— Тирен лучше, — доложила Хэрел, когда Пианфар заглянула в комнату больной. И действительно: та удобно вытянулась на кровати и, казалось, пребывала в полном забытьи. — Нога опухла от длительного напряжения, но это не должно иметь никаких серьезных последствий.
Пианфар нахмурилась:
— Здесь, на станции, существует возможность подлечиться, но если вдруг нам придется совершить экстренный вылет, то тогда я уже не смогу предоставить никому из вас незапланированный отпуск.
— Конечно нет, — согласилась Хэрел, — но в этом и нет необходимости. Однако, капитан, в любом случае наши силы убывают.
— Я знаю.
— Вам и самой не мешало бы отдохнуть…
— Ты считаешь? — Пианфар похлопала Хэрел по плечу и направилась к лифту. На нижней палубе она немного постояла, прислушиваясь к голосам Шур и Герен, доносившимся из командного отсека, и пошла к ним. Герен находилась на посту — вымытая, в чистых голубых бриджах, но ее отсутствующий взгляд указывал на то, что ей пришлось заступить на дежурство, так и не выспавшись. «Все правильно», — утешала себя Пианфар, вспомнив, что это она сама давала членам своего экипажа приказы, которых они безоговорочно слушались.
— Герен, как там Тулли — с ним все в порядке?
— Абсолютно.
— Я собираюсь поручить ему обещанное задание. Вы с Шур уже устали с ним возиться, а Тирен больна.
— Больна?
— Перегрузки сказались на ее ноге. Всем нам нужно постараться набраться сил, но сначала я посмотрю, какую пользу можно извлечь из Тахар. Креме того, нужно поскорее выяснить полную картину полученных нами повреждений.
— Уже выяснили, — вздохнула Герен и, повернувшись к экрану, вывела на него фотоинформацию по состоянию корабельной техники.
Едва взглянув на нее, Пианфар почувствовала почти физическую боль: одно из крыльев безжизненно повисло, и на всей протяженности его длинной серебристой поверхности виднелись зловещие черные пятна, указывающие на места пробоин.
— Вот это да! — ахнула она, содрогаясь от холода, пронзившего ее нутра — Мы могли сложить головы, уходя в прыжок с такой поломкой. Боже, надо срочно вызвать бригаду местных ремонтников — нам ни за что не починить корабль самим.
— Угу, — угрюмо пробормотала Герен. — А деньги на оплату ремонта у кифов займем.
— Неудачная шутка, — с прохладцей в голосе заметила Пианфар и вышла из операторской.
Неожиданно она подумала о Тулли и тут же устыдилась пришедшей ей в голову мысли, однако на мысль это, по-видимому, не возымело должного действия, поскольку она упрямо не оставляла Пианфар в покое на протяжении всего пути в капитанскую каюту.
Придя к себе, Пианфар разделась и приняла ванну, а затем высушилась и привела в порядок гриву и бороду.
На этот раз она надела красные бриджи, золотой браслет и жемчужные подвески к, оценив свое отражение в зеркале, испытала некоторый душевный подъем. В конце концов, внешность что-нибудь да значит! Во всяком случае, махендосет тряслись над ней не меньше стилю. В общении с ними всегда срабатывала ставка на собственное преуспевание, и сейчас это давало Пианфар все основания полагать, что, пока махены считают «Гордость» исправной, а ее саму успешной и влиятельной, они просто не смогут отказать ей в необходимом содействии. К тому же на сей раз, заключила она, улыбаясь славному хейнийскому капитану в зеркале, у нее была особо веская причина добиться этого содействия любой ценой: Акуккак. Эх, провалиться бы им всем…
Возможно, ей удалось смешать планы хаккикта достаточно для того, чтобы ополчить против него его же прихвостней. Однако узнать это наверняка она не могла — ей оставалось лишь прислушиваться к портовым сплетням.
Отдать Тулли — это было бы таким легким выходом из положения…
Она посмотрела в глаза своему отражению, думая о том, что любой торговец, увидев Чужака, решил бы точно так же, и спустя некоторое время ее губы вдруг начали расплываться в исполненной самодовольства улыбке.
Так-так-так, Пианфар Шанур: это хороший способ разрубить затягивающийся узел! Правда, Тулли он вряд ли понравится, но ведь он сам умолял о членстве в экипаже…
Пианфар проверила компьютер: в папке для входящих появилось несколько свежих сообщений.
— Там нет ничего интересного, — прокомментировала ей Герен по общекорабельной связи. — Станция забрасывает нас жалобами на нарушение правил посадки с приложением соответствующих счетов.
— Шур уже подняла Тулли? Он принял душ?
— У нее возникла небольшая проблема.
— Не говори мне о ее проблеме! Мне своих хватает… А в чем она заключается?
— У нашего Тулли появилась оригинальная идея: он хочет, чтобы мы его побрили.
· Громы и молнии! Он в ванной комнате?
· Да.
— Я иду туда.
Она направилась к двери, потом вернулась назад и прихватила наушники для пользования автоматическим переводчиком. Бриться вздумал! Конечно, может, у него на родине обычай такой, но разрешить ему это сейчас…
Через минуту она была уже в командном отсеке, где Герен, Шур и Тулли, вымытые и измотанные, пытались утопить свои горести на дне бокалов с джифи. При появлении капитана все трое дружно поднялись. Слава богу, Тулли еще не успел расстаться со своей гривой и бородой и выглядел достаточно хорошо в свежей паре чьих-то бриджей.
— Пианфар, — произнес он, поднимаясь.
— Капитан, — поправила она его строго. — Ты чего хочешь, Тулли? Неприятностей?
— Он хочет ножницы, — пожаловалась Шур, — Я немножко подстригла ему волосы. — (Она действительно это сделала, причем весьма искусно.) — А теперь ему приспичило сбрить бороду.
— Ха! Нет уж, Тулли. Не пойдет!
Тулли снова сел и крепко сжал стакан с джифи. Вид у него был крайне удрученный.
— Не пойдет… Пианфар вздохнула.
— Послушай, ты должен меня слушаться. Ты обязан понравиться махендосет. И пока что ты смотришься очень хорошо. Просто прекрасно.
— # хейни.
— Да, как хейни.
— Махендосет. Здесь.
— Ты в безопасности, Тулли. Все в порядке. Это дружественный народ.
Тулли задумчиво поджал губы. Кивнул. А затем вдруг вырвал пальцами клок своей бледной гривы и с надеждой в голосе спросил:
— Пойдет?
— Нет, — отрезала Пианфар. Рука безвольно опустилась.
— Я сделаю все, что ты скажешь.
— Все? — Пианфар почувствовала себя очень неуютно под взглядом Чужака, взиравшего на нее с безграничным доверием. — Тулли, не исключено, что моя идея напугает тебя. Тебе может показаться, что я прошу слишком много…
Судя по выражению его лица, ему уже начало казаться нечто подобное.
— Тебе страшно, Тулли? — Пианфар махнула в сторону трапа. — Там находится станция, станция Кирду. Ею управляют махендосет. Вместе с нами на причал прибыло еще одно хейнийское судно. Вниз по доку расположились стишо.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
