Но бой уже закончился. Под ногами, на светлом снегу, в резкой позе, лежал незнакомый человек в темном плаще. А чуть дальше… чуть дальше ещё один. Да ещё кто-то пытался подняться с колен и хрипло дышал.
— Двое убежали, — из-за спины чародея показался разочарованный капитан.
— Т-ты?! - заскрипев от гнева зубами, Гилл бросился на предателя.
— Стой, это друг! — Кастема успел схватить его за плечи; потом повернул его к себе и с силой тряхнул. — Мы вместе.
Гилл только кивнул, глядя в незнакомое лицо чародея. А тот уже отодвинул его в сторону и нагнулся над поверженным врагом.
— Говори, кто тебя послал.
В ровном голосе Кастемы было же столько человеческих чувств, сколько в мече, который он приставил к его горлу. Гилл тихо шагнул чуть в сторону, чтобы стало лучше видно. Дрожащий — от раны, не от страха — человек поднял на чародея прищуренные глаза, в которых плясало какое-то злорадное веселье, и с хриплым смехом грязно выругался прямо ему в лицо.
— Ах ты, собака! — рассвирепел капитан. — Да я тебя сейчас…
Кастема молча вскинул руку с мечом перед шагнувшим вперёд разъяренным капитаном и, не отводя взгляда, по-прежнему бесстрастно произнес:
— Ты проиграл. Говори.
Гилл затряс головой — у него вдруг заложило уши, словно в воздухе было разлито что-то… такое…
— Ты… ты не можешь, — в глазах наёмника впервые плеснулся страх.
— Могу.
— Мне заплатили… чтобы я молчал…
— Это заплатили? — Кастема сорвал у него с пояса кошелёк.
— Д-да!
Кастема высыпал себе на ладонь несколько блестящих монет и поднес их к лицу наёмника.
— Кто тебе это дал? — чётко пропечатал он каждое слово.
Раненый задрожал ещё сильнее.
— Лорд Вин-Арц… Нет! — вдруг опомнился наёмник и с обреченным стоном мешком завалился набок.
Очень медленно чародей выпрямился — и повернулся к капитану.
Несколько мгновений они ошарашено смотрели друг на друга. Потом капитан нелепо крутанулся, ударил руками себя по бёдрам и захохотал с горечью пополам:
— А я-то, болван, не понимал, почему в миссии меня даже слушать не хотели!… Ахх-ха-хар-ргх!… - его смех оборвался настоящим рыком.
— Я иду туда, — мгновенно успокоившись, твёрдо сказал он.
— Нет. Мы идем вместе, — решил Кастема, потом задумался и с сомнением посмотрел на Гилла.
— И я с вами! — срывающимся голосом крикнул тот и закашлялся.
— В этаком виде? — добродушно спросил чародей, склонив голову и улыбнувшись.
Гилл непонятливо посмотрел на себя, потом — вопросительно — на него. Тот молча, без лишних объяснений снял свой плащ и кинул его Гиллу. Только сейчас до него с запозданием дошло, что он выскочил с постоялого двора лишь в не очень теплом камзоле, да ещё и нараспашку.
А Кастема уже шагал к ближайшему дому. С громким отчетливым возгласом "Королевское дело!" он ударил эфесом меча по воротам. Судя по тому, как быстро распахнулась калитка, хозяин прятался сразу за ней.
— Позаботьтесь о раненом. Утром за ним приедут из Королевской миссии, — и, не дожидаясь ответа, повернулся к своим товарищам и махнул им рукой. — Пошли.
* * *
Утром город напоминал развороченный муравейник. По улицам во все стороны носились посыльные, почтари и прочий служилый люд. Когда они встречались с высыпавшими из домов за новостями соседями, приятелями или даже просто шапочными знакомыми — уже не дожидаясь их встревоженных расспросов, сразу кричали на бегу "Спешу, спешу, потом!". На их лицах намертво застыло выражение торопливой озабоченности, под которым они просто прятали свою растерянность. Им бы самим кто рассказал, что происходит.
Степным пожаром разносились слухи, один нелепее другого. Первой волной прошло, что на Королевскую миссию ночью напали разбойники и сейчас оттуда телегами вывозят трупы. Чьи трупы — точно никто не знал, но многие среди убитых почему-то называли лорда Вин-Арцеля, Королевского представителя в провинции. Нет, это из столицы прискакал отряд гвардейцев, арестовал лорда и под конвоем отправил на суд королю. Враки — здесь он, в местной тюрьме, в одном застенке с главарем разбойников. А зачем это, с разбойником-то?… Да чёрт этих чародеев разберет. А они-то здесь при чём? Да, говорят, они эту кашу и заварили. Ну да, а нам расхлёбывать?…
В этом месте отцы семейств как по команде умудрёно качали головами и предрекали если и не конец света, то уж точно неурожай.
Когда утром Гилл по просьбе Кастемы сбегал на постоялый двор за его сундучком с письменными принадлежностями, а, заодно, и за своим плащом, он смог вдосталь насладиться жгучим народным интересом, одновременно опасливым и восторженным. Ну ладно, что малышня остолбенело останавливалась перед ним или с рёвом убегала прочь, к мамке. Ладно, что взрослые и солидные люди настораживались при его приближении, потом, словно что-то надумав, торопливо ломали шапки перед ним и долго провожали внимательными взглядами. А вот то, что местные красавицы с двенадцати до… тут он затруднялся сказать, до скольки лет, так вот все они пунцово краснели, непонятно чему дурацки хихикали и не менее дурацки выпячивали алые губки, — это уже слишком!
Осторожный шёпот "чародей, чародей" сопровождал всё его короткое путешествие. Знакомые крепкие стены постоялого двора увиделись ему убежищем, и он ускорил движение.
Внутри, несмотря на раннее время, было довольно людно. Легкое жужжание, разлитое в воздухе, при появлении Гилла мгновенно стихло. Он сделал вид, что не заметил этого, коротко поздоровался и с деловым видом зашагал в отведенную им комнату. На обратном пути ему чуть ли не пришлось перешагивать через настырно путавшегося под ногами хозяина, по пути вытряхивая из ушей его противно-угодливые "какая честь, какая для нас честь!".
Когда он, наконец, вернулся в Королевскую миссию, то облегченно вздохнул: здесь все были слишком заняты Кастемой, чтобы обращать внимание ещё и на него. Чародей сидел всё там же, в приемной комнате лорда Вин-Арцеля, и что-то выяснял у двух служащих, которые всем своим видом демонстрировали одновременно чувство собственного достоинства и верноподданность. Общее впечатление портила разве что их бледность. Кастема кивком поблагодарил Гилла и тут же отправил его с новым поручением — разыскать капитана.
Это оказалось довольно непросто. Большинство спрошенных о капитане видели его "как раз здесь, и даже недавно", но дальше шло неизбежное "но…". Гилл задумался: где б вероятнее всего задержался честный служака, счастливо избавившийся от грозившего ему обвинения в нарушении присяги? То есть — где в здании миссии он сможет найти и вино, и товарищей?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
