все вокруг.
Единственное, что действительно заставляло переживать – грядущая ночь. Я не представляла, как мы будем раскладываться. Сперва думала, если что, лягу на первом этаже, но когда парни ушли жарить шашлык, оставив нас с Ниной на кухне, поняла – ночью тут можно замерзнуть. Радиатор, который стоял у входа, не тянул на такое пространство, мы ходили в спортивных брюках, теплых кофтах и тапочках и не умирали от жары. Зато на втором этаже было реально тепло, там словно отдельная вселенная, куда поселилось солнце.
Я не переставала прокручивать в голове вопрос ночевки, даже когда нарезала овощи, делая из них салат. Нина не спешила помогать, она занималась фотографиями: то бокалы расставляла на столе, то композиции создавала. А когда я попросила у нее помощи, она так посмотрела, будто я предложила ей съесть таракана. Однозначно, роль повара сегодня в моем распоряжении.
– Давно ведешь блог? – я решила немного разрядить атмосферу.
– Нет, месяца три. Но мои фотки уже успели попасть в разные паблики. Хочешь, покажу? – и не дожидаясь ответа, девчонка подбежала ко мне с планшетом. Я чистила картошку и пыталась рассмотреть снимки: на одном была стопка книг, рядом кружка с кофе и какие-то бусы, на другом деревянная дощечка, сверху лежало золотое кольцо, рядом стояла белая толстая свеча.
– Красиво, – улыбнулась. Фотографии, в самом деле, вызывали приятные эмоции.
– Я хочу потом на этом зарабатывать, – поделилась Нина.
– Мне кажется, у тебя все шансы. Ты молодец, – искренне похвалила я.
– Спасибо, – теперь и брюнетка улыбнулась. У нее были большие, миндалевидной формы глаза. В приглушенном освещении их цвет напоминал тягучую карамель. Я невольно засмотрелась, отмечая про себя, что Нина симпатичная.
После того как я закончила с картофелем и сервировкой стола, мы уселись с новой знакомой на диванчик. Она налила в винный бокал нам апельсинового сока, и теперь наши посиделки походили на настоящий девичник. Не хватало только задушевных разговоров и конфет, хотя, думаю, оба варианта были поправимы.
– А вы давно с Максом знакомы? – спросила Нина, чокаясь со мной.
– Нет, пару дней.
– Никогда бы не сказала.
– Что? Почему? – удивилась я, не сдержав улыбки.
– Мы с Дэном уже год вместе, за это время я видела около десяти подружек Айса. Он с ними ведет себя иначе, да и они лебезят перед ним. Такие стервы, – закатила глаза Нина. – А с тобой он такой же… как с нами – нормальный. Поэтому я и подумала, что у вас с Максом типа серьезно все.
– А? – от мысленного заключения брюнетки я едва не подавилась соком. А потом вдруг вспомнила, как Ледовский поймал меня пару часов назад у речки в лесу. Он так смотрел, что у меня перехватило дыхание. От неожиданной физической близости закружилась голова, клянусь, в тот момент я могла бы сосчитать удары собственного сердца. Оно неистово прыгало в груди, как никогда прежде. Даже от поцелуя Власова, пусть то и поцелуем назвать сложно, я не волновалась так, как в объятиях Максима. От него исходила бешеная энергетика и мужской запах, что сливался с морозной свежестью, исходящей от пушистых сосен.
– Мы вернулись! – дверь открылась, и на пороге появились ребята, держа в руках мясо, сетку и пакет с углем. Ледовский стряхивал с волос снег, а потом вдруг взглянул на меня, и я отчего-то зарделась. Глупость, не иначе. Чего так смущаюсь! Это же Айс! Нахал! Грубиян! Наглый павлин! Нет-нет! Никаких смущений, только не на этого парня.
– Ух! Мяско! – воскликнула Нина, подскакивая с дивана.
– А я смотрю, вы тут уже расслабляетесь? – с усмешкой в голосе сказал Максим. Он поставил кастрюлю с шашлыком на стол, и они вместе с Денисом пошли в ванную, мыть руки. По комнате моментально разлетелся вкусный запах жареного мяса, я уже ощущала его хрустящую, поджаристую корочку во рту. В животе сладко уркнуло от предстоящей трапезы.
– Накладываем, пока горячее! – заявил Денис, возвращаясь первым. Он сел рядом с Ниной, а Ледовский возле меня.
– Удиви нас своим зачетным шашлычком, – потирал ладони Максим.
– Так-с, все берем и побольше, а то повар в лице меня обидится.
– Дэнчик готовит выше всяких похвал, – хвасталась за своего парня брюнетка.
– А что там с картошкой? – спросил Ледовский, накладывая мне в тарелку мясо, притом довольно большой, поджаристый кусочек.
– Ну… она… немного еще не сварилась.
– В смысле? За сорок минут не сварилась? – выгнул бровь этот павлин. Вот его привычное высокомерное состояние, о котором не стоит забывать, чтобы лишний раз не смущаться.
– Перебои с электричеством, печка электрическая… Короче, она варится еще, – оправдывала я картошку, которая, в самом деле, варилась слишком долго.
– Тогда сначала мяско, потом картофан, – заявил Денис.
Мы послушано принялись уплетать шашлык, поочередно нахваливая блюдо, что таяло во рту. Не заметили, как за десять минут расхватали смачные куски, затем в ход пошел салат, следом и консервация, которую купили еще в обед в магазинчике.
Закончив с едой, перешли к чаю с шоколадками, что остались после съемок Нины. Она поставила перед нами красивое блюдо, напоминающее ресторанную подачу. И пока я убирала со стола, брюнетка погасила свет, включила гирлянды, внутри домика они тоже были развешаны: обмотаны вокруг перил, ведущих на второй этаж, на стенах, вокруг полочек у телевизора. Там же расположилась маленькая искусственная елочка, обсыпанная ненастоящим снегом.
– Вау, – ахнула я, замечая горящие огоньки по всей комнате. Никогда не видела столько ярких маленьких фонариков в одном месте. Создавалось ощущение, словно мы находимся где-то в космосе и наблюдаем воочию звездопад. Я глянула в окно, замечая пушистый искрящий снег, что медленно оседал на деревья. Словно в сказке, именно такое создавалось впечатление.
– Ребят, это будет самый зачетный сторис! – воскликнула Нина, вытаскивая телефон из кармана. Она открыла окна, впуская в комнатку морозный ветер и маленькие снежинки. Я тоже подошла к брюнетке, но не для того, чтобы снимать, а скорее, полюбоваться зимним пейзажем. Однако, буквально сразу продрогла, скрещивая руки на груди и переминаясь с ноги на ногу. Все-таки горный климат сказывался, ночами здесь достаточно холодно.
А потом вдруг ощутила, как на мои плечи легла теплая накидка. Оглянувшись, я замерла, замечая Ледовского. Он накинул большой плед на меня и Нину, отводя взгляд в сторону, так, если бы это был не он, а кто-то другой.
– Заболеете еще, – сказал достаточно тихо Максим.
– К черту темноту! – заявил Денис, щелкнув выключатель.
– Ну Дэн! – завыла брюнетка, недовольно оглядываясь.
– А где «пожалуйста»?
– Денис! – прикрикнула Нина.
В комнате, словно по волшебному дуновению, вдруг отключился свет, видимо, очередные перебои с электричеством. В кромешной тьме
