после всей катавасии решил свести с себя всю вонь. И ему же в отличие от меня жуть как понравились бани. Ну да, с его-то «прошлым», где жрецы мылись даже зимой исключительно в холодной воде чтобы «закалить свой дух», такая парилка ему будет только в радость!
Несмотря на конфузную ситуацию, вышли мы все в итоге чистенькими и довольными. Даже хоть и в простецкой, но чистой одежде!
Её нам дали местные жители, решившие поблагодарить своих героев хотя бы такой заботой. Они также обещали к началу вечера обмыть и высушить наши грязные одеяния вместе с бронёй.
В общем, отдохнув от битвы и практически полностью залечив магией света своё тело от возникших из-за воли и адреналина травм, мы отправились к Норгернам.
Где Анхеля, стоило ему только открыть дверь в дом, атаковала золотокудрое ядро, что врезалось прямо в его грудь, чуть ли не повалив на грязную землю.
— Милорд! — громко крикнула ему в лицо личная служанка, что с остервенением... начала его лапать.
Но нет, это маленькое солнышко лишь с поразительной скоростью ощупывала его тело, проверяя на наличие ран. Видимо из-за паники до неё всё не доходила мысль, что целителя фактически невозможно оставить с травмами.
Это он скорее переломает всем кости и скажет что так и было. И ему поверят, ведь кости будут сросшимися. А то, что не в тех положениях — ни его проблема.
В итоге это золотое бешенство остановилось в тот миг, когда блондин просто захапал кроху в свои объятья, прекращая все её шебуршания.
Они начали активно о чём-то говорить. Вот Анхи отчитывающим тоном спрашивает почему девушка не лежит в постели и не восстанавливается, а Анна использует тактику Цзыня: «лучшая защита — это нападение», и начинает его винить в том, что он долго не приходил и она начала беспокоиться. И вообще, он должен был с ней остаться и держать её за руку!
Брат охреневает, брат переваривает и брат... не, всё ещё охреневает от таких доводов. Но молча терпит её словоизлияние, медленно поглаживая по спине.
Дальше я уже не смотрел, застигнутый врасплох другой особой.
— Господин... — столь мелодичный прекрасный голосок моментально захватил всё моё внимание, заставляя повернуться к его прекрасной обладательнице.
Выйдя из дома, Олли тут же предстала перед моими осматривающими очами. Красные от слёз глаза, слегка припухшее из-за них же лицо, но без следов пощёчины. Братец постарался на славу.
Робко и осторожно девушка начала подходить ко мне, опустив виновато голову. Дойдя до меня, она начала нервно мять свою юбку.
— П... простите... если бы я не сглупила и осталось с гвардией... или если бы продержала подольше маскировку... из-за меня все подверглись...
Дальнейшее её словоизлияние, что готово было превратится в самобичевание, я остановил протянутой ладонью, прося её чутка подождать.
Лёгкий щелчок пальцами стал командой для моего телохранителя, стоявшего неподалёку. Кивнув мне, он тут же сделал пируэт пальцами, и прямо ко мне подлетела... табуретка.
Мой рост на уровне груди Олли, потому для задуманного мне нужно быть хотя бы на её уровне.
Что я задумал? Ничего особенного. Встав на табуретку и теперь смотря шатенке прямо в глазах, я смело подтянул её к себе, обнимая и мягко поглаживая по шелковистым волосам.
— Всё хорошо, милая, — тихо прошептал я ей на ухо успокаивающим тоном, продолжая проводить пальцами по голове. — Всё закончилось и мы теперь в порядке. Все живы и здоровы. Ты молодец, что вовремя подала сигнал. Ты спасла свою семью.
Может она и правда сглупила, решив убежать без охраны. Может она и правда могла спокойно уйти, если бы продержала заклинание дольше. Но эти слова сейчас абсолютно бессмысленны. У неё дикий стресс, она устала и винит во всех бедах себя. Ей нужны не наставления, а поддержка и любовь.
Так что я не удивился когда она вцепилась в меня, крепко обнимая и начиная заливать слезами моё плечо.
— Я... я так испугалась... я думала она умерла... он ведь... он ведь и правда хотел её убить...
— Теперь ни он, ни его слуги ничего нам не сделают. Вы полностью в безопасности, — продолжил я говорить успокаивающим тембром, не забывая поглаживать свою ненаглядную.
И попеременно с этим я чувствовал как я сам себя подбадривал, облегчая тяжесть в районе груди. С моей любимой теперь всё в порядке. Она жива и здорова! И я буду стараться изо всех сил, чтобы она больше никогда не попала в такую ситуацию. Я разорву на части любого врага, что посмеет тронуть моё драгоценное сокровище.
— Я верила! Я знала, что ты прейдёшь!
Не знаю в какой момент — после этого вскрика или до — но златокудрая то же начала заливаться слезами, уткнувшись личиком в грудь Анхеля, что медленно и аккуратно поглаживал её.
И пока нам устраивали потоп, наши слуги решили тактично скрыться с наших глаз.
Умные черти.
***
Некоторое время спустя
— Уснули, — доложила нам старушка Регала, закрыв за собой дверь в комнату, где спали три девушки. — Столько плакать, естественно так устать. И откуда в девках столько воды?
— Ма... ну не при господах же...
— Уж кто бы говорил! Не ты ли с ними за столом разговаривал так, словно они "братаны" твои?
— Ну ма... — краснел как рак сидящий с нами за столом Когорт, прикрывая руками от стыда лицо.
— Я уже как сорок лет «ма»! Называл бы меня маменька, раз мы при аристократах. И вообще, налетай уже на мою стряпню. Смотри, как хозяева едят! С аппетитом!
А мы и правда набиваем дружно щёки. Слишком много энергии мы потратили, вот и приходится восстанавливать её, заодно беря про запас. Я даже не смотрю что ем. Знаю лишь что нереально вкусно! И судя по довольным порыкиваниям, братец со мной согласен.
— Лорд... ре-лорд... вы, это, простите за моё отношение. Не знал я с кем общаюсь... — начал было после сытного полдника объясняться глава семейства, почёсывая свой затылок.
И мы уже было хотели сказать что всё нормально, мы даже специально замаскировались. Но не успели — Когорт быстрее нас успел соприкоснуться лбом с поверхностью стола.
— И спасибо вам огромное, что спасли
