— Когда я снова увижу вас? — спросила она, не смея поднять на маркиза глаза, потом все-таки решилась и посмотрела ему в лицо. — Я имею в виду… это слишком уединенное место, и я буду чувствовать себя очень одинокой. Может быть, вы будете время от времени навещать меня?
— Моя тетя, безусловно, будет приезжать к тебе, как только вернется из Лондона. И я, отправляясь на охоту через каждые два дня, буду останавливаться здесь.
Кэтрин обрадовалась услышанному и поспешно сделала глоток шоколада, чтобы Люсьен не заметил этого.
— Сколько времени, по-вашему, потребуется, чтобы уладить дела с моим дядей?
Люсьен вздохнул:
— Боюсь, достаточно много. К сожалению, эта проблема не из легких.
Кэтрин кивнула. Что бы там ни было, она свободна и на этот раз сделает все, чтобы избежать очередного заключения в Сент-Барт. Однако опасность, которой подверглись ее покровители, напомнила ей, что она тоже все еще не может быть абсолютно спокойной за свое будущее. Если дядя найдет ее, как в прошлый раз…
Кэтрин содрогнулась от этой мысли.
Она не могла просто сидеть и ждать, как сложится ее дальнейшая судьба. Это уже было, и теперь она постарается сама обеспечить свою безопасность.
Эллисон Хартман была крайне возмущена. Сначала ее жених словно угорелый умчался в Лондон вслед за Кэтрин Грей, точнее — за Кэтрин Грейсон, которая к тому же оказалась не мещанкой, а аристократкой. Эллисон едва не упала в обморок, узнав, какой обман совершила эта женщина. Упаси Бог! Оказывается, Кэтрин Грейсон была пациенткой сумасшедшего дома и сбежала из Сент-Барта!
И вот теперь лорд Личфилд вернулся и занялся какими-то секретными делами, при этом совершенно не уделяет ей внимания. Это очень расстроило и испугало Эллисон, которая чувствовала, что теряет своего жениха. И причиной всему была эта ужасная женщина.
Эллисон знала всю историю. Служанка ее матери, Глэдис Ханиуэлл, была подругой одной из служанок, работавших в замке Раннинг. Чтобы заслужить благосклонность баронессы и при этом разжиться небольшой суммой денег, Глэдис передавала все сплетни из замка со дня помолвки Эллисон. Недавно она обнаружила кое-что интересненькое.
— Вы не поверите, миледи, — рассказывала Глэдис, сделав круглые глаза. — Там разразился такой скандал! В дом ворвались констебль и его люди, а его светлость кричал, требуя, чтобы они ушли. Тогда они сказали ему, что она опасна, что она пыталась убить дочь графа Дунстана, и увезли ее назад в Сент-Барт, а она, как безумная, бушевала всю дорогу.
Все это происходило три недели назад. Люсьен в тот же вечер уехал в Лондон и только недавно вернулся. После этого Эллисон видела его лишь однажды, и, кроме нескольких слов относительно того, что леди Кэтрин не является сумасшедшей, она ничего не услышала от него. Он отказался говорить на эту тему.
И вот сейчас пришли еще более неприятные новости.
— Я не могу поверить, мама. Это явно какая-то ошибка. Эллисон взволнованно ходила по комнате, а баронесса сидела за небольшим письменным столиком, перебирая уже приготовленные к отправке свадебные приглашения.
— Я уверена, что это правда, — сказала она. — Глэдис передала, что вчера в замок прибыли двое мужчин и сообщили маркизу, что в Сент-Барт проникли два разбойника, которые похитили леди Кэтрин. Они сказали также, что их беспокоит ее безопасность, и спросили, не имеет ли он какой-нибудь полезной для них информации и нет ли у него предположений, куда они могли скрыться.
— Откуда маркиз может знать все это? И кому нужна сумасшедшая женщина?
— Трудно сказать. Однако я очень разочарована тем, что его светлость оказался в какой-то степени вовлеченным в эту скандальную историю. Твой отец и я сегодня утром имели продолжительную беседу по этому поводу.
Эллисон остановилась перед большим, в золоченой оправе зеркалом над камином и посмотрела на свое отражение.
— Ну и что вы решили? — Она поправила кринолин из китового уса под шелковыми юбками персикового цвета, которые были такой длины, чтобы можно было видеть краешек ее чулок.
— Твой отец согласился разузнать подробности… осторожно, конечно. Если маркиз имеет какое-нибудь отношение к исчезновению леди Кэтрин…
Эллисон прервала мать на полуслове:
— Вы ведь не предполагаете?.. Разумеется, ты и папа не думаете, что за похищением леди Кэтрин стоит маркиз? Зачем, черт побери, ему все это надо?
— Я не говорю, что он имеет к этому отношение, однако он активно возражал против ее водворения в Сент-Барт.
— Ты ошибаешься, мама. Люсьен не станет ввязываться в подобные дела. — Но на самом деле Эллисон не была так уверена в этом. Что, собственно, ей было известно о маркизе Личфилде? Только то, что он красив, богат, имеет титул и его считают в Лондоне самым завидным женихом, брак с которым способен вызвать зависть у многих женщин высшего света.
— Во всяком случае, — сказала баронесса, — мы скоро узнаем правду. Твой отец нанял сыщика с Боу-стрит, который должен собрать все факты. Барон сделает все необходимое, чтобы защитить твое имя и имя твоего будущего мужа.
Эллисон немного успокоилась. Она знала, что ее родители желали этой свадьбы. Отец был в восторге от маркиза и хотел, чтобы его дочь жила в роскоши, которую мог обеспечить ей богатый титулованный аристократ. А ее мать рассчитывала на повышение своего престижа, если дочь выйдет замуж за такого человека.
Каковы бы ни были причины, ее родители позаботятся о возникшей проблеме. Эллисон спокойно вернулась к журналу мод, уверенная, что все будет хорошо.
Уинифред Монтейн Де Уитт вышла из простой черной, ничем не примечательной кареты, остановившейся у охотничьего домика Люсьена. Она едва успела сделать два шага, как дверь домика распахнулась и навстречу ей выбежала Кэтрин Грейсон.
Уинни раскинула руки, и Кэтрин бросилась в ее объятия.
— Я так рада видеть вас, — сказала она, крепко обнимая тетушку Уинни. — Люсьен… то есть маркиз, говорил, что вы приедете, но я до конца не была уверена в этом.
— Какие глупости. Конечно, я приехала бы, — проговорила Уинни. В ее глазах блеснули слезы радости. Взявшись за руки, женщины направились к дому. — Я могла бы быть здесь раньше. Надо сказать, я ужасно рассердилась на своего племянника за то, что он не сообщил мне о своем намерении похитить тебя.
Кэтрин улыбнулась. Теперь она выглядела уже вполне здоровой и румяной, а не бледной и изнуренной, как описывал Люсьен.
— Я никогда не забуду того, что маркиз сделал для меня.
«Моему племяннику тоже нелегко будет забыть тебя», — подумала Уинни, помня о том, сколько усилий приложил Люсьен, чтобы помочь Кэтрин. Он всегда был очень заботливым человеком по отношению к тем, кого считал своими друзьями, но Уинни никогда не видела его таким, каким он был в последнее время.
