— Извини, я ляпнул глупость, — неожиданно примирительно произнес чародей.
Чувство реальности вернулось вместе с досадой от неудачной попытки с первого легкого движения извлечь меч из ножен. Гилл откинул назад помешавшую полу плаща — и остановился. Запал прошел. Он перевел взгляд на спутника, страшась найти в его лице следы насмешки, — и с ответной улыбкой облегченно произнес:
— Я принимаю твои извинения.
Его конь негромко заржал, выезжая из затенённого лесочка на блестящую под ярким зимним солнцем снежную равнину. Гилл поднял прищуренные глаза вверх и буквально всем своим естеством ощутил легко упавший на него свет. Это блаженное ощущение не задержалось, оставив за собой лишь щемящее чувство ностальгии по чему-то очень хорошему… Но и оно тоже растаяло в следующее мгновение… Гилл совсем закрыл глаза и некоторое время ехал молча, просто подставив лицо под первые, робкие сны солнца о весне…
— Стой-ка, — вдруг в его дремоту вошел негромкий голос. Вздрогнув, как со сна, он открыл глаза и потянул на себя поводья. На первый взгляд все вокруг было спокойно — всё, кроме встревоженного лица его спутника.
— Тише, — успел он предотвратить готовый сорваться с уст Гилла вопрос. — Молчи.
Следуя направлению взгляда чародея, он стал внимательно вглядываться в сплетенья ветвей разлапистых сосен, образующих настоящую арку над дорогой в нескольких шагах впереди.
Его терпение вскоре вознаградилось.
Неожиданно раздался резкий хруст, затем приглушенное ругательство — и в просвет между деревьями выпала нелепая фигура. Именно выпала — хотя то ли ловкость, то ли просто везение не позволили ей шмякнуться с приличной высоты на землю.
Человек раскачивался вниз головой, держась за ветви только ногами и, похоже, зацепившимся краем рваной хламиды. Он панически замахал руками, не то пытаясь схватиться за ветки, не то призывая к себе на помощь.
Гилл ахнул и, забыв о предостережении чародея, тут же рванулся вперёд.
Впрочем, Кастема тоже не стал ждать. Однако, поравнявшись с Гиллом, он неожиданно нагнулся, схватился за уздечку его коня и ещё сильнее пришпорил своего Орлика.
— Быстрее! Не останавливайся! Гони, если тебе дорога жизнь!!
Разбивая подковами коней ледяной наст дороги, всадники ворвались в полумрак деревьев. Изумленный Гилл увидел, как к попавшему в беду человеку уже тянутся чьи-то руки, как из-за соседних деревьев выскакивают бородатые люди и, словно не замечая путешественников, пробегают мимо них.
Не останавливаясь и не оглядываясь, чародей сосредоточенно летел вперёд. Гилл же не удержался, попытался повернуть голову назад и успел краем глаза увидеть, как человека снова затянули наверх — а через мгновение и дорога, и люди на ней скрылись за поворотом.
Кастема разжал руки и уже спокойнее откинулся назад.
— Что это… что это было? — хрипло крикнул Гилл.
Некоторое время они мчались по инерции, но постепенно их скорость замедлилась до быстрого шага.
— "Рыбный" промысел…
— Что?…
Чародей скосил глаза на недоумевающего Гилла и рассмеялся:
— Ты когда-нибудь рыбу ловил?
— Нет, не доводилось.
— Это ты зря… Ну так мы сейчас чуть не приняли участие в рыбалке… Только с другой стороны сети.
— Какая сеть? О чём ты?… Это были разбойники?! - немного невпопад догадался Гилл.
— Да. Ты спокойно едешь по лесу, как вдруг ни с того, ни с сего, вдруг оказываешься в обычной рыбачьей сети… которую тебе умело сбрасывают прямо на голову. Запутаться в ней проще, чем перерезать… Да и времени на это «рыбаки» обычно не дают. Дубинами они добивают трепыхающуюся "рыбу".
Гилл настороженно оглянулся назад — не покажутся ли сзади бородатые лица?
— Нет, если добыча уходит, погони они не устраивают. Бегают они плохо, лучники из них тоже никудышные. Они ведь действительно рыбаки; летом и осенью они чуть ли не живут в своих тысячах озер. Всё же рыбачить прибыльнее, чем поджидать одиноких путников на заброшенной дороге, — снова засмеялся Кастема, а после паузы добавил. — Нам повезло, что под их вожаком сломалась ветка.
— Так это был сам вожак? — непонятно чему обрадовался Гилл.
— Да, скорее всего. Если бы на его месте оказался кто-то из обычных разбойников, они вряд ли бы бросились спасать его, начисто забыв о добыче… Люди здесь живут бедно… Очень бедно…
И Кастема невесело замолчал. Его молодого и нетерпеливого спутника это явно не устраивало, и тысячи его вопросов готовились выплеснуться наружу — но только что-то в углубившихся морщинах на лице чародея не дало ему потревожить его задумчивости.
А дорога всё струилась между небольшими холмами и болотистыми озерами… Кое-где начали попадаться следы человеческого жилья: то заброшенная рыбачья хибара, то крестьянский хутор с поджимавшими хвосты собаками. Но ни одного человека за заваливавшимися плетнями Гилл так и не увидел, сколько ни приглядывался.
Так они ехали довольно долго, пока не подъехали к распутью. Чародей остановился и повернулся к Гиллу:
— По главной дороге мы скоро попадем в селение, в котором есть постоялый двор. Если свернём направо — сделаем небольшой крюк. Но на ночь остановимся в замке старого барона гра Петтиара и его благородной дочери. Я предоставляю тебе право выбрать.
Вот тут-то обычно такой разговорчивый Гилл не смог выдавить из себя ни слова. Он только глотнул воздух, как вытащенная на берег рыба, — и восхищенно кивнул!
* * *
— Ой, Кастема, что ж ты так быстро уезжаешь из моего дома? Али боишься чего? — благородная Дороша нарочито озорно прищурила глаза и подбоченилась одной рукой, одновременно второй поднимая факел, чтобы предрассветная темнота не мешала её гостям ладиться в путь.
— Нет уж, Дороша. Ты ищи-ка себе добычу среди молодых и неопытных. А я воробей стреляный, — с укоризненной улыбкой ответил чародей, внимательно проверяя, хорошо ли оседлали его коня. Женщина в отчет залихватски расхохоталась:
— Стреляный? Да уж скорее меченый!
Кастема машинально поднял руку к виску.
— Да уж… Некоторым повезло ещё меньше, — махнул он головой куда-то в сторону частокола, на что хозяйка захохотала ещё громче.
Во двор вышла заспанная служанка со свёртком в руках. Баронесса тут же повернулась к ней.
— Льешка, сонная тетеря, ну где ты бродишь? Отдай это господам, да живее же! — и тут же с беззлобным "Запорю!" отобрала у неё сверток и сама протянула его уже сидевшему в седле чародею. — Вам припасы на дорогу. Знаю я, чем тут кормят по постоялым дворам!
И пока Кастема был занят, привязывая объемный мешок с провизией к луке седла, она молча, с чуть погрустневшим лицом, стояла рядом, рассеянно поглаживая Орлика. Как показалось внимательно наблюдавшему происходящее Гиллу, тому эта неожиданная ласка понравилась.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
