— Ну, подобное можно провернуть отнюдь не со всеми и далеко не всегда. И сильное значение имеет то, насколько насчёт этой отдельно взятой страны смогут договориться меж собой Старый свет и его заокеанский партнёр-конкурент. Дальнейшее уже зависит от конкретных обстоятельств и той расстановки сил, которая сложилась непосредственно в этом государстве. Может получиться по-всякому, но прецедентов обратного пока было. Все предпочитают пользоваться благами и стремятся к цивилизации! А те, кто не выдержал конкуренцию и не смог противопоставить своё влияние влиянию других государств, давно отодвинуты на край политической арены. Например, португальцы.
— Ты прав, но разве у нас есть другие варианты? Наша цель: поправить своё материальное положение и вернуться в Германию. Или, если всё сложится удачно, остаться здесь. Как по мне, так это наилучший вариант, ведь на Родине мы действительно больше не нужны. Боюсь, что по возвращении в Германию меня вообще ждёт тюрьма. Я как-то не очень стремлюсь туда попасть.
— Согласен, тогда работаем и ждём следующей встречи. Хочется верить, что нам повезёт.
— Ждём и надеемся.
— Надеемся и ждём, — отозвался Штрелец, и они уехали.
* * *
Через несколько дней приехали Саид с Фарахом. Первым делом я решил встретиться с Саидом, отложив общение с Фарахом на потом. Как говорится: «Первым делом самолёты, первым делом самолёты!». А провизоры? Провизоры потом! Саид неимоверно обрадовался тому, что ему наконец-то позволили выбраться из той всеми забытой чёрной дыры, в которой он обитал в качестве начальника охраны.
Однако вызвал я его не только для того, чтобы дать небольшую передышку. Времена и задачи изменились, и на моём горизонте замаячили гораздо большие перспективы и деньги. Лекарства пока подождут. Они стали меньше приносить доход из-за проблем с логистикой и чрезмерно наглых желающих их приобрести с их невыгодными условиями возможного партнёрства. Поэтому (до принятия окончательного решения) я подумывал временно приостановить работу лаборатории, распродав все созданные на этот момент лекарства подчистую.
Пусть напоследок насладятся лечением! Вскоре на собственной шкуре ощутят, чем может закончиться провал в новых поступлениях. Не получив продолжения курса лечения, кто-то столкнётся с рецидивом болезни, а у кото-то наступит банальная ломка! Конечно же, те, кто пользовался моими укрепляющими средствами, не наркоманы. Однако они уже привыкли жить почти полноценной жизнью. И откат к прежнему уровню существования порой убивает похлеще, чем ломка от отсутствия наркотиков.
От мстительных мыслей меня отвлёк долгожданный посетитель.
— Как дела, Саид?
— Всё отлично, Мамба. Вот только сидеть в этой дыре жутко надоело. Я думал, что Афганистан является настоящей глухоманью, но я ошибался. Настоящая жопа мира — это то место, в котором находится твоя лаборатория.
— Не преувеличивай, Саид! Есть места и похуже этого. Впрочем, в чём-то я с тобой согласен: делать там тебе особо нечего. Сейчас с охраной лаборатории справится любой местный охранник. А мне ты нужен для выполнения новых задач, как знающий русский язык.
— Да⁈ Очень интересно, — Саид уселся поудобнее, приготовившись внимательно слушать.
— Для начала ответь: сколько сейчас здесь твоих соплеменников-калашей?
— Мало, всего пятьдесят человек.
— Мне больше и не потребуется, вполне можно обойтись намного меньшим количеством. Двадцати пяти человек, думаю, будет вполне достаточно. Но мне нужны лишь те, кто готов пойти на всё, кто мало ценит свою жизнь. Задание очень опасное и серьёзное.
— Всего двадцать пять? Найду!
— Хорошо. Теперь о критериях отбора. Ты и эти люди поедете в СССР, в Москву, — брови Саида удивлённо поползли вверх на этой фразе. Не обращая внимания на его реакцию, я продолжил: — Поэтому в первую очередь тебе желательно остановить свой выбор на тех, кто хоть немного понимает русский. Второе условие: они не должны выбиваться из общей массы. Поэтому отдавай предпочтение калашам, максимально похожим на европейцев: светлокожим и светлоглазым. Ну и, естественно, бери только тех, кто умеет хорошо воевать. Впрочем, это само собой разумеется.
— Что ты опять задумал? — нахмурился Саид. — Хочешь провернуть какую-то операцию в Москве? Но разве тебе дадут такую возможность? Нас же КГБ в первый же день прихлопнет! Это самоубийство!
— КГБ, да и не только им, вскоре будет немножко не до нас…
— Ты что-то знаешь, аль-Шафи?
— А ты сомневаешься во мне?
— Нет.
— Тогда просто прими мои слова как данность. Твои бойцы пойдут на довольно большой риск. Пути отхода после выполнения задания могут быть блокированы. Весьма вероятно, некоторым придётся выбираться самостоятельно. Но я плачу каждому по тысяче долларов перед заданием и по десять тысяч после него. Если же удастся достичь той цели, на которую я рассчитываю, они получат деньги в двойном размере.
— Под такую оплату я найду и целую сотню!
— Сотня мне не нужна, это слишком много. Я не собираюсь брать власть в Москве!
— Надеюсь, ты обеспечишь их оружием?
— Да, вооружение будет советское. Сейчас один мой человек работает по закупке партии оружия на Украине. Точнее, её уже купили и скоро переправят в посольство. Оттуда его заберут мои люди и передадут необходимую часть тебе. Я тоже поеду, и все твои бойцы перейдут мне в подчинение. На что конкретно нам придётся пойти, разберёмся уже на месте. Я, честно говоря, и сам не знаю, что нас ждёт. Одно могу сказать абсолютно точно — скучно не будет! И приключений хватит на то, чтобы рассказывать их до глубокой старости своим внукам.
— Я понял. Мои воины будут готовы на всё! Я отберу лучших из тех, кто подойдёт под твои критерии, аль-Шафи.
— Ты меня радуешь, мой соратник!
— Ты спас мне жизнь и придал смысл моему существованию. Я стал уважаемым человеком в стране. Такое не забывается.
— Рад, слышать это от тебя, Саид. Очень рад.
В ответ Саид склонил голову и приложил правую руку к сердцу. Я лишь кивнул.
— Тогда пятнадцатого августа я жду тебя в Москве, вот по этому адресу. Людей разместишь в гостиничном комплексе Измайлово, который в простонародье называют АБВГДейкой. Вот адрес. Лететь лучше из Пакистана, хотя можно добраться и из Дели с несколькими пересадками. Как разместитесь, сразу явишься ко мне, и я скажу, что вам делать. Вот деньги. Тут пятьдесят тысяч долларов. Двадцать пять сразу раздашь тем, кто пройдёт отбор. Остальное потратишь на организацию: еду, билеты, гостиницу и непредвиденные расходы. Если кому-то срочно понадобится аванс, можешь выделить. Оставь для этого десять тысяч. Остальные деньги получишь уже в Москве. Ну, вроде бы и всё.
— Хорошо, аль-Шафи. Я всё сделаю и пятнадцатого августа мы будем на месте.
— Я приеду раньше, чтобы подготовиться, и буду ждать тебя. Всё остальное в руках Аллаха!
— Да будет благословенно имя его!
Саид омыл руками лицо и, так как разговор себя исчерпал, ушёл, оставив меня одного.
За всеми разными и важными делами я временно забыл о Фарахе. Однако он сам напомнил о себе. Не успев вернуться в Аддис-Абебу, мой бывший товарищ сразу начал налаживать контакты с представителями фармацевтических фирм. И не только с ними… О чём мне и доложили. Правда, доложили не сразу, а спустя какое-то время: ждали, когда прорвёт заразу. Ну, что же, пора и поговорить.
Глава 12
Фарах
Фарах дико обрадовался, когда узнал, что может, наконец, вернуться в Аддис-Абебу. Их караван шёл целую неделю, пока вдали не показались эвкалиптовые рощи столицы Эфиопии.
— Слава Аллаху! — воскликнул он.
Адель от переизбытка чувств зарыдала. Впрочем, и сам Фарах едва сдержал слёзы. Ну, а обе девочки просто никак не отреагировали по причине своего малого возраста. Дом уцелел, и его даже подремонтировали в их отсутствие. По приезду Фарах целые сутки никуда не выходил. Только если возникала насущная необходимость.
