— Теперь я обязан жениться на тебе, — подшучивает.
— Мы это потом обсудим. Боксеры тоже, — я указываю на брендовую резинку. — Кто из нас девица, которую надо уламывать?
— Ты, — Север кладет ладонь на мое плечо и притягивает к свои наглым губам. — Я точно помню, что долго и нудно уламывал тебя. А я всего лишь не привык раздеваться рядом с женщиной, чтобы она окатила меня ледяным душем.
— А для чего ты привык?
— Я тебе покажу, когда мы выберемся отсюда. В деталях, малышка.
После душа, который мне дался сложно, мы возвращаемся в комнату. Север не шутил насчет ледяного душа, так что я каждый пять секунд говорила “хватит” и тянулась к крану. Но Север останавливал меня и даже не словами, а пронзительным глубоким взглядом. Я по его глазам видела, что ему становится легче, и не могла отказать. Стояла рядом и терпела чертову экзекуцию, проклиная Уварова вместе с его бойцовскими псами.
В конце же Север переключил воду на горячую и поднес мои пальцы под поток. Он пару минут растирал мои ладони, согревая, и смотрел уже другим взглядом. Довольным и хитрым, словно собирался зажать меня в ближайшем углу и заласкать до судорог.
— Стучали?
Я резко оборачиваюсь через плечо и с опаской смотрю на входную дверь.
— Останься у кровати, — Север указывает на постель и идет на вторую порцию нетерпеливого стука.
Но почему стучат, мы же в своего рода камере… Это странно, черт возьми.
— Блять, — за дверью гремит знакомый хриплый голос. — Всего два ключа на связке и ты запутался, приятель?
— Марк? — я ловлю взгляд Севера. — Это же его голос?
Конечно, это Марк. Его вальяжно-насмехающийся голос невозможно перепутать. Как и его сумрачный взгляд. Он появляется на пороге с видом спасателя, мецената и недовольного папаши до кучи. Я даже теряюсь, хотя точно помню, что Уваров говорил о недоработке Марка. Ведь его люди смогли перехватить самолет, который заказывал Марк, то есть, другими словами, мы здесь во многом по вине Марка. Но старший брат Севера выглядит так, словно за его спиной вот-вот вырастут крылья Ангела-хранителя.
— Привет, — Марк здоровается и прикрывает дверь, за которой остается охранник.
Я потерянно смотрю на Марка и не могу понять, какого черта он ведет себя как хозяин. Я быстренько проверяю его черный пиджак и костяшки на ладонях, но следов драки не нахожу. Похоже, весь бойцовский запал местных мужчин достался исключительно Северу. Я начинаю понимать, почему Марк считает брата удивительным невезунчиком и как вообще случилось, что Марк цел и невредим, а у Севера шрамы и травмы. Видно, так и происходило, день за днем.
— Ты быстро, — Север качает головой, словно до сих пор не верит, что брат стоит рядом. — Я тебя завтра ждал.
— Побоялся, что завтра тебя уже выносить придется.
Север резко взмахивает ладонью, напоминая обо мне. Да, он прав, жестокие шуточки Марка я оценить не в состоянии.
— Ты уже хромаешь? — Марк хмурится, наклоняя голову набок. — Черт, точно! Спина опять? Твою мать, Север, почему так сложно хотя бы пару часов не подставляться?
Марк кривится так, что можно подумать — ботинком зарядили по его хребту. Он проходит к брату и заставляет того опуститься на кровать. Потом делает несколько беспокойных шагов туда-сюда, обдумывая что-то, и машинально тянется к пачке сигарет в кармане пиджака.
— Здесь нельзя, — произносит Север. — Да и не надо, воздуха и так мало.
— Да-да.
Марк соглашается и разжимает ладонь.
— Я не могу сейчас забрать тебя, — продолжает Марк тяжелым голосом. — Я подключил все связи, даже на Агату выход нашел… Если тебя, кто отсюда вытащит, так это она. Только ты ее знаешь, спешить она не будет, ты же бегал от закона, ну вот теперь твоя главная подруга при законе тоже потянет время.
— А Юля? Ее отпустят?
Марк коротко кивает.
— Да, насчет нее я договорился.
— Подождите, — я подаю голос и сама удивляюсь, каким тонким и слабым он звучит. — То есть Север останется здесь? Один?
— Он взрослый мальчик, — Марк перехватывает мой взгляд и всем видом показывает, что все протесты стоит обращать к нему. — И я тебе, как мужик, говорю, ему будет легче, если ты будешь подальше.
— Но ему нужно в больницу.
— Будет сотрудничать, будет ему больница, — Марк вновь поворачивается к Северу. — Они ждут показаний, через час новый допрос. Хотя, — он бросает взгляд на наручные часы, — уже через сорок минут. Ты вообще спал?
— Да, пока таблетки действовали.
— Что сильно вмазали?
Марк делает шаг в сторону и закрывает Севера от меня. Я понимаю, что он делает это специально, чтобы Север мог ответить честно одними глазами.
— Конечно, сильно! Марк, их было трое!
— Тише, тише, — Марк поднимает ладонь и плавно выдыхает, глядя на мое лицо. — Юлечка, давай не будем истерить? Северу от этого не полегчает и срок его пребывания не скостится. Слезами тут не поможешь, можешь хоть на колени бросаться, тут всем плевать.
Мне хочется крикнуть что-то злое прямо ему в лицо, но разум пока еще на страже. Я понимаю, что он прав, жестоко и абсолютно прав, но меня все равно ломает. Моя психика не готова к реалиям их мира, это как спазмы, которые прорезают насквозь снова и снова, выкручивают и заставляют стонать в голос.
— Я не умею так, Марк.
— Увези ее, — кивает Север. — Чем быстрее, тем лучше. Она и так насмотрелась…
— Она? Не говори обо мне в третьем лице.
Меня задевают его слова и я подхожу вплотную. Все тот же неспящий разум подсказывает, то Север из-за усталости подбирает не самые удачные слова, но эмоции душат и мне становится тошно от того, что он хочет поставить барьер между нами. Отделить меня от себя… Как прячут больных в инфекционном отделении, чтобы не пострадали здоровые.
— Мы вместе, Север. Не смей отгораживаться от меня. Я не игрушка, которой можно указать место и убрать в безопасную коробочку только потому, что ты так решил.
Повисает нехорошая пауза, которая колется острыми иголками прямо в подушечки пальцев. Я неотрывно смотрю на Севера и вижу, как он борется с желанием усмехнуться. Грустно, но все же.
— Да, Север, — Марк первым подает голос. — Ты всегда умел выбирать женщин с характером. Тебе от них больше достается, чем от…
— Хватит сравнивать меня с другими! — я взрываюсь в сторону Марка и вижу, как он картину прикусывает язык. — Мы сейчас говорим обо мне и только.
Марк кивает с легкой улыбочкой и я запоздало понимаю, что он специально ляпнул вызывающую вещицу. Он просто-напросто взял мое раздражение на себя, мастерски отвлек, отпустит очередную фирменную шуточку.
— Марк, дай нам пару минут, — Север надавливает холодным голосом.
— Десять могу. Потом я заберу Юлю с собой.
— Да, хорошо.
Они все-таки всё решают без меня. Я молча наблюдаю, как Марк покидает комнату, а Север протягивает ко мне ладонь. Я не противлюсь, закономерные эмоции взбились вихрем, но теперь оседают и я вновь могу ровно дышать. Наверное, это из-за стресса, страха… Черт, страха слишком много, особенно, если вспомнить, что я скоро должна уехать отсюда, а Север останется.
— Кто такая Агата?
— Она как Уваров, только еще больше полномочий… Мы были любовниками.
— Оу.
— Давно было. Давно прошло.
Север тянет меня к себе и обнимает ладонями бедра. Проходит мгновение, другое и я понимаю, что это не просто ласка, а настойчивое распаляющее касание. Север ведет ладони выше, собирая край моей юбки, а я стою над ним и не верю, что он действительно подходит к моему белью. Так просто? Он хочет решить наш спор сексом? В этом месте?
— Север.
Я делаю шаг назад, но он не отпускает. Сжимает сильнее и не дает сдвинуться хоть на миллиметр, а руки заводит так высоко, что моя юбка становится поясом. Он переводит взгляд на мои трусики и в ту же секунду тянется вперед. Черт… Я порывисто рвусь хоть куда-то, но он сильнее и ловчее, он запускает ладони назад и обхватывает мои ягодицы, после чего дергает на себя и прикасается губами кружевной ткани.
