– И все же не надо рубить сплеча. Если ты решила, то можешь оформлять, а пока… Уж извини… Да и Жанна настаивала. И, пожалуйста, поторопитесь, я вас жду.
Маринка кивнула и стала поторапливаться.
Сегодня она готовилась серьезно. Никакого избранника у Жанки не было. Если бы имелся, не стала бы сестрица коршуном кружиться над Артемием. Значит, она хочет представить Артемия? Ну что же… сейчас для Маринки это уже не удар, а даже облегчение. Ей не придется изображать равнодушие, но все равно выглядеть нужно на все сто. Чтобы мама не переживала – как же теперь моя доченька будет одна?
Маринка поехала одна. Артемий отправился к теще на своей машине – у него все же нашелся бензин.
Когда Беляевы зашли в дом, к ним навстречу кинулась мама:
– Проходите, мы вас заждались. Уже и Жанночка приехала… со своим другом…
– С другом? – вытаращилась Маринка.
Вот так номер! Значит, Жанка все же нашла кавалера, и Артемий теперь никогда не съедет с квартиры?
– А! Мариночка! Привет! – выскочила в прихожую сияющая Жанна. – О, и Артемий! Проходите! А то мы уже ждем-ждем…
– Ты чего? Сдалась? – прошипела на ухо сестре Маринка. – Стареешь…
– Я?! – шепотом возмутилась та. – Не надейся! Сегодня будет сокрушительный удар!
– Ну слава богу.
– Девочки, быстро за стол! – позвала мама. – Еще насекретничаетесь.
Марина вошла в гостиную и… ахнула. За столом сидел Артемий, ну, это ее не удивило: тот, если за стол, так всегда в первых рядах… и Максим Андреевич, ее преподаватель истории. Конечно, школу Маринка окончила уже лет двадцать назад, но узнать бывшего историка было несложно – он не изменился совершенно, будто этих двадцати лет и не было.
– Максим… Андреевич? – заикаясь, спросила она.
– Да, а вы Марина Емельянова, – широко улыбнулся тот. – Вы абсолютно не изменились. Абсолютно! Ну надо же, столько времени прошло, а вы все такая же большеглазая, удивленная девочка.
– Конечно, удивленная! – перебила своего друга Жанна. – Она не ожидала тебя здесь увидеть. Артемий, познакомьтесь, это…
– А где вы сейчас работаете, Марина? – поинтересовался историк.
– Максим! – повысила голос Жанна. – Между прочим, кроме Марины здесь еще находится ее муж! И я в данный момент хочу вас друг другу представить!
– Прости, Жанна, – опустил голову историк. – Давайте познакомимся. Максим Андреевич. Очень приятно.
Маринка не могла оторвать взгляда от учителя. Надо же! Такая встреча! Нет, разумеется, изменился. И седины стало больше, и морщинок… А ведь когда-то…
Он пришел к ним в девятом классе. Худенький, молоденький, всего на десять лет старше учеников. Видимо, чем-то обидел директрису, если отправила его сразу в десятый «А». Это был класс очень уверенных и умных ребят. За словом в карман они никогда не лезли, учебники просматривали, поэтому наказать их двойками не получалось, а с дисциплиной… Вот с дисциплиной был полный крах. Мальчики пытались самоутвердиться, девочки старались привлечь к себе внимание независимостью, и все вместе отчаянно доказывали всем, что они уже взрослые и самостоятельные. И в такой класс отправили новичка Максима Андреевича! Стоило ли говорить, что его никто никогда не слушал, на его уроке каждый занимался чем угодно, только не историей, а он даже не мог никому сделать замечание – надо было делать всему классу. Отношение к молодому учителю резко изменилось после того, как летом класс отправили в трудовой лагерь, а Максим Андреевич стал в их отряде воспитателем. И вот тогда он раскрылся. Прекрасно играл на гитаре, пел задушевные песни и покорил девичьи сердца в первый же вечер. Мальчишек он сломал тем, что каждое утро убегал в поле, там садился в каких-то немыслимых фигурах и застывал. Это называлось йогой.
Весь класс ходил за своим воспитателем хвостом и ловил каждое его слово. Ну и, понятное дело, уже в новый учебный год предмет истории стал любимым.
Маринка тоже была влюблена в своего учителя, как и все девочки, но… как же давно это было.
– Марина, ты расскажи, кто из вашего класса куда устроился, где живет? – горели глаза у Максима Андреевича. – У вас бывают вечера встреч? А то я, как уехал из города после вашего выпускного, так ничего и не знаю.
– Все, Макс, хватит! – воскликнула Жанка. – Здесь тебе не встреча ветеранов. Вон, зайди в «Одноклассники» и все узнаешь! А мы сейчас собрались…
Маринка сразу села рядом с Максимом Андреевичем, и они беседовали вполголоса, что остальных присутствующих жутко обижало.
– Мам, ты знаешь, как я ненавидела историю! – смеясь, вспоминала Маринка. – Я ее просто терпеть не могла!
– Ну, Мари-ина, – улыбался Максим Андреевич. – Ну это же прекрасный предмет! Там такие девушки… в кринолинах, в корсетах, неужели было не интересно знать, что их волновало?
– Так вы об этом не рассказывали! Вы нам все больше даты в головы толкали: когда какая битва началась, когда-то закончилась. А этих битв! На дню по двадцать раз воевали! – смеялась Маринка. – Я, когда начинали учить эти даты, все остальное забывала полностью, включая собственное имя!
– Маришенька, ты не права, – заметила мама. – У тебя всегда по истории были неплохие отметки. А экзамен и вовсе ты сдала… на «четыре».
– А все из-за моей честности! Я, кстати, тогда сильно обиделась, я на «пять» сдала.
– Ну вот, – успокоилась мать. – Чего ж на себя наговаривать.
Маринка смеялась и рассказывала, как на экзаменах им помогала их классная руководительница – грозная и строгая Любовь Адамовна. На экзаменах эта неприступная женщина делала для своих выпускников все: бегала к экзаменационной комиссии, садилась рядом, высматривала билеты, а затем сообщала ученикам, где какой лежит. Маринка знала только девятнадцатый билет, его она выучила назубок, понимая, что больше ни один билет не в состоянии вызубрить. Когда из кабинета вышел Максим Андреевич и пригласил следующего ученика, Маринка шагнула вперед – надо было срочно хватать билет, пока его не передвинули.
– Емельянова, ну ты хоть знаешь что-нибудь? – безнадежно спросил учитель.
– Максим Андреевич, только девятнадцатый билет, – честно призналась Маринка.
Она ответила его на «пять», но поставили ей все же «четыре». А потом еще долго в учительской историк рассказывал Любови Адамовне невероятную историю:
– Вы не представляете! Емельянова знала только девятнадцатый билет! Из тридцати шести! Только один! И он ей попался! Мистика…
– Да что вы?! – охала та. – Эта девочка всегда казалась мне… какой-то… эдакой…
Максим Андреевич сейчас это слушал и лишь качал головой:
– А я ведь действительно верил, что вы, Мариночка, были какой-то… паранормальной.
