Читаем без скачивания Одинокий голубь - Макмуртри (Макмертри) Лэрри Джефф

Мистер Гас отрицательно покачал головой.

— Боливар ничем не поможет пьяному в стельку человеку, — сказал он. — Калл зря снял вас, парней, с работы. Сиди Диш на дне того колодца, не возникло бы у него искушения напиться.

— Рыба так быстро не пьет, как этот парень, — добавил Джейк. — Если рыба вообще пьет.

— Они не пьют того, что пил он, — рассудил Август. Он прекрасно знал, что Диш безнадежно влюблен и таким образом попытался заглушить свои душевные муки.

— Надеюсь, капитан его не увидит, — проговорил Ньют. Капитан терпеть не мог выпивку, разве только если пили по вечерам и в меру.

Не успел он произнести эти слова, как из дома вышел капитан и направился к ним. Диш все еще стоял на четвереньках. Примерно в этот же момент Боливар принялся колотить ломом по колоколу, хотя обычное время для ужина еще не наступило. По-видимому, свои действия он с капитаном не согласовал, поскольку тот раздраженно обернулся. Блямканье железа по железу не улучшило состояния Диша, он снова стал подражать корове в болоте.

Джейк посмотрел на Августа.

— Калл может его уволить, — заметил он. — Не могли бы мы как-нибудь за него заступиться?

— Диш Боггетт — первоклассный работник, — возразил Август. — Он сам может за себя постоять.

Калл приблизился и посмотрел на несчастного ковбоя, которого все еще рвало.

— Что с ним случилось? — спросил он, нахмурившись.

— Меня там не было, — ответил Август. — Может, он кусок колючей проволоки проглотил?

Диш тем временем услышал новый голос и, повернув голову, увидел, что капитан присоединился к зрителям. Именно этого он и не переставал страшиться, как бы плохо ему ни было. Он не помнил, что произошло в салуне, кроме того, что он много пел, но даже в пьяном беспамятстве Диш сознавал, что за все придется ответить перед капитаном Каллом. В какой-то момент он перестал видеть Лорену, забыл, что любит ее, забыл даже, что она сидит напротив вместе с Джейком, но он никогда не забывал окончательно, что в эту ночь он должен ехать вместе с капитаном Каллом. Он мысленно представлял, как они едут, даже когда пел и пил, и теперь капитан пришел, и пора отправляться в путь. Диш не знал, хватит ли у него сил встать и тем более сесть на лошадь, не говоря уже о том, чтобы удержаться на ней и гнать скот, но он понимал, что речь идет о его репутации, и, если он не попытается, — позор ему на веки вечные. Желудок у него еще не совсем успокоился, но ему удалось сделать несколько глубоких вздохов и встать на ноги. Он хотел было подняться на берег как ни в чем не бывало, но ноги подогнулись, и, упав на колени, он пополз наверх на четвереньках, что совсем привело его в смущение, поскольку берег был пологий и не выше трех футов.

Подойдя поближе к молодому ковбою, Калл почувствовал запах виски и понял, что мальчишка пьян в стельку. Он меньше всего этого ожидал, и его первым побуждением было немедленно его уволить и отправить назад к Шанхаю Пирсу, который более терпимо относился к любителям приложиться к бутылке. Но едва он открыл рот, как заметил, что Гас и Джейк усмехаются и переглядываются, как будто все это всего лишь остроумная шутка. Для них наверняка так оно и было — шутки интересовали их куда больше, чем серьезное дело. Но поскольку они так уж рьяно веселились именно в этом случае, Калл сообразил, что, скорее всего, они как-то одурачили и напоили парня, и, следовательно, это не полностью его вина. Эти две хитрые лисы вместе становились еще невыносимее. На них похоже — сыграть такую шутку в самое неподходящее время. Они постоянно так делали в те годы, когда были рейнджерами.

Диш тем временем добрался до верха и с трудом встал на ноги. Когда он выпрямился, голова на мгновение прояснилась, и он возрадовался — может, он уже протрезвел. Но секундой позже все надежды улетучились. Он было направился к выгону, чтобы оседлать лошадь, споткнулся о корень мескитового дерева, тянущийся в пыли, и упал прямо вниз лицом.

Ньют уже тоже было возрадовался, когда Диш встал, и ужасно смутился, когда его приятель растянулся в пыли. Он все еще недоумевал, как это Диш умудрился так напиться за столь короткое время и зачем он это сделал, особенно если впереди такая ответственная ночь. Боливар все еще колотил ломом, и это мешало думать.

Незнакомый с привычками Боливара Джейк досадливо поморщился, поскольку грохот не умолкал.

— Кто разрешает старику устраивать такой бедлам? — спросил он. — Почему никто его не пристрелит?

— Если мы его пристрелим, готовить придется Гасу, — объяснил Калл. — Тогда нам придется жрать трепотню или подохнуть с голоду.

— Слушать меня — еще не самое худшее, — заметил Август.

Диш Боггетт снова поднялся. Он оглядывался вокруг остекленевшим взглядом и передвигался с такой осторожностью, будто боялся, что если упадет, то разобьется вдребезги.

— Что с тобой случилось? — спросил Калл.

— Да, капитан, я, право, не знаю…

— Почему не знаешь?

— Не помню…

— Да ладно, — вмешался Август, — он будет в порядке. Ему просто хотелось выяснить, как быстро он сможет вылакать две бутылки виски.

— Кто его в это втравил? — спросил Калл.

— Не я, — отозвался Август.

— И не я, — усмехнулся Джейк. — Я только предложил ему поискать воронку для слива. Если бы у него была воронка, он с этими бутылками расправился бы куда быстрее.

— Я могу ехать, капитан, — заверил Диш. — Как сяду на лошадь, все сразу пройдет.

— Надеюсь, что так, — заметил Калл. — Я не стану держать у себя человека, который не справляется со своей работой.

Боливар все еще барабанил в колокол, что окончательно вывело Джейка из себя.

— Черт, если сегодня Четвертое июля, то я займусь своим собственным салютом, — сказал он, вытаскивая пистолет. Никто и слова вымолвить не успел, а он уже сделал три выстрела в направлении дома. Блямканье продолжалось, как будто никто не стрелял, но Ньют был поражен. Ему казалось, что, хоть Боливар и вправду очень шумит, так неосторожно действовать нельзя.

— Если тебе столь не терпится нажать на спусковой крючок, — промолвил Август, — ничего нет удивительного, что ты в бегах. Если ты хотел покончить с этим шумом, то достаточно было бы вмазать ему кирпичом по башке.

— Зачем ходить, когда можно выстрелить? — снова усмехнулся Джейк.

Калл промолчал. Он успел заметить, что Джейк стрелял достаточно высоко, чтобы не подвергать повара никакой опасности. Вполне характерно для Джейка — хочет казаться хуже, чем он есть на самом деле.

— Если хотите поесть, лучше поторопитесь, — сообщил он. — На закате выезжаем.

После ужина Джейк и Август вышли наружу покурить и поплеваться. Диш сидел на печке, потягивая черный кофе и одной рукой сжимая висок, — он болел так, будто кто-то врезал по нему небольшим топориком. Дитц и Ньют отправились в загоны за лошадьми. Ньют остро сознавал, что из всех он — единственный, кто не вооружен. У Дитца на бедре болтался огромный кольт размером с окорок, который он прицеплял только тогда, когда собирался в набег, потому что даже Дитцу недостало бы сил таскать его весь день на себе.

Капитан пришел в загон раньше них, поскольку оседлать Чертову Суку было делом непростым. Он как раз привязывал ее к столбу, когда подошли Дитц и Ньют. Когда Ньют вошел в сарай, чтобы взять веревку, капитан повернулся и протянул ему пистолет в кобуре и с ремнем.

— Лучше пусть он будет и не понадобится, чем понадобится, а его у тебя не будет, — добавил он несколько торжественно.

Ньют взял пистолет и вытащил его из кобуры. Оружие слегка пахло маслом, по-видимому, капитан его недавно смазывал. Разумеется, Ньют не впервые держал в руках пистолет. Мистер Гас основательно занимался с ним стрельбой и хвалил за успехи. Но просто держать пистолет в руках и иметь его в своем полном распоряжении — вещи совершенно разные. Он повернул барабан кольта и прислушался к тихим, четким щелчкам. Рукоятка удобная, ствол прохладный и синеватый; кобура немного отдавала лошадиным потом. Ньют снова вложил пистолет в кобуру, надел и застегнул ремень и сразу почувствовал плотную тяжесть пистолета у себя на бедре. Когда он вышел в загон, чтобы поймать лошадь, то впервые почувствовал себя совершенно взрослым. Солнце склонялось к западному горизонту, ночные ястребы слетались к каменному резервуару, который Дитц и капитан соорудили много лет назад. Дитц уже поймал лошадь мистера Гаса, большую надежную гнедую по кличке Глиняный Куличик, и ловил коня для себя. Ньют приготовил лассо и с первого броска заарканил своего любимца, серовато-коричневого мерина, которого он звал Мышью. Ему показалось, что с пистолетом у бедра он даже лассо лучше бросает.