Сначала он обдал этот факт холодным равнодушием. Он всегда славился тем, что умел контролировать эмоции, и не желал терять это умение. Потом же пришел в замешательство.
Андреас наблюдал, как Элизабет покраснела до корней волос и что-то прошептала на ухо Гилберту, прежде чем стряхнуть его руку.
Не обращая внимания на буравящий ее взгляд Андреаса, Элизабет решительно повернулась к Джеймсу и затеяла с ним разговор о вечеринке. Нормальные люди поняли бы столь четкий намек, но Андреас остался стоять, где стоял. Ей не обязательно было видеть его лицо – она и так знала, что его губы кривятся в ироничной усмешке. Он цедит шампанское и наверняка думает, насколько смешна брошенная женщина.
Утонченные закуски сменили более сытные блюда, что весьма порадовало гостей. Элизабет чмокнула Джеймса в щеку и с облегчением повернулась к Андреасу спиной.
У нее прекрасно получалось делать вид, что его здесь нет, когда вдруг у стола она почувствовала легкое прикосновение к плечу. Она моментально поняла, кто это: только один человек из всех, кого она знала, не признавал чужого личного пространства.
– Тук-тук, – сказал Андреас. – Разве ты не должна проводить больше времени с целевой аудиторией? Нельзя оставлять его надолго – чуть отвернешься, а он уже вон где. – Андреас чувствовал, что начинает походить на неудачника, – как еще можно назвать мужчину, который не может оставить в покое бросившую его женщину? Но он не мог ничего с этим поделать. Где-то в глубине гнездились смятение и неуверенность, и он не знал, как с ними бороться.
Элизабет не станет увлекаться Андреасом, иначе снова окажется в мясорубке неразделенных эмоций, унижения и жалости к себе. А эта вечеринка в ее честь должна помочь ей уйти как можно дальше от этих ощущений.
– Тоби – не целевая аудитория. Кроме того, это начинает походить на оскорбление. Ты хочешь сказать, что я могу заинтересовать мужчину только в том случае, если запрусь вместе с ним в комнате и выброшу в окно ключ?
Андреас подумал о том, сколько возможностей предоставила бы такая ситуация ему самому, и мрачно ухмыльнулся. Нет, он не спросит ее, собирается ли она встречаться с Гилбертом.
– В любом случае надо бы пройтись, а то Джеймс решит, что мне не нравится вечеринка. – Элизабет холодно взглянула на Андреаса и направилась к одному из столов, расположенному рядом с выходом в сад.
Ближайший час ей предстояло провести, беседуя с молодыми людьми, которые были весьма вежливы и обходительны, но с которыми у нее не было совершенно ничего общего. Ах, если бы она могла последовать своему в высшей степени разумному плану! Тоби, очевидно, ждал, когда она даст ему зеленый свет, но Элизабет с удивлением обнаружила, что все, на что он может рассчитывать, – это желтый, и даже на это она шла с большой неохотой.
Краем глаза Элизабет заметила Андреаса, приближавшегося к столу, который она облюбовала, чтобы перекусить и передохнуть.
– Я пришел извиниться, – произнес он, садясь рядом с ней и начиная есть.
Элизабет не ожидала ничего подобного, но быстро оправилась и тоже принялась за еду, которая была восхитительна. Все ее чувства были обострены, как бывало всегда, когда Андреас находился поблизости, даже если ничего хорошего от него ожидать не приходилось.
Столы ломились под тяжестью блюд и многочисленных бутылок с вином. Андреас откупорил одну и налил им обоим. Люди, которые подходили к столу, замечали их и плавно мигрировали в другую сторону.
– Ты отпугиваешь гостей! – произнесла Элизабет.
Она хотела дать Андреасу понять, что его общество ей неприятно, но ее тело, кажется, придерживалось другого мнения. Один лишь взгляд на его длинные пальцы и мускулистые руки, как ее желудок рухнул куда-то вниз.
– Это хорошо. Ненавижу извиняться на публике.
– Неужели тебе когда-то приходилось это делать?
– Нет, не приходилось. И не очень хочется начинать.
Элизабет изо всех сил пыталась успокоиться. Возможно, если вспомнить все, что он натворил, это поможет ей избавиться от безумного, головокружительного влечения. Но во рту пересохло, сердце стучало как бешеное, а грудь бесстыдно набухла.
– Пожалуй, я повел себя невежливо, предполагая, что ты намерена очертя голову броситься в неожиданную толпу потенциальных поклонников. – Он решил не уточнять, что в первую очередь имеет в виду Гилберта.
– Потенциальных поклонников? Что за глупости! Джеймс подумал, что мне будет полезно познакомиться с ровесниками, а все молодые люди, которых он знает, – родственники пожилых людей. Или друзья друзей.
Стоило бы намекнуть Андреасу, что Тоби – вполне серьезный претендент. Так она покажет, что может так же легко забыть об их отношениях. Однако, пока Андреас находился так близко, мысли ее путались и она не могла придумать ничего достойного.
Вряд ли только беспокойство о том, чтобы ей не было скучно, руководило Джеймсом при составлении списка приглашенных, и Андреас пообещал себе позже поговорить с крестным о том, что в его возрасте не к лицу заниматься сводничеством.
– Не важно. – Он изящно повел плечами, отставил тарелку и повернулся к Элизабет.
Его умение сосредотачивать все внимание на человеке было одной из составляющих его обаяния. У Элизабет снова закружилась голова.
– Я подумал о тебе плохо, и должен за это извиниться.
Она уставилась на него, не веря своим ушам, а Андреас взял ее руку и принялся нежно перебирать пальцы.
Элизабет показалось, что в воздухе резко понизилось содержание кислорода. На какое-то мгновение она застыла, а после принялась убеждать себя, что это просто ничего не значащий приятельский жест – жест мужчины, который все забыл и потому может спокойно прикасаться к ней, не опасаясь головокружения или удушья.
Посмотрев в его горящие глаза, Элизабет поняла, что сейчас упадет в обморок. Она чуть было не захихикала, подумав, нет ли на этих богато накрытых столах где-нибудь нюхательной соли. Интересно, как Андреас отреагирует, если узнает, что его покровительственное отношение заставляет ее нервничать?
– Все в порядке, – произнесла Элизабет, а сердце бешено стучало. – Я рада, что ты мне теперь веришь. Я правда не собиралась ни о чем рассказывать, и если бы не твоя девушка…
– Бывшая девушка. Мы расстались еще до того, как у нас с тобой все началось. – Он взглянул на ее вмиг вспыхнувшее лицо.
Он нарочно сказал это, чтобы посмотреть на ее реакцию.
– Почему же ты тогда об этом не сказал?
– Оправдываться не в моих привычках. – Андреас пожал плечами и так хищно улыбнулся, что Элизабет моментально бросило в жар. – Но теперь я подумал, что мне стоит наконец объяснить, в чем дело. Мне было бы неприятно думать, что ты полагаешь, будто я способен встречаться с несколькими женщинами одновременно. К этим вещам я отношусь достаточно серьезно. – Он понизил голос до хриплого шепота. – И раз уж зашла речь об этом, я должен признаться, что в постели ты просто великолепна. Я до сих пор иногда закрываю глаза и представляю, как запускаю руку тебе в трусики. – Он откинулся на стуле и огляделся. За столом постепенно начинали собираться молодые люди. – Впрочем, не бери в голову. Наслаждайся своим триумфом среди этих волчат – Джеймс пригласил их всех сюда ради тебя. – Он по-прежнему не смог заставить себя упомянуть Гилберта, но был абсолютно уверен, что сейчас она даже не сразу вспомнит, кто это такой. – Кстати, как тебе вечеринка?
