила утром в баре. Вы попытайтесь ее убедить, что виделись с ней в Сент-Луисе, Цинциннати или еще где-нибудь… — И Жезина увела Роя Форсетта, оставив Николу и Ганса одних.
— Этот тип вначале выглядел очень самоуверенно, — сердито произнес Ганс. — Но вы действительно не встречали его?
— Никогда в жизни, насколько я знаю.
— Тогда зачем он это утверждает? — нахмурился Ганс. — Чтобы найти повод встретиться с вами? Да?
— Сомневаюсь. Насколько мне известно, если мужчина хочет встретиться с девушкой, он подходит к ней и говорит это в лицо, а не прибегает к услугам посредника.
— И как часто подступали к вам мужчины с такими предложениями? — ревниво спросил Ганс.
Никола рассмеялась:
— Не думаю, чтобы в моей или вашей стране была хотя бы одна девушка, которая бы так или иначе не получала подобных предложений. Но не волнуйтесь: большинство из нас знает, как от них отбиться.
— Надеюсь на это. Все это… так дешево! — с презрением произнес Ганс.
Не договариваясь специально, они перестали обсуждать этот инцидент, но он запал в голову Николы.
Что-то в нем настораживало и не давало покоя. Действительно ли молодой человек ошибался или он, как предположил Ганс, избрал кружной путь, чтобы познакомиться с ней? Как ни старалась, Никола не сумела понять, что же конкретно беспокоит ее в этом случае. Нервы, однако, напряглись до предела. Вечер был испорчен, да и спать ей в эту ночь не пришлось. И не без причины, как ей очень скоро довелось узнать…
На следующее утро, когда Никола уже собралась звонить Жезине, чтобы от Курта и себя лично поблагодарить ее за чудесный прием, заверещал телефон. Звонила Жезина.
— Диана?
— Да. Вы меня опередили! Я только что хотела звонить вам. Курт просил передать, что мы восхищены вчерашним вечером.
— Все в порядке. Он уже выразил свое восхищение в полной мере, перед тем как уехать вчера. Но сейчас мне нужны именно вы. Вам не трудно навестить меня?
Никола слегка задумалась.
— Я должна сейчас выяснить, кто поедет в Сьон в четверг вечером… Но, конечно, я могу прийти. Когда?
— Как можно скорее. Я буду ждать вас. Приходите прямо ко мне в номер.
— Хорошо! — И, еще не испытывая особой тревоги, спросила: — А в чем дело?
Последовало напряженное молчание. Затем Жезина произнесла:
— Да есть нечто довольно важное, собственно, очень важное, касающееся нас обеих и кое-кого еще. Я жду вас! — и закончила разговор.
Никола медленно положила трубку на телефонный аппарат. До нее все в большей степени доходила угроза, прозвучавшая в последних словах Жезины. Шпаги, которые на определенное время были якобы вложены в ножны, теперь вновь оказались наготове. Что побудило к этому Жезину?
Долго гадать Николе не пришлось. На этот раз в комнате Жезины не было коктейльного столика. После холодного кивка вместо приветствия она сразу же перешла к делу.
— Итак, мисс Никола Стерлинг, — четко произнесла Жезина, — что же такое вы задумали с моим лучшим другом — Куртом Тезижем? Или и без объяснений все ясно? Может, вы все-таки расскажете?
Бессмысленно было изображать неподдельное удивление. Никола знала, что она уже выдала себя, непроизвольно вздрогнув при упоминании ее имени.
— Я не собираюсь заставлять вас гадать, почему выдаю себя за сестру Курта. Что конкретно вас интересует? Если, конечно, вы считаете себя вправе, — добавила Никола, еле сдерживая свое раздражение, — допрашивать меня, затрагивая личный вопрос, который касается только нас с Куртом?
Жезина сделала удивленное лицо.
— Неужели? А по-моему, он касается всех тех ваших друзей, которых вы решили одурачить с помощью этого глупого маскарада! Ладно, я не стану смущать вас и требовать объяснений. Я сама вам все расскажу. Хотя, честное слово, не могу понять, почему вы с Куртом — даже если вам захотелось тайно провести недельку-другую вместе — не остановились в каком-нибудь второсортном отеле, скажем, как мсье и мадам Дюпон, вместо того чтобы устраивать этот парад добродетели!.. И еще одного не могу понять: как вам удалось подлинную сестренку Диану вовлечь в свою игру?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
