и твори. А организационные вопросы оставь мне.
— Окей.
Я поджала губы и отвернулась обратно к экрану. Бездумно проскроллила свой файл с идеями, цепляясь взглядом то за одно слово, то за другое. Но с таким сумбуром в душе никаких дельных мыслей меня не посещало.
Чайник щелкнул, прекращая шуметь, но Ник не пошел на кухню. Он стоял в дверях, сверля меня пристальным взглядом, но я усиленно делала вид, что мне все равно.
— Ариадна.
Я мотнула головой. Мол, все в порядке, работаю.
Ник вздохнул и подошел к креслу. Наклонился ко мне, оперевшись на подлокотник.
— Ты знаешь, как я к тебе отношусь, — сказал он спокойно. От его дыхания колыхнулась прядь на виске.
— Как? — спросила я, не поворачиваясь, но изображать бурную деятельность прекратила.
— Очень хорошо, — сказал Ник, поддевая эту прядь и накручивая на палец. — Очень.
— Да?
— Да. Считаю тебя невероятно талантливой. Очень красивой. Притягательной даже…
Неожиданные мягкие, бархатные нотки в его голосе на последних словах заставили меня обернуться. Я сглотнула насухую, встретив его пристальный взгляд темных глаз. Неотрывный и слишком внимательный для банального комплимента, чтобы мотивировать сотрудника.
— И верю, что у нас все получится… — Ник понизил голос, а его пальцы скользнули по моей щеке мимолетной лаской. — В том числе и благодаря тебе. Ты дар богов, Ариадна.
Я разлепила ссохшиеся губы, чтобы возразить — или хотя бы указать на то, что он находится непозволительно близко. И Ник воспользовался этим, чтобы склониться еще ниже и прикоснуться к ним своими губами — горячими и сухими.
Глава двадцать восьмая. Ираида не хочет вина
В поцелуе Ника не было страсти. Он был техничным, очень выверенным, словно сконструированным на фабрике стандартных поцелуев. Ни лишних слюней, ни резких укусов, ни жадности и поглощения. Придраться не к чему.
Он не зажигал безумным голодом, хоть и был приятен. Поэтому мне легко оказалось разорвать контакт губ и, положив ладони Нику на грудь, отстранить его.
— Ты уже свободен? — дыхание все-таки сбилось и прозвучало это чуть более страстно, чем я хотела.
— Для чего? — переспросил он, не отрывая взгляда от моих губ. Под ладонями ускорялся сердечный бит — кажется, Ника все-таки зацепило.
— Для того, что сейчас происходит.
Он не ответил. Темные глаза скользили по моему лицу, обрисовывая его черты — скулы, губы, подбородок, губы, кончик носа, снова скулы — не поднимаясь к глазам, лихорадочно и нервно.
Его пальцы вновь коснулись моей щеки.
Ник молчал, но взгляд все чаще возвращался к моим губам. Когда я не выдержала и слизнула с них сухую корку, он прикипел к ним и больше не двигался.
— Тебе не скучно тут одной торчать? — голос у Ника был спокойный, просто чуть хрипловатый. — Хочешь, сходим куда-нибудь? В ресторан?
— Мне работать надо, — отмахнулась я машинально, используя самую частую причину, подвешенную на кончике языка уже несколько лет.
— Уже не надо, — усмехнулся Ник, его губы изогнулись в странной улыбке.
И я осознала, что тоже смотрю на них, как он — на мои.
Отшатнулась, отодвинулась в сторону, выставив локоть, чтобы нельзя было сократить дистанцию. Но он и не пытался.
— Как партнеры, Ариадна. Деловой ужин, — с усмешкой сказал Ник и уточнил: — С вином.
От его внимания не укрылось то, что я в одиночку выпила оставленную им бутылку, наполненную воспоминаниями о ночи, которая больше не повторится.
Я не представляла, как можно сейчас разойтись без потерь и сделать вид, что этого поцелуя не было. Наверное, выйти с ним из закрытой квартиры — и правда безопаснее.
— Давай, — сказала я сипло, откашлялась и облизнула губы. Дернулась, представляя, как это выглядело. — Давай, только недалеко.
— Тут прямо за углом есть итальянский ресторанчик, — Ник встал с подлокотника и захлопнул крышку моего ноутбука. — Там отличная лазанья и великолепный кофе.
Собираясь, я старалась побыстрее переодеться в ванной в более-менее приличное платье, накраситься и изобразить из два дня не мытых волос приличную прическу — и не думать о том, откуда Нику так хорошо знакомо меню этого ресторана и сколько девушек до меня он туда водил.
К счастью, когда мы добрались до этого довольно уютного местечка с настоящими клетчатыми скатертями, как в Риме, никто не стал задавать Нику вопросов вроде: «Как обычно?»
Равнодушное гостеприимство, тренированные улыбки, отработанное приветствие — это было в самый раз, без лишней теплоты, которая меня бы насторожила.
Лазанья так лазанья. Я не стала долго рассматривать меню. Ник тоже — заказав себе орзо и нам — вино с длинным сложным названием, которое он произнес без запинки.
— Кстати, я давно собирался кое-что с тобой обсудить, — начал Ник, когда нам разлили вино по бокалам и мы чокнулись, обойдясь вместо тоста легкомысленным «чин-чин».
Я не успела сделать ни глотка, лишь смочила губы. Вино казалось слишком легким, будто разбавленным, совсем не пахло ни терпкостью, ни зеленью винограда. Наверное, это был какой-то другой сорт, но я совершенно не разбираюсь в вине.
— Я же обещал тебе долю в нашем проекте? — продолжил Ник, не дожидаясь моей реакции. — Как ты смотришь на 10 %?
— А у тебя сколько? — заинтересовалась я, что-то смутно вспоминая. Долю? От шкуры неубитого медведя?
— У меня сорок. Было пятьдесят, но я решил поделиться с тобой, — Ник спокойно отпил свое вино и с аппетитом приступил к основному блюду. — Потому что я верю в твой талант и уверен, что именно твои идеи приведут нас к успеху.
— С чего это вдруг? — удивилась я. — Столько лет я работала скромной переводчицей, мне даже премии только годовые платили, а тут вдруг такие комплименты.
Он усмехнулся и потер щеку, на которой к вечеру уже начала пробиваться сизоватая щетина.
— Ты думаешь, обычно переводчикам дают столько свободы в изменении контента, Ариадна? Все были согласны, что ты — уникальный сотрудник с великолепной фантазией. Марк не мог на тебя нарадоваться и тоже оценил твою работу.
— Это для меня сюрприз… — я все-таки отпила вина, которое так и казалось разбавленным согласно канонам древних греков. Они говорили, что Вакху хорошо в обнимку с тремя нимфами и разбавляли его водой один к трем. Но Ник пил то же самое и не жаловался. Значит, это со мной было что-то не так.
Ник вообще-то не похож на тех мечтателей, что делают свои игры годами в свободное от работы время и даже выпускают их в «Стиме», собирая донаты на продолжение работы. Но так и не заканчивают никогда свои гениальные проекты.
Да, бывает, что такие
