у психопата», — мысленно признала она, вспомнив, как мужчина и его черный пес смотрели ей вслед с порога хижины, когда она рванула прочь на внедорожнике.
Ее обманул дымоход без дыма, иначе она ни за что бы не вошла в дом. Но Гассеру она об этом не сказала.
— Что вы рассчитывали там найти? — проворчал командир.
Серена ударила кулаком по столу.
— Этот человек всегда был здесь, пока вы все думали, что он бог знает где, — заявила она.
Безусловно, преступник не разжигал камин, потому что скрывался и не хотел, чтобы кто-то знал, что он дома.
Начальник местной полиции выразительно вздохнул и пригладил усы, молча глядя на нее.
По его реакции Серена сама догадалась об истине.
— Вы знали… — ошеломленно произнесла она.
Гассер снова вздохнул:
— Конечно.
— А вы проверили, есть ли у него алиби на ночь, когда погибла моя дочь?
— Пропала, — поправил ее командир, как будто это слово что-то меняло.
Серена злилась, но не давала сбить себя с темы:
— Ну и?..
— Адоне Стерли ни при чем, — ответил Гассер, назвав пиромана по имени. — Год назад он отбывал остаток срока в тюрьме.
Серена не знала, что сказать. Она чувствовала себя дурой.
— Синьора, как бы вам ни было тяжело, лучше вам забыть об этой истории, — посоветовал полицейский. — Нельзя так себя мучить.
Серена все еще ощущала зловоние, наполнявшее хижину, где она была пленницей. Вонь смерти. Но сейчас она словно очнулась от чар. Она поняла, что ее вот уже второй раз унижают в этом кабинете, потому что Гассер смотрел на нее с той же жалостью, как в тот раз, когда она не смогла показать ему видео пожара, где было ясно видно открытое мансардное окно в пансионе. Серена не собиралась мириться с таким обхождением и ненавидела этого человека до самых кончиков его проклятых усов. Она хотела было упрекнуть его в том, что полиция не поверила Луизе, когда та сообщила, что в ночь пожара ощутила в шале присутствие постороннего. Интересно, сохранил ли бы командир свое снисходительное выражение лица, узнав, что Серене известна информация, которая ни разу не упоминалась в официальных отчетах о трагедии. Но ей не хотелось доставлять неприятности девушке. Поэтому, не придумав, как отбрить командира, она встала с кресла.
— Мне пора, — неуверенно выдавила она.
Но Гассер остановил ее последним вопросом:
— Синьора, зачем вы приехали в Вион? Обычно, если у людей с вашими связями и финансовыми возможностями появляются какие-то жалобы или сомнения, они обращаются к крупным адвокатам или частным детективам… Почему вы приехали лично?
Серена замерла на полпути между креслом и дверью кабинета. Она не решалась ни взглянуть на полицейского, ни даже просто обернуться к нему. Она боялась, что он прочтет ответ в ее лице. А именно — что она не могла сообщить о своих подозрениях ни адвокату, ни частному детективу. Не могла рассказать о них даже Гассеру. Никто бы ей не поверил.
Потому что она по-прежнему считала, что одна деталь — открытое окно — ведет к почти невероятной правде.
Догадка Серены была слишком абсурдной — никому невозможно в ней признаться, невозможно даже произнести ее вслух. Свою гипотезу она хранила в тайниках сознания. Но командир все понял и хотел лишь услышать от нее подтверждение. Так что Серена предпочла молча уйти.
Она могла бы что-нибудь соврать. Но прекрасно знала, что врать не умеет.
11
О ночной вьюге остались лишь воспоминания. Ее сменило ослепительное солнце.
Из полицейского участка Серена вышла совсем потерянной. Она не знала, куда идти и что делать. Но в кармане у нее лежала бутылочка из-под «Эвиана» с заслуженной дозой «Плюшевого мишки».
Сидеть взаперти в апарт-отеле ей не хотелось, поэтому остаток дня она докучливым призраком бесцельно бродила по Виону.
На центральных улочках толпились туристы — они отоваривались в ремесленных лавках и магазинах деликатесов. Позже они пообедают на террасах ресторанов или в бистро крупных отелей, которые в те дни были переполнены. Во второй половине дня лыжники, вернувшиеся со склонов, устремятся в бары, чтобы выпить пива, бренди или какого-нибудь другого крепкого алкоголя либо стаканчик сидра.
Серена была инопланетянкой, попавшей не на ту планету, серым пятном, почти невидимым среди всей этой красочной эйфории. Затылок, которым она ударилась о пол хижины по милости черного пса, все еще ныл. Боль отдавала в шею и плечи. Ее фирменный коктейль притуплял все ощущения, но она уже знала, что в конце дня ее ждет жуткая мигрень.
В памяти то и дело вспыхивали воспоминания о вечернем визите в дом Адоне Стерли.
Классическая музыка по радио. Обманчивый сумрак, порождаемый электрическим обогревателем. Демон в обличье пса. Кастрюля, в которой кипела белесая жижа. Вонь смерти. Металлические инструменты, разложенные на верстаке: иглы, скальпели, шила. Лабиринт для подопытных животных. Черные резиновые перчатки, держащие ножницы. Лицо пиромана, сотканное из тьмы.
Серена пребывала в смятении, как будто проснулась от кошмара, не до конца уверенная, что ей всего лишь приснился дурной сон. Пусть она и вернулась к реальности, беспокойство не отпускало.
Люди походя задевали Серену, даже не замечая. Внезапно в кармане куртки что-то завибрировало. Звонил смартфон. Серена достала мобильник и снова прочла на дисплее: «Скрытый номер».
Когда она меньше всего этого ожидала, тот, кто заманил ее в Вион, объявился снова.
— Алло? — робко произнесла она.
Ответа не последовало.
Может, в тишине кто-то и прятался — не угадаешь. В уличной суете не слышно даже дыхания.
Бом… Бом… Бом…
Только подняв голову, Серена заметила возвышающуюся над ней часовую башню: колокола отбивали полдень. Звон мешал слышать, и она прижала к одному уху смартфон, а другое прикрыла рукой.
Тут она поняла, что колокола доносятся и из трубки.
Незнакомец скрывался где-то рядом. И наблюдал за ней.
Серена осмотрелась, пытаясь опознать его среди прохожих. Многие разговаривали по мобильникам, однако Серена была уверена, что кто-то из них притворяется. Она вглядывалась в их лица, надеясь, что один из встречных выдаст себя, но не увидела ничего подозрительного.
Через несколько секунд человек дал отбой.
Серена неподвижно стояла в людском потоке со смартфоном в руке, словно камень, огибаемый течением, и размышляла, что означает этот странный звонок. Но сердце билось быстро, и адреналин без остатка смыл эффект «Плюшевого мишки». Ступор прошел — вернулась бдительность.
У Серены сложилось впечатление, что таинственный преследователь наблюдает за ней уже некоторое время. Она вспомнила человеческий силуэт, скрывшийся в тумане за окном апарт-отеля в
