Собственный выходной сигнал «Гордости» все еще пел голосами кненнов, записанными приемником центрального канала, и это должно было сбить кифов с толку.
Хэрел и Тирен между тем отчаянно спорили, обсуждая сложившееся положение и пытаясь вывести на монитор масштабную схему окрестностей.
— Проклятие! — неожиданно воскликнула Хэрел: на экране зажглась уже мелькавшая там ранее звезда.
— Нам ее не обогнуть, — сказала Пианфар.
Теперь у них не было иного выхода, кроме как разворачиваться и уходить во второй прыжок-перелет, заменив предварительный расчет курса надеждой на лучшее.
— Ваше название, — продолжали настаивать кифы.
Внезапно контрольная панель вспыхнула красным, и экраны в очередной раз зашипели белыми статическими полосами.
— Это кифы выстрелили по нашему кораблю, — объяснила Пианфар Хилфи, — но, слава богу, промазали.
И в следующую же секунду все почувствовали мощный толчок: это «Гордость» ответила нападавшим автоматически выпущенным огнем.
— Приготовься к прыжку, — предупредила Пиан-фар находившуюся внизу Шур. — У нас тут наметилась еще одна внештатная ситуация.
Сигнальные лампочки на панели управления слились в одно красное зарево, а на экране номер четыре появилось изображение самой Киты, издалека казавшейся едва различимым световым пятном, окруженным, как и Уртур, бескрайними метеоритными полями. И словно желая подтвердить последнее обстоятельство, два крупных скальных обломка столкнулись прямо перед носом «Гордости» с такой силой, что не только ее электроника, но и сами хейни почувствовали на себе мощный отголосок ударной волны. И вдруг…
— Хэрел! Там!
Это был еще один кифский звездолет.
Пианфар отчаянно крутанула штурвал, и свист корабельных приборов, возмущенных новым резким разворотом, смешался в ее ушах с негодующим воем кифов.
Непостижимо! Она думала, что просчитала каждый шаг. Она сделала невероятное, бросив кифам вызов и уведя свой корабль прямо у них из-под носа. И все-таки они были здесь! А ведь, казалось, стоило только оторваться, и серые уже не смогут преследовать «Гордость» с такой убийственной легкостью…
— Мы теряем мощность, — сказала Хэрел, и ее слова прозвучали как приговор. Обессилевшему кораблю грозил риск никогда не выбраться из прыжка-перелета, попав в цепкие объятия сжатого времени и пространства. Это был страшный плен, похожий, судя по легендам, то ли на некий математический лимб, то ли на махендосетский ад, кишевший злобными четырехрукими демонами… С учетом повреждений, полученных «Гордостью», оба выглядели сейчас такими реальными!
…Дурнота накатила девятым валом и схлынула. Пианфар дотянулась до панели и активировала внешний экран. Кирду! Перед ними была Кирду, и голоса махенов, раздавшиеся в приемнике, это подтверждали.
— Мы добрались! — закричала Хилфи. — Мы добрались!
— Что и требовалось доказать,—довольно заключила Пианфар. Она начала сбрасывать скорость, и тут ее самодовольство несколько поубавилось: «Гордость» решительно продолжала двигаться вперед.
— Капитан, — встревоженно окликнула ее Хэрел.
— Я чувствую…
— Мне поддерживать выходной сигнал кненнов? — спросила Хилфи.
— Да. — Пианфар снова дернула на себя переключатель скоростей. — Тирен, выдай мне схему сектора нашего прибытия. Не исключено, что за нами увязалась приличная часть метеоритов с Киты.
— Если не все ее поле, — пробормотала Тирен. Отключив звонок автоматического предупреждения о возможном столкновении, который сейчас лишь попусту раздражал и без того напряженные нервы, она принялась осторожно нащупывать сканером путь, свободный от метеоритных потоков.
Вскоре корабль выровнял ход.
— Так-то лучше, — перевела дыхание Пианфар. — Хилфи, сколько нам еще до станции?
— Около тридцати минут, — ответила та слабым голосом.
Это было слишком близко. Пианфар вцепилась в штурвал, не сводя глаз с центрального экрана, на котором обозначилось расположение не только самих планет и астероидов системы, но и находившихся в ней звездолетов. Тем временем главный компьютер «Гордости» выдал требование немедленно сбавить скорость.
— Уточняю курс, — доложила Хэрел, переводя картинку окрестностей на свой монитор.
Надпись на табло продолжала настойчиво мерцать, и Пианфар вдруг почудилось, что это пульсировал ее собственный разум, мгновенно реагируя на каждый рывок и поворот родного корабля.
— Ныряем вниз! — предупредила она.
Они нырнули, и выдохшаяся, но выжившая-таки «Гордость» устремилась наконец в направлении регистрационной зоны станции. Пианфар перевела дыхание, однако взгляд ее был по-прежнему прикован к экрану, а мысли вращались вокруг десятков страшных «а что если?»: а что если в самую последнюю минуту одно из бесчисленных промышленных суденышек окажется там, где ему быть не положено, и «Гордость» налетит прямо на него? а что если чей-нибудь звездолет внезапно выйдет здесь из прыжка? а что если какой-нибудь сумасшедший кненн или чи вздумает перемещаться по внутреннему периметру входного сектора, плюя на здравый смысл и общепринятые правила навигации?
На лице у Пианфар выступил холодный пот, и она вытерла его рукой, не переставая думать о том, что сегодня на долю ее корабля опять выпала та самая слепая удача, которая другим улыбается только раз в жизни.
— Администрация просит нас представиться,—сообщила Хилфи, — а от нас до сих пор исходит кненнский сигнал.
— Обрежь его. Дай им наше настоящее название. Скажи, что передатчик барахлит, потому что мы подверглись нападению пиратов, получили массу серьезных повреждений, и так далее.
— Поняла.
Пианфар продолжила сбрасывать скорость, все еще жаловавшуюся с аварийного табло на свое несоответствие сложившейся ситуации.
«А ведь на причале Кирду также могут быть кифы… Боги, да наверняка кто-нибудь из них уже приперся сюда с Уртура!» Правда, на сей раз Пианфар несколько утешало то обстоятельство, что Кирду принадлежала махендосет, а они (на своей-то территории!) не потерпят никаких фокусов со стороны посетителей.
— Нас встречают, — заметила Тирен. И действительно: судя по изображению на вспомогательном экране, к «Гордости» быстро приближались сразу четыре неизвестных звездолета.
— Хилфи, — скомандовала Пианфар, — объяви сигнал тревоги для всех хейнийских кораблей, находящихся внутри системы.
— Объявляю, — важно кивнула Хилфи, а Хэрел, — не дожидаясь указаний, принялась колдовать у своего компьютера над идентификацией незнакомцев, и вскоре все обитатели «Гордости» облегченно вздохнули: это была всего лишь станционная охрана, — очевидно, при входе в зону Кирду «Гордость Шанур» нарушила одно из многочисленных правил местной навигации, и вот теперь какой-то паршивец в форме махендосетовского чиновника выслал ей наперерез военный патруль, а сам по уши окунулся в длинный свод законов, требований и рекомендаций, пытаясь вычислить, под какую статью можно подвести проступок гостей и в какую сумму оценить его возможные последствия. При мысли о штрафе Пианфар наморщила нос, однако тут же вернула его в нормальное состояние, ибо любое взыскание было просто мелочью в сравнении с той опасностью, что гналась за ними по пятам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
