— Точно. — кивнула Изабелла, ощутив, как медальон скользнул по груди. — Вы угадали. Я скажу Вам, какой корабль. Но вначале несколько вопросов, можно?
— Прошу Вас.
— Срок моей стажировки, по закону, шесть месяцев. Я должна провести их в какой-нибудь команде Игры. Если, предположим, меня как бы убьют, и я выйду из Игры на предусмотренные тем же законом две недели, эти четырнадцать дней мне зачтутся?
— Да, безусловно. Скажу Вам больше: капитан Вашей игровой команды имеет право зачесть всю стажировку даже за один день — но для этого придется совершить подвиг.
— Игровой?
— Простите? — удивился Привратник — У нас имитируется многое; но чувства-то в Игре все равно настоящие. Следовательно, подвиг потребует от Вас полностью настоящего прыжка выше головы.
Изабелла задумалась, потом тряхнула головой:
— Хорошо, я поняла. Теперь — как работает игровое оружие? Мне уже несколько раз объясняли, а я так и не пойму: разве возможно, чтобы один и тот же предмет мог пробить стальной щит и нисколько не повредить прикрытое им тело?
Вместо ответа Сэпли выволок откуда-то широкий разбойничий нож и от души стукнул им по сундуку. На оковке возникла отчетливо видимая зарубка. Потом Сэпли замахнулся и изо всех сил рубанул самого себя по второй руке. Изабелла в ужасе вскрикнула и отшатнулась, но Привратник остался невредим. У самой кожи нож превратился в темно-синее колышущееся облако. Сэпли отодвинул нож от руки; тот восстановил прежнюю форму и твердость.
— А как это все работает, я и сам не знаю, — немного виновато сказал Красильщик, убирая нож. — Легат и Мастер получили патент на технологию. Сведущие люди говорили мне, что их изобретение ценится почти так же высоко, как кристаллы Основателя…
Привратник свернул и спрятал не пригодившийся черный шелковый платок. Покачал на ладони медальон Изабеллы и попросил ее обратить внимание на прибор:
— Взгляните сюда: ободок светится зеленым. Это признак новичка, он откроет Вам все двери. В последние годы новичков так мало, что любой сочтет за честь Вам помочь. У опытных игроков свечение синее, а интенсивность зависит не столько от времени, проведенного в Игре, сколько от заслуг. Все награды, которые капитан команды впишет на Ваш счет, игровой сервер немедленно отразит изменением яркости… Что еще? Наверное, стоит предупредить особо, что даже если Вы выключите медальон случайно, вернуться в Игру ранее двух недель все равно не получится. Это страховка от злоупотреблений. Входить в Игру следует обдуманно, и выходить так же. Считается невежливым суетливо прыгать из одного состояния в другое… С людьми, паспорт которых светится ярко-красным, не задирайтесь: как правило, это победители серьезных фехтовальных состязаний. Ну, наверное, хватит наставлений. Куда Вы пойдете сейчас?
— Я хотела бы попасть в экипаж Ливии Харт. Раз уж новичкам принято помогать, то не подскажете ли Вы, где можно отыскать легендарного капитана? О рекомендациях и просить не смею.
— И правильно, кстати — Ливия терпеть не может тех, кого ей рекомендуют. Поэтому никаких ручательств от меня Вы не получите. Но зато я направлю Вас в оружейный магазин, владелец которого может подсказать, где найти капитана "Стальной Розы".
Изабелла оживилась. Мастер Привратник Арды наверняка знал простой и быстрый способ найти Ливию Харт. Но идти по следу куда интереснее. Посещать оружейников все равно придется. Так пусть будут все зайцы сразу — на то и Игра!
— У Вас найдется листок? — поинтересовался Сэпли. — Записывайте: Южный Тракт, сорок восемь. Такой большущий дом с резными львами на входе. Добираться — отсюда на трамвай и до Речного порта. От причалов пешком один квартал к западу; магазин весьма известный, виден издалека, любой покажет.
Продиктовав адрес, Красильщик подал девушке плащ и вежливо проводил ее до калитки. Постоял, наблюдая, как Изабелла садится в трамвай. Сделал шаг на улицу — и окаменел. Сердце Привратника словно бы сжали холодные когти; почему-то померещился факел белого пламени — в точности, как его собственная горелка для вжигания цветного стекла в камень. Откуда-то послышалось странное бульканье, словно нечто плавилось или кипело. Сэпли ошеломленно мотнул головой и попятился во дворик, где долго сидел на скамейке, ожидая, пока боль утихнет. Потом вернулся в здание, опасливо прислушиваясь к ощущениям, но чем дальше от проклятого места, тем, казалось, легче было двигаться. Вскоре Сэпли привел мысли и чувства в относительный порядок. Непонятное и болезненное видение встревожило его; Красильщик достал свой старый мешочек с рунами. Вымыв и тщательно вытерев руки, Красильщик развязал мешок, четко задумал вопрос: "Что я видел только что у ворот? Что это было?" — и левой рукой вытащил руну.
На ладони оказался символ, напоминающий человека с воздетыми к небу руками, но перевернутый; Красильщик долго соображал, где же он видел такое раньше.
Потом вспомнил: на могильных камнях, рядом с датой.
Обратная Альгиз.
Нарушение защиты.
Смерть.
Красильщик еще некоторое время посидел бездумно; размышлять не хотелось. Как ни уважал руны Сэпли из Лорбанери, а все же не поверил, что судьба уже определила день и час, когда он рухнет на камни перед недокрашеной калиткой собственного дома. Стряхнув, наконец, мрачное бездействие, Сэпли вынул из конторки микрофон, заказал подключение и подождал немного, пока спутник выловит нужного адресата. Потом заговорил:
— Здравствуй, Ливия… Да… Нормально дела. Слушай: сегодня я направил к тебе одного человека… Нет, не рекомендую: знаю, что не любишь… Ну, кто он — конечно же, секрет. Стажер. Да… Удачи! — и на этом отключился.
Время неумолимо катилось к полудню.
***
Полдень застал Изабеллу прямо перед описанным крыльцом с резными львами. Крыльцо, зеркальные витрины и прозрачная дверь магазина выглядели вполне обыкновенно; если бы не подвешенный прямо над входом двуручный меч, девушка и не подумала бы, что здесь торгуют оружием.
"Меч Максена" — прочитала Изабелла на вывеске. Ну что ж! Она взбежала по шершавым ступеням, резко потянула на себя дверную ручку — и едва не опрокинулась. Дверь оказалась неожиданно легкой; за ней широко распахнулся торговый зал. Волосы и плащ Изабеллы подняло теплым потоком воздушной завесы.
Девушка вошла и осмотрелась. Обычных прилавков она не увидела. Копья, мечи, алебарды, луки всевозможных форм и размеров, тщательно рассортированные, размещались здесь в особых стойках. Там и сям между стойками открывались арочные проходы в другие залы; многочисленные покупатели сравнивали, взвешивали, примеривали к руке, осматривали, вертели так и эдак грозно блестящую боевую сталь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
