плеть, устремилась к Романову, но тот исчез с линии удара в самый последний момент. Плеть пролетела дальше к земле, ударив во внутреннюю стену и разметав сотню метров камня по округе.
Ответный взмах клинка Романова, который появился в опасной близости от Лю Бана, разрубил заклинание, и оно тут же развеялось.
— И как прикажете убивать подобных чудовищ? — прошептал я, пытаясь прицелиться. — Давай же… задержись хотя бы на секунду.
Романов, словно услышав мой шёпот, пошёл в ближний бой. Я видел, как он что-то кричал. Видимо, пытался тому что-то приказывать, но как я понял, дар «голоса» не сработал. Но мне и так сойдёт… Как только клинок Романова обрушился на Лю Бана, я со всей силы запустил энергетическую иглу в полёт.
Лю Бан заметил мою атаку в последний момент и буквально растворился в воздухе, оставив Романова в прямом смысле ни с чем. Ещё одна уловка? Его фигура растаяла, и в тот же момент, мои инстинкты завопили о смертельной опасности.
Резкий, почти физический толчок изнутри заставил меня действовать без раздумий — я активировал «телепорт» и переместился вперёд, на максимально возможное расстояние, чувствуя, как воздух вокруг сжимается от давления чужой ауры.
— Ублюдок! — за моей спиной раздался злой рык Лю Бана. — Иди сюда и познай мой гнев!
Он появился настолько неожиданно и близко, что если бы не мои обострённые чувства, то я был бы уже покойником и летел к земле, в виде двух аккуратных половинок.
— Умри! — в этот момент Романов возник прямо напротив Лю Бана.
В его руке был занесённый на уровне головы противника клинок, которым он собирался проткнуть тому голову. Я заметил, что приказ в очередной раз не сработал, но позлорадствовать не успел. Ауры императоров сошлись на мне клином, продавливая меня в пространстве.
Я видел, как Романов ударил клинком, но и в этот раз его постигла неудача. Лю Бан смог извернуться, исчезнув у того прямо из-под носа. Их дуэль всё больше напоминала шахматную партию, в которой оба игрока мгновенно предугадывали следующий ход противника. Они метались по воздуху, перемещаясь то вверх, то вбок, то в самый неожиданный момент появляясь за спиной друг друга.
Лю Бан вновь исчез, и я почувствовал, как пространство рядом со мной дрогнуло. Он материализовался всего в паре шагов, уже занося клинок. Я рванулся активировать дар «серого тумана», но вместо ожидаемого провала в серую пелену меня встретила пустота. Чёрт… Как я мог забыть, что уже использовал его сегодня, когда убивал Инь Цзе?
Мне оставалось лишь принять суровую действительность. Всё, что я успел сделать, так это подставить под удар наручи. На остальное времени уже не хватило. Теперь лишь металл из другого мира отделял меня от лезвия кровавого клинка императора.
Пылая кровавой дымкой, лезвие прорвало все восстановившиеся за это время «защитные покровы». Резкий звон стали, искры и меня буквально выстрелило прочь, как из пушки. Я превратился в живую пулю, несущуюся к земле, вращаясь и теряя ориентацию в пространстве.
Удивительно, но самого момента удара я почти не почувствовал. Дар кабанчика в очередной раз спас мою шкуру, поглотив весь урон от атаки и отразив её в обратную сторону. А вот сам полёт… Это совсем другое дело…
На этот раз я ощутил все прелести жизни без «защитных покровов». Воздух буквально рвал уши, ветер полосовал лицо, и я чувствовал, как всё внутри смещается от перегрузки.
Только чудом успел нырнуть в изнанку, чтобы хоть немного сократить урон от столкновения. Но даже это не спасло полностью. Я влетел в разбитое окно ближайшего дома, оказавшегося на моём пути, пробил телом каменный пол, вылетел через противоположную стену и продолжил падение. Внизу меня встретил массивный фонарный столб, который согнулся от удара, но хоть немного смягчил моё приземление.
В финале выступления я вмазался в каменную мостовую. Повезло, что не лицом, но и этого хватило, чтобы окончательно отключиться…
(Неизвестный мир)
— Думаешь, мы справимся? — спросила Ядвига, не отрывая взгляда от радужного пробоя, из которого продолжали вываливаться всё новые и новые твари.
— А у нас есть другой выход? — усмехнулся Антон, не сводя взгляда с девушки. — К тому же мы теперь не одни.
Он бросил взгляд на десяток осквернителей, переминавшихся с лапы на лапу в нетерпении. Они уже почуяли свежую добычу и буквально изнывали от желания впиться в их тела острыми зубами.
За последние подношения Скверна оказалась особенно щедра — разродилась сразу десятком новых цветков, каждый из которых подарил этому миру по осквернителю. Теперь у Антона была целая маленькая армия, способная навести шороху на всём острове.
Весьма вовремя, потому что прямо сейчас решался крайне важный вопрос, кто станет хозяином острова до следующего появления пробоя.
Предыдущих хозяев уже всех перебили туземцы, да и они с Ядвигой тоже приложили к этому много усилий. Но теперь, когда и сами туземцы сгинули в зыбучих песках, на радость Скверны, им придётся отбивать атаки тварей самостоятельно.
Твари, лезшие из другого мира, были не просто опасны — они вызывали крайне неприятные ощущения. Их образ словно выдернули из самых гнилых и дурных снов. Кожа — сухая, но бугристая, тянулась по телу, как пергамент, натянутый на грубые костяные дуги. Передвигались они осторожно, пружинисто, на длинных ногах с зазубринами, и время от времени резко замирали, словно выискивали очередную жертву поблизости.
Передние конечности были тоньше задних, но каждая заканчивалась огромными изогнутыми когтями, которые явно предназначались для того, чтобы вцепиться в плоть, вырвать из неё кусок и затащить в хлюпающую, влажно поблёскивающую пасть.
— Какие же они мерзкие… — поморщившись, сказала Ядвига, чуть прикрывая лицо рукой, словно это могло защитить её от вида твари.
— Соберись, — Антон посмотрел на княжну строгим, жёстким взглядом. — Их становится всё больше. Если мы не ударим сейчас, завтра сами окажемся в их желудках.
Обладая ментальной связью сразу со всеми осквернителями, Антон послал чёткий приказ: атаковать ближайшую тварь, что уже успела углубиться в джунгли. Это давало шанс, что остальные даже не заметят потери бойца.
Так и вышло. Из изнанки бесшумно выскочили трое осквернителей и, почти синхронно, проткнули жертву в трёх местах. Мощные, заострённые лапы с хрустом вошли в тело, прибив его к земле. Шансов вырваться у твари не было.
— Первая пошла… — довольно пробурчал Антон, потирая свои лапки.
Это были именно лапки, без какого-либо намёка на руки. Он как был слизняком, так
