Джим Брискин взял со стола фотографию деревянного двигателя.
– Я постоянно повторяю себе: смотри, чему мы можем научиться у них, – продолжал Фрэнк. – И чему они могут научиться у нас.
– Да, – согласился Джим, – нельзя упускать такую возможность.
Голос его, однако, звучал по-прежнему мрачно.
– Ты не хуже меня знаешь: что-то во всем этом не так.
Джим Брискин кивнул.
Звонок видеофона разбудил Дона Стэнли, помощника Леона Тэрпина по административным вопросам, среди ночи. Он с трудом сел и отыскал в темноте трубку.
– Слушаю, – сказал он, включая свет. Рядом продолжала спать его жена.
На экране видеофона появилось лицо одного из главных исследователей «ЗР».
– Мистер Стэнли, мы звоним потому, что кто-то из руководства должен об этом знать. – Голос его звучал крайне напряженно. – «Пчелиная матка» упала.
– Упала куда? – не мог понять Стэнли.
– Ее сбили, один бог знает, как им это удалось. Только что, несколько минут назад. Мы не знаем, следует ли запустить новый спутник или надо ждать.
– Может, с «Пчелиной маткой» просто что-то случилось и она, неисправная, кружит наверху?
– Ее там нет. Наши приборы однозначно это показывают. Сами знаете, чтобы сбить спутник с орбиты, требуется достаточно сложное оружие.
Перед мысленным взором полусонного Дона Стэнли возник чудовищного размера арбалет с тетивой, которую можно оттянуть на милю. Он потряс головой, отгоняя эту абсурдную мысль, и сказал в трубку:
– Может, не стоит посылать туда завтра Вудбайна? Мы не хотим его потерять.
– Решать вам и мистеру Тэрпину, – сказал исследователь. – Рано или поздно все равно придется установить с чужаками формальный контакт. Так что почему бы не попробовать? На мой взгляд, мы теперь не можем просто сидеть и ждать сложа руки. Диверсия против спутника – это очень и очень серьезно. Мы должны знать, какими возможностями они обладают.
– Мы пойдем туда, – решил Стэнли. – Вудбайн отправится в сопровождении нашей полиции. Также мы будем поддерживать с ним постоянную связь по радио.
– Наша полиция, – с досадой повторил исследователь. – На самом деле Вудбайну не помешала бы вся армия Соединенных Штатов.
– Мы предпочитаем, чтобы правительство не вмешивалось, – резко сказал Стэнли. – Если «ЗР» не сумеет справиться с этой проблемой, мы закроем скатлер, прервем связь и обо всем забудем.
Он был раздражен до крайности. «Туземцы вовсе не отстают от нас, по крайней мере в самых существенных областях. У них не удастся выторговать половину Северной Америки за горсть стеклянных бус. – Стэнли вспомнил кожаный мешочек с неограненными алмазами. – Возможно, они не умеют обрабатывать драгоценные камни, но, по крайней мере, понимают, что есть большая разница между мешочком, полным алмазов, и таким же мешочком, набитым, скажем, ракушками».
– Ваши все еще на той стороне? – спросил Стэнли. – Их не отозвали?
– Нет, – сказал исследователь, – но сейчас они вынужденно бездействуют, ждут, когда наступит рассвет и прибудет группа университетских профессоров с лингвистическими машинами и вообще всем тем, что нам обещали.
– Не следует вступать в конфликт с чужаками, – сказал Стэнли, – даже если они стреляли в наш спутник. Нужно познакомиться с их промышленными технологиями и прочими достижениями. Мы не можем перечеркнуть эти планы.
– Хорошо, – согласился исследователь. – Удачи.
Дон Стэнли повесил трубку и какое-то время сидел неподвижно, потом встал и направился на кухню, чтобы приготовить себе поесть.
«Завтра будет великий день, – подумал он. – Мне хочется на ту сторону… Но в данной ситуации моя задача – сидеть за столом, а не мотаться туда-сюда. Пусть кто-нибудь другой этим занимается. Кто-нибудь вроде Вудбайна, которому платят за риск».
Он не завидовал Вудбайну.
Внезапно ему пришло в голову, что старый Леон Тэрпин может приказать ему, своему помощнику, отправиться в экспедицию. В таком случае придется подчиниться – или потерять работу. А потеря работы в нынешние времена означает нешуточные проблемы.
У Дона Стэнли пропал аппетит. Он вернулся из кухни и лег в постель, уныло сознавая, что с подобными мыслями заснуть уже не удастся.
И оказался прав.
10
Дариусу Петелю невозможно было запретить сопровождение группы ученых и лингвистов, поскольку именно ему формально принадлежал дефектный джиффи-скатлер. В тщательно выглаженной и накрахмаленной белой рубашке и новом галстуке Петель прибыл в центральное управление «ЗР» в Вашингтоне ровно в восемь утра, чувствуя полную уверенность в себе. Сотрудники «ЗР» относились к нему совершенно иначе с тех пор, как он передал им дефектный скатлер. Ведь в любой момент Дариус мог его и отобрать – так, по крайней мере, он думал.
Двое молчаливых работников «ЗР» доставили Петеля на двадцатый этаж. Подведя его к двери в кабинет Тэрпина, они тотчас ушли. Петель остался один.
Вид главы «ЗР» вовсе его не испугал.
– Добрый день, мистер Тэрпин, – сказал он. – Надеюсь, я не опоздал?
Он был уверен, что группа все еще возится со скатлером в подземной лаборатории.
– Гм, – пробормотал старик, искоса глядя на гостя; голова по-индюшачьи тряслась на морщинистой шее. – Ах да, Педаль.
– Петель, – поправил его Дариус.
– Значит, хотите знать, что и как? – улыбнулся Леон Тэрпин.
– Хочу быть в курсе дела, – ответил Петель и поспешно добавил: – Все-таки это моя собственность.
– Да, мы это помним, мистер Петель. Ваше участие в происходящем неоценимо. Как бизнесмен, вы, несомненно, способны принести нам пользу – например, поможете установить торговые отношения с обитателями той стороны. Честно говоря, мы ожидаем, что вы станете продавать им скатлеры, – рассмеялся Тэрпин. – Хорошо, мистер Петель, отправляйтесь в лабораторию и присоединяйтесь к остальным. Чувствуйте себя здесь как дома. Делайте, что сочтете нужным. Я подожду вас здесь. Одной подобной экскурсии для человека в моем возрасте вполне достаточно. Думаю, вы прекрасно это понимаете.
Чувствуя, что над ним издеваются, Дариус Петель вышел из кабинета Тэрпина, вошел в лифт и поехал вниз. «Могу оказаться им полезен, как же, – со злостью думал он. – Люди той альтернативной Земли, вероятно, пользуются куда более простыми средствами транспорта, чем мы. Как сообщали в новостях, они выглядят отсталыми по сравнению с нами. Говорилось что-то насчет примитивного корабля или самолета. Чего-то такого, что устарело в нашем мире несколько веков назад».
Выйдя из лифта, он, руководствуясь указателями на стенах, направился по коридору в главную лабораторию. Открыв дверь, увидел человека, лицо которого было знакомо по телепередачам, – это был кандидат в президенты от Либерально-республиканской партии Джим Брискин. Петель остановился, удивленный и несколько встревоженный.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
