отца за рукав легкого льняного пиджака. — Что это там на горизонте?
— А это тот самый остров Горе, о котором я тебе рассказывал вчера.
Девочка удивленно и, пожалуй, слегка наигранно подняла бровки:
— Он такой маленький? Я представляла его намного больше!
— Он действительно небольшой, его площадь меньше одной квадратной мили.
Девочка вновь красноречиво выразила свое удивление:
— Но ты говорил, что на него свозят сотни и даже тысячи рабов. Как они там все умещаются?
Вместо отца ответил брат:
— А они там долго не задерживаются.
Джордж кивнул:
— Майкл прав. Корабли с рабами отходят отсюда каждую неделю, и это после запрета работорговли, а в былые времена и того чаще.
Выражение лица девочки стало грустным, и она опустила голову:
— Какой ужас.
Джордж подбадривающе приобнял ее за плечи:
— К чему все эти печальные разговоры, милая? Пойдемте лучше в каюту, я вам что-нибудь почитаю.
— Нет, пап. Нам надо остаться. — Эйша решительно отстранилась от отца.
— Надо? — Отец и сын в недоумении переглянулись. — Милая, но зачем?
Девочка пожала плечами:
— Я не знаю. Просто надо, и все.
— Сестра, я всегда знал, что ты у нас не от мира сего.
Эйша играючи ударила брата кулачком, подошла к ограждению борта, сложила руки на перилах и начала пристально глядеть в море. После такого заявления мужской части семьи Петтерсов ничего не оставалось, кроме как молча к ней присоединиться.
Глядя на барашки бегущих волн, Джордж погрузился в свои мысли.
Полтора месяца они в пути. Всего полтора месяца. Впереди еще как минимум три, а то и больше. Он-то ладно, он и дольше бывал в море, а как дети? Выдержат ли это испытание? С другой стороны, с каждым днем они ближе к маме…
Его размышления прервал голос сына:
— Папа, смотри!
Майкл указывал пальцем куда-то вдаль. Джордж поднял голову и не увидел ничего особенного, но затем, присмотревшись, ахнул. Примерно на расстоянии двух кабельтовых от левого борта в открытом океане был человек. Он плыл против волн наперерез их кораблю.
— Человек за бортом! Сбавить ход! Человек за бортом!
Словно джинн из бутылки, откуда ни возьмись, рядом вырос Филипс:
— Что случилось, Петтерс? Хватит голосить.
— Капитан, человек за бортом! Прикажите спустить шлюпку!
Филипс, не торопясь, достал подзорную трубу, разложил ее и посмотрел туда, куда указал ему Джордж, спустя несколько секунд наблюдения он так же не спеша сложил ее и убрал в тубус[85].
— Ну, так я и думал. Он темнокожий. Можете сами посмотреть.
После этих слов капитан протянул Джорджу трубу.
— И что это значит?
— А это значит, мистер Петтерс, — на последних словах Филипс сделал особое ударение, — что это не «человек за бортом», а раб, скорее всего беглый, поэтому на него морской кодекс не распространяется и волноваться нужды нет.
Услышав эти слова, Эйша прижалась к отцу:
— Как же так, пап?! Что мистер Филипс такое говорит?
Джордж успокаивающе погладил дочь по голове:
— Не переживай, дорогая, мистер Филипс шутит. Майкл, отведи, пожалуйста, сестру в каюту.
— Но, пап…
— Быстро!
В такие минуты спорить с отцом было бесполезно и даже опасно. Мальчик взял Эйшу за руку, и они пошли вниз. Проводив детей взглядом, Джордж вновь повернулся к капитану:
— То есть, по-вашему, уважаемый мистер Филипс, беглый раб — это не человек?
— Именно так, мистер Петтерс, к тому же он подданный Франции, а не Британии, а брать не пойми кого на борт не входило в мои планы.
— Хорошо. Посмотрим, что вы скажете, когда за бортом окажется подданный королевы Виктории.
Капитан, и не рассчитывавший на такую быструю победу над несносным пассажиром, растекся в приторной улыбке:
— О! Не сомневайтесь, я всячески помогу этому бедолаге, как и велит кодекс офицера, но надеюсь, этого не случиться!
— Еще как случится, мистер Филипс.
Прежде чем капитан сумел задать следующий вопрос, Джордж Петтерс одним движением перемахнул перила и прыгнул за борт.
Капитан побагровел от злости и в сердцах топнул сапогом.
— Вот же упрямый баран, — прошептал он сквозь зубы и уже на всю палубу прокричал: — Человек за бортом! Готовить шлюпку!
Утопающий оказался мужчиной, причем достаточно крупным. Когда подоспела подмога, тот уже был практически без сил и еле держался на воде. С большим трудом перевернув его на спину так, чтобы голова оставалась на поверхности, гребя одной рукой и помогая себе ногами, Джордж начал обратный путь. Шлюпка подоспела, когда до корабля оставались считаные футы и бедняга совсем потерял сознание. Матросы помогли Петтерсу доставить его на борт, оказалось, что в воде он выглядел гораздо меньше, чем в действительности. Это был гигантский человек, и тащить его пришлось вшестером.
К моменту появления утопающего и его спасителя на борту «Странника» Филипс демонстративно покинул капитанский мостик и спустился к себе в каюту. Зато остальная команда была в полном сборе, включая и Майкла с Эйшей. Юному Петтерсу хватило одного взгляда на беглого раба.
— Эйша, Эйша. — Майкл, дернул сестру за рукав платья.
— Что тебе?
Мальчик наклонился к ней и еле слышно прошептал на ухо:
— Помнишь тех рабов в Дакаре?
Девочка с удивлением посмотрела на брата и так же шепотом ответила:
— Конечно, а что?
— Это один из них.
— Ты уверен?
Майкл утвердительно кивнул:
— Абсолютно.
— Но как он тут оказался? Вплавь это невозможно.
— Может, он
