обработала мой ушиб, мы немного посмотрели телевизор и долго обнимались при прощании, что было очень приятно. Как и все, что мы делали с ней до этого.
– Не знаю, – отвечаю я на вопрос Джоэля. – К сожалению, мы об этом не говорили.
– А ты этого хочешь?
– Да.
– Тогда скажи ей. – Он пожимает плечами, как будто это самая обыкновенная вещь на свете.
Я рассказал Джоэлю, что мы целовались, но не упомянул о том, что это был лучший поцелуй в моей жизни. Что он пробудил во мне чувства, которые я ранее не испытывал. Я и не знал, что бывают губы, от которых не оторваться. Губы Обиомы оказались наркотиком, на который я безнадежно подсел.
– Я ее поцеловал. Она знает, что я хочу быть с ней.
– Но ты же целовал девушек, ничего от них при этом не желая.
Целовал, но не так.
– С ней все по-другому.
– И то верно! После поцелуев с другими девушками ты не врезался в стекло!
Зачем я ему об этом рассказал? В худшем случае к понедельнику об этом узнает полшколы. А если повезет, он оставит это при себе, зато будет дразнить меня при каждом удобном случае. Я собирался запретить Джоэлю трепаться об этой истории, как вдруг завибрировал мой телефон. Увидев имя на дисплее, я широко улыбнулся.
Обиома.
– Чему ты так радуешься? Кто-то прислал тебе ответы на следующую контрольную по биологии?
– Лучше, – говорю я и решаю пойти домой. Я хочу, чтобы вокруг были тишина и покой, когда я с ней переписываюсь. – Я пойду, Джоэль.
– Но игра…
– Не игра, а скукотища, – перебиваю я его, хотя не мне судить об этом матче. Я особо ничего не заметил, потому что все время думал об Обиоме.
– Дай угадаю… – Он указывает подбородком на мой телефон. – Это она тебе написала. – Я ухмыляюсь в ответ. – Бьюсь об заклад, что у вас ничего не получится, раз ты из-за нее готов бросить меня и чемпионат по футболу.
Я встаю. Наверное, мне следовало бы чувствовать себя виноватым, но теплое чувство внутри не дает мне шанса об этом подумать.
– Тогда до понедельника, Яспер! А пока, будь добр, держись подальше от стеклянных дверей!
– Постараюсь. – Я киваю на прощание. Чуть позже в автобусе я во второй раз читаю сообщение Обиомы и улыбаюсь.
Привет, невезучий! Как твоя голова? А твой лоб?
Не забудь прикладывать холодное, иначе вырастет шишка размером с рог.
Спокойной ночи. (И до завтра?)
P. S. Кстати, родители не заметили, что ты слопал почти все мороженое.
Я им сказала, что ты ненадолго заходил, и они отреагировали спокойно.
Я же говорила.
Если с этого момента ты собираешься звать меня невезучим,
я накладываю на это вето. Так дело не пойдет. Уж лучше Бенедиктус.
Благодаря тому, что ты вовремя оказала мне первую помощь, с моей головой все в порядке. Рога пока не видно.
И завтра у меня будет свободное время.
Ты предлагаешь что-то конкретное?
В голове вспыхивают образы нашего поцелуя. Если бы это зависело от меня, я бы быстро придумал нам занятие на завтра. Например, продолжить с того места, на котором мы остановились после моего «поцелуя» со стеклянной стеной.
P. S. Если уж на то пошло, то мороженое слопали мы вместе.
Прежде чем нажать «Отправить», я раз сто перечитываю сообщение. Исправляю, переставляю предложения, некоторые удаляю или переписываю заново. Как будто это сообщение – часть контрольной по немецкому языку, за которую поставят оценку. С Обиомой я хочу делать все правильно и боюсь сказать или написать что-то, что испортит наши отношения или отдалит нас друг от друга. Чтобы Обиома не начала задаваться вопросом, почему мне требуется полчаса, чтобы написать пять строк, я отправляю текст и завороженно пялюсь на дисплей. И прежде, чем он успевает потемнеть, приходит ее ответ.
Я рада, хотя рог наверняка оказался бы тебе к лицу ☺
Как насчет кино?
Если ты намекаешь на то, что красивого человека ничто не испортит, то спасибо! ☺
Еще пару недель назад я бы такое не написал. Но теперь я знаю, что Обиома понимает мои дурацкие шутки. У нас одинаковое чувство юмора.
Кино звучит заманчиво. Я свободен с 15:00.
И даже позволю тебе самой выбрать фильм.
На этот раз ей требуется больше времени, чтобы ответить. Наверное, она выбирает подходящие фильмы, и я молю Бога, чтобы и в этом наши вкусы совпадали. Но в принципе это неважно. Главное, что мы увидимся.
Я уже дома, а сообщений от нее по-прежнему нет. Как и два часа спустя. Я лежу в постели и пролистываю историю нашей переписки. Как будто опасаюсь, что не заметил ее ответ. На всякий случай проверяю, прочитала ли она мое последнее сообщение. Синие галочки свидетельствуют о том, что прочитала. Тогда почему она не отвечает? Ведь она сама предложила пойти в кино. Или уже передумала? Не только увидеться сегодня, но и вообще встречаться со мной?
Мысли мучают меня целую вечность, и я погружаюсь в сон только около двух. Когда в половине девятого срабатывает будильник – как каждое воскресенье, когда у меня футбольный матч, – я первым делом проверяю, не пришли ли сообщения от Обиомы. Не пришли. Ни одного. Чертова. Слова.
Мое настроение резко падает.
Ма везет меня на игру, а я в сотый раз думаю о том, стоит ли мне ей написать. Вдруг она забыла отправить сообщение и теперь недоумевает, почему я не выхожу на связь? А вдруг наш поцелуй только мне показался идеальным. Вдруг, оглядываясь назад, она поняла, что для нее это все-таки слишком быстро, и теперь она не хочет иметь со мной ничего общего. От одной этой мысли мне так плохо, что я бы с радостью пропустил матч. Но нельзя подводить товарищей по команде.
– Все в порядке? – спрашивает Ма по пути в школу, где нас ждут Джоэль, Кевин и Араш. – Ты так тихо сидишь. Плохо себя чувствуешь?
– Я устал, – ворчу я, и это даже не ложь.
– Ага. – В ее голосе скепсис. – Ты теперь по утрам бука?
Я так раздосадован, что предпочитаю не отвечать. Слишком уж высока вероятность того, что я сорвусь из-за плохого настроения. Позже, во время футбольного матча, я все свое разочарование выплескиваю в столкновениях, выигрываю почти каждую борьбу за мяч и забиваю один из трех голов. В итоге мы уходим с поля победителями. Но когда в раздевалке я обнаруживаю, что Обиома мне до сих пор не ответила, я чувствую себя неудачником. Я бы предпочел, чтобы мы проиграли, лишь бы она мне написала. Неопределенность сводит с ума.
Вскоре мы возвращаемся домой. В час дня мама подходит к нам в перепачканном в муке фартуке. Как и каждое воскресенье, она печет сладкие булочки с корицей по рецепту бабушки Мерле.
– Выиграли или проиграли? – спрашивает мама.
– Выиграли, – бесцветным тоном отвечаю я.
– Тогда почему у тебя
