значительно возвысилось. Из Полтавы Петр, через Киев, поехал в Польшу, а затем заграницу. По пути его приветствовали представители короля прусского, короля датского и Августа II. В Варшаве сенаторы устроили ему торжественную встречу. В Копенгагене царь выразил свою радость Вас. Лук. Долгорукову, находя, что победой народу доставлена слава, а миру показано, что русские научились вести войну. Царь почувствовал себя хозяином положения, и ясно было, что он мог принять «большое участие в общих Европейских делах». Положение его в Европе сделалось «консидерабельным» или знатным.
Шведский воин времен Карла XII
Профес. Брикнер отмечает, что «тот же самый Лейбниц, который выражал желание, чтобы Карл царил от Москвы до Амура, писал теперь, что полтавская победа навсегда останется памятной и поучительной для грядущих поколений». «Он полагает, что Царь обрел общее уважение, сосредоточит на себе внимание всех и станет играть большую роль в политике. Трудно поверить, — добавляет Лейбниц, — как удивит всех «переворот на севере». Лейбниц приписал полтавскую победу внутренним преобразованиям Царя. Англичанин Дасон Перри подробно описывает те последствия, которые могли произойти, если бы не Петр, а Карл XII был победителем при Полтаве; он не сомневается, что во всем государстве ненависть против Петра возгорелась бы ярким пламенем, вспыхнуло бы общее восстание, и наступила бы общая реакция. Но так как победа осталась за Петром, то дальнейший ход преобразований был обеспечен. «Вольтер называет полтавскую битву единственной во всемирной истории, которая не разрушала, а созидала, которая обеспечила благополучие человечества и приобщила культуре столь значительную часть земного шара».
Полтаву Петр всегда помнил и ценил. По прошествии десяти лет, французский резидент Лави указывает на тост Петра, в котором было выражено желание, чтобы 1719 год был столь же знаменателен, как 1709 г.
Во время своей знаменитой поездки на юг России Екатерина II посетила поле полтавского боя. «Вот от чего зависит судьба государств, — сказала она окружавшим, — один день решает ее! Без той ошибки, которую сделали шведы, господа, мы не были бы здесь». Да, «здесь решен был вопрос веков».
Под Полтавой Петр проявил себя замечательным полководцем. Он был сторонником решительных действий, но неудача под Нарвой заставила его свернуть в сторону осторожности. Нарвский урок не пропал даром, шведы научили Петра воевать, и кампания 1708/9 г. представляет с этой стороны гармоническое сочетание решительности с осторожностью. Веденная тогда кампания являлась борьбой двух стратегий — методической и авантюристической. Успех в последней возможен; он и сопровождал некоторое время Карла XII; но успех этот непрочен, что и доказала Полтава. Петр шел к своей цели разумно и искусно. «В летописях не обретается примера к толикому величию духа, к толикому мужеству, ни толикой прозорливости и мудрости, какою сиял порфироносный наперсник земли и неба, Петр Великий», как писал барон Голберг в 1788 году.
Петр I и Карл XII определяют собой содержание целой эпохи на севере. Личные качества того и другого имели огромное влияние на весь ход борьбы; только упрямство Карла и настойчивость Петра в состоянии были продлить войну на 20 лет. Карл XII — легендарный герой и крайне оригинальная личность. Высокого роста, хорошего сложения, с открытым челом. Темно-васильковый кафтан, вечно застегнутый на пуговицы желтой меди, лосинные рейтузы, вместо галстука — кусок черного крепа.
Драбанты Карла XII
Никаких галунов, никакого шитья. Светло-русые волосы расчесываются пальцами. Рубашка грязна, вообще король довольно нечистоплотен. Манеры деревенские. Трудолюбив и набожен. Вот быстро. Стол самый простой, сервиз из жести или цинка. Он не поклонник ни вина, ни женщин. Любовь, говорил он, испортила многих героев. Дворцам предпочитал крестьянские избы. Спал на матраце, другой конец которого заменял одеяло. Но и эта роскошь оставлена и заменена соломой, а иногда просто ельником. У изголовья неизменно красивая позолоченная библия. Вскакивая на оседланную лошадь, мчится со страшной быстротой, более 60 верст в день.
Ночью незамеченный, вышел он из дворца к армии, которую повел в Данию. Разбивает врага. Переправляется в Россию и устраивает страшный нарвский погром. Освобождает Ригу, наносит поражение Августу II. Торжествует еще длинный ряд побед. Его имя гремит в Европе. Он проносится блестящим метеором по Польше и Саксонии. Август унижен и низложен. В течение 10 лет Карл участвовал в сотне сражений. Долго не знал он неудачи и поражения. У него явилась какая-то слепая вера в себя, которая его потом и погубила. Всюду он ищет опасностей, рыцарских приключений, рукопашных схваток. Он, прежде всего, неустрашимый воин. Всюду он в огне, с оружием в руках. Его меч многократно обагрялся кровью. Идет русский отряд. «Не повозиться ли нам с ним?», — спрашивает генерал короля, и у Карла загораются глаза воинственным блеском. Через несколько минут король среди сечи, вокруг него валятся люди, под ним убита лошадь, он спасается от опасности лишь благодаря случайно окутавшему его дыму. Карл был викинг с головы до ног. Очертя голову он бросался в самые рискованные предприятия и не отступал ни перед каким врагом. Он полон варяжской спеси. Он не только викинг, но последний славный представитель этих героев.
В истории войн Карл XII приобрел себе очень громкое имя, однако в его стратегических способностях и дарованиях полководца тем не менее позволительно сомневаться. Он — король-солдат, воодушевленный жаждой воинственных подвигов. Он лично обладал всеми качествами воина и об его отваге не может существовать различных мнений, но его талант полководца приходится отвергнуть. Он не имел способности приспособлять свои действия к обстоятельствам, обсудить вперед возможные последствия. Он действовал без общего строго-обдуманного плана; он был слишком нетерпелив и упрям; он пренебрегал условиями продовольствия и временем, а также свойствами неприятельской страны. «В бою Карл распоряжался превосходно», но он не обладал той прозорливостью, предвидением событий, коими наделены бывают великие полководцы. Его верный глаз, быстрая сообразительность и безграничное мужество выручали его на поле брани, в минуты горячих схваток, но и только.
Карл XII
В бою, по его понятиям, король должен находиться впереди всех. Этого правила держался он и в шахматной игре, почему, естественно, проигрывал. В указанном воззрении надо искать объяснения, почему Карл, проведя все свое время в войнах, не создал «военных апостолов», подобно тому, как гений Густава II Адольфа создал прочную военную школу, плеяду даровитых генералов и дал благородное основание дисциплине. «Могущество Карла было исключительно личным и оно поблекло вместе с ним».
У Карла отсутствовало понимание истинных целей войны. Он смотрел
