Читаем без скачивания Заколдованный замок - Эдит Несбит

— Так или иначе, но мы должны в этом разобраться, верно? — дружески продолжал незнакомец. — Давайте выйдем на свет и обсудим сложившуюся ситуацию.

Несмотря на то, что душа Джеральда по-прежнему висела вверх тормашками, он сразу же понял, что человек, употребляющий такие выражения, должен был иметь неодолимую склонность к романтике. В то же время он вполне отчетливо понимал, что подобного человека не «заткнешь» какой-нибудь выдумкой, как ему это до сих пор удавалось в отношении Лиз, Джонсона и даже мадемуазель. Если же попытаться рассказать ему правду, то это уж точно не «заткнет».

Джеральд поднялся на ноги (если, конечно, он до сих пор почему-либо не стоял) и схватил влажную и горячую ладошку все еще всхлипывавшей Мейбл. В ту же минуту незнакомец ухватил его за другую руку и вывел обоих детей из тени Храма Флоры в полосу нестерпимо белого лунного света, заливавшего мраморные ступени. Там он уселся, пристроив обоих детей по бокам, зажал их ручонки локтями, обтянутыми вельветом, как если бы хотел их обогреть, и потребовал: «Ну, валяйте!»

Мейбл только всхлипнула в ответ. Простим ей это — даже Жанна д'Арк и прочие великие героини имеют право разок в месяц хорошенько выплакаться.

Джеральд колебался.

— Ничего не выйдет. Я мог бы сочинить историю, но с вами это не пройдет.

— Я готов воспринять это как комплимент моей проницательности, — заметил незнакомец. — А почему бы тебе не рассказать правду?

— А правде вы не поверите, — безнадежно вздохнул Джеральд.

— А ты все же попробуй! — предложил «лесник». Он был чисто выбрит, и его большие глаза так и сияли при свете луны.

— Не могу, — повторил Джеральд, и это была чистая правда. — Или вы примете нас за сумасшедших и отправите в лечебницу, или же… Нет, ничего хорошего из этого не выйдет. Спасибо, что помогли нам, а теперь нам хотелось бы пойти домой.

— Интересно, — насмешливо сказал незнакомец, — есть ли у вас хоть капелька воображения?

— По крайней мере, мы сумели придумать их! — возмутился Джеральд, на миг позабыв о всяком благоразумии.

— Если ты имеешь в виду тех людей, которых я помог тебе запереть, — произнес незнакомец (он как раз высвобождал ладошку Мейбл из-под своего локтя, чтобы поудобнее обнять ее), — то ведь я видел их и слышал их голоса. И при всем уважении к твоей фантазии, я сомневаюсь, чтобы тебе удалось изобрести что-нибудь хотя бы в половину столь же реальное.

Джеральд уткнулся локтями в колени, а лицом в ладони.

— Подумай хорошенько! — настаивал человек в вельветовой куртке. — А пока ты думаешь, я постараюсь объяснить тебе мое положение. Ты, по-моему, плохо понимаешь, кто я такой. Я приехал сюда из Лондона, чтобы принять охрану этого имения.

— Так я и думал — вы лесничий! — вставил Джеральд.

Мейбл прислонилась лицом к плечу незнакомца.

— Неузнанный герой, — вздохнула она.

— Ничего подобного! — возразил он. — Вернее всего будет называть меня бейлифом. И вот, в первый же вечер, едва я вышел подышать воздухом, напоенным светом луны, и приблизился к загадочному белому зданию, как сразу же услышал шум борьбы и крики, призывающие на помощь. Захваченный вполне понятным побуждением, я поспешил на помощь и в самом деле помог вам запереть людей, мне совершенно неизвестных — скорее, загнать их за эту каменную дверь. Так вот, могу я теперь спросить, кого я так удачно запер? И кто такие вы сами?

— Конечно, вы вправе об этом спросить, — признал Джеральд.

— Ну же! — потребовал незнакомец.

— Ну ладно, — приступил было Джеральд. — Дело в том, что… Нет! — решил он после недолгого колебания. — Я просто не могу вам это рассказать.

— Ладно, — сказал незнакомец. — Придется тогда выслушать ваших противников. Ну-ка, пустите меня — пойду отворю эту дверь и сам во всем разберусь.

— Расскажи ему, — заговорила Мейбл. — Все равно, поверит он нам или нет. Расскажи ему — только бы он не открывал эту дверь!

— Хорошо, — согласился Джеральд. — Я все расскажу, Только, мистер Бейлиф, вы должны дать нам слово английского джентльмена — ведь я вижу, что вы джентльмен — более того, вы должны дать нам слово чести, что никому не расскажете об этой истории и что не запрете нас в лечебницу для сумасшедших, даже если она и покажется вам полнейшим бредом.

— Идет! — произнес незнакомец. — Я готов обещать вам это. Но только если у вас тут было сражение или что-то в этом роде, и вы заперли своих противников в той норе, то не лучше ли их выпустить, пока они не перепугались до смерти? В конце концов, они ведь, надо полагать, такие же дети, как и вы.

— Сперва выслушайте, — сказал Джеральд. — Никакие они не дети. Мне как, сразу рассказывать о них, или лучше начать с самого начала?

— Конечно, с начала, — потребовал незнакомец.

Тут Мейбл оторвалась на секунду от облаченного в вельвет плеча и сказала:

— Тогда лучше я начну. Я нашла кольцо и сказала, что оно превратит меня в невидимку. Это была игра, но оно и в самом деле превратило меня в невидимку на двадцать один час. Только не спрашивайте, где я взяла это кольцо. А теперь продолжай ты, Джеральд.

Джеральд продолжал — говорил он довольно долго, потому что, как бы там ни было, а такую историю рассказывать было все же занятно.

— И вот, — заключил он, — мы заперли их тут, а через семь, или четырнадцать, или двадцать один час (одному Богу известно, сколько этих часов будет, но все они будут делиться на семь) они снова превратятся в старые плащи и зонтики. Ожили они в половине десятого. Я надеюсь, что все это кончится через семь часов, то есть, в половине пятого. А теперь, можно нам пойти домой?

— Я провожу вас, — с неожиданной галантностью предложил незнакомец. — Что ж, пошли!

— Вы не поверили нам, — с горечью произнес Джеральд. — Еще бы, кто такому поверит! Я бы мог предъявить вам доказательства, если бы только захотел.

Все трое уже поднялись на ноги. Незнакомец пристально посмотрел в глаза Джеральду. Он смотрел, пока Джеральд не ответил ему тихо:

— Вы же видите, что я не сумасшедший.

— На сумасшедшего ты не похож. Нет, ты вполне разумный мальчик. Скажи-ка, может быть, у тебя лихорадка или еще что-нибудь в этом роде?

— Как же, лихорадка! И у Кэтти лихорадка, и у Джимми, и у мадемуазель с Лиз тоже лихорадка? А как насчет того человека, который принял их за чучела, да и вас самих тоже — вы ведь видели, как они передвигаются, и слышали, как они кричат. Вас что, тоже лихорадит?

— Разве что от любопытства. Ладно — надо отвести вас домой.

— Мейбл живет в замке, — сказал Джеральд, когда незнакомец свернул на дорогу, выводившую к главным воротам.

— Я не родственница лорда Ядлинга, — поспешила вставить Мейбл. — Я всего лишь племянница экономки. — Все это время она крепко держала незнакомца за руку. Когда он довел ее до задней двери замка, она подняла голову, поцеловала его и скрылась за дверью.

— Бедняжка! — вздохнул бейлиф, возвращаясь на центральную аллею.

Вместе с Джеральдом он дошагал до ворот школы.

— Послушайте, — предупредил Джеральд, когда они прощались. — Я ведь знаю, что вы собираетесь сделать. Вы хотите снова открыть эту дверь!

— Угадал! — усмехнулся бейлиф.

— Не надо. Подождите хотя бы до рассвета, а лучше всего подождите нас. Мы придем туда к десяти.

— Очень хорошо — я жду вас в десять утра, — согласился незнакомец. — Нечего сказать, странный вы народец!

— Странный, — признал Джеральд. — А вы были бы не странный, если бы… Спокойной ночи!

На следующий день все четверо собрались на ровной лужайке у Храма Флоры. С самого раннего утра они продолжали толковать о событиях предыдущей ночи и о немыслимой отваге Мейбл. К сожалению, было уже не десять часов, а почти половина первого. Лиз (при поддержке мадемуазель) заставила их убрать — и убрать очень основательно — тот «погром» который остался после вчерашнего вечера в столовой.

— Тебя надо наградить крестом Виктории! — пылко уверяла Кэт. — Надо поставить статую в честь Мейбл.

— Если ты поставишь ее в этом саду, она оживет, — устало пробормотал Джеральд.

— Я все равно ее не испугаюсь, — нахохлился Джимми.

— Днем все выглядит иначе, — напомнил ему Джеральд.

— Надеюсь, мы его найдем, — сказала Мейбл. — Он такая душечка, Кэт — самый настоящий бейлиф и джентльмен в душе!

— Тем не менее, его что-то нет, — отметил Джимми. — Наверное, он вам просто приснился, как и все эти живые статуи.

Они поднялись по залитым солнцем мраморным ступеням. Трудно было поверить, что на этом самом месте при свете луны еще вчера творились страшные дела, при воспоминании о которых сжимались сердца Мейбл и Джеральда.

— Надо открыть дверь, — предложила Кэтлин. — Мы можем сразу захватить домой часть плащей и зонтиков.

— Сперва надо прислушаться, — возразил Джеральд. — Может быть, они еще не превратились в плащи.