class="p1">Я видела, что он что-то хочет сказать, едва сдерживаясь. Мне показалось, что ляпни он сейчас что угодно, даже комплимент – это непременно бы вызвало очередной взрыв между нами. И едва он открыл рот, как поморщился и схватился за раненную руку. Пятно на белой ткани успело побагроветь.
– Больно? – меня вдруг кольнула совесть.
– Царапина.
– Дай посмотреть, – я потянулась к нему и неуклюже схватилась за его предплечье, тем самым вызвав у Алекса хриплый стон.
– Прости-прости! – в испуге зашептала я.
– Просто. Не трогай. Меня. – Алекс вырвался и ускорил шаг.
Несколько голов повернулось в нашу сторону. Кто-то с любопытством, а кто-то с испугом поглядывал на кровь на рубашке, которое успело разлиться крупным пятном. Но Алекс будто этого не замечал, продолжая быстро идти вперёд.
– Ты кровью привлекаешь внимание.
– Предпочитаешь, чтобы я снял рубашку и сверкал голым торсом? Да, так я точно сольюсь с толпой.
Зачем он это сказал? Перед глазами снова возник образ его обнажённого тела в каплях воды. Меня даже бросило в жар.
– Нет, – ответила я, не веря самой себе. Я бы определённо была бы не против ещё раз взглянуть на него без рубашки… хотя бы чисто с эстетической стороны.
– О, извини, забыл, что тебя привлекают только престарелые и обвисшие телеса.
– Неправда! – вспылила я. – Все мужчины, с которыми я встречалась, поддерживали себя в хорошей форме. И даже Павел мог… мог служить примером.
– Давай я поверю тебе на слово, – отмахнулся Алекс. – Даже слушать не хочу.
– И… и если ты думаешь, что меня привлекают мужчины гораздо старше меня, то тут ты ошибаешься. Я встречалась не только с теми, кто годился мне в отцы.
Боже, как это жалко прозвучало из моих уст. Зачем я вообще оправдывалась перед ним?
– Всё, стоп, даже слушать не хочу, кто и сколько мужиков побывало у тебя в постели. Я не твоя подружка.
В его голосе я уловила явное раздражение, но меня снова несло. Остановиться я уже не могла.
– Осуждаешь меня? Конечно, осуждаешь. Ты уже дал мне это понять. Но к твоему сведению я не из тех, кто готов лечь в постель с любым, у кого есть крупный счёт в банке. Может, я и произвожу впечатление неразборчивой как ты выразился девки…
– Я всё это прекрасно знаю.
–… но у меня в жизни было всего шесть мужчин. – Я остановилась. – Что ты сказал?
Алекс повернулся ко мне.
– Ты себя вообще слышишь? Бежишь за мной и оправдываешься, будто мне есть до этого дело. Да спи ты с кем хочешь, меня это никак не касается, как и моя личная жизнь не должна касаться тебя. Да только в отличие от тебя, я прекрасно знаю, кто ты такая, – он стал загибать пальцы. – Откуда ты, сколько тебе лет, где училась, работала, настоящий цвет волос… Шесть мужчин? Значит, с пятью из них ты точно встречалась за деньги. Я это знаю, Павел это знал, вся его охрана и персонал в курсе.
– Откуда ты…
– Узнал? Встречаясь с богатыми и влиятельными мужчинами, надо быть готовой к тому, что на тебя тут же будет составлена папка со всей твоей подноготной.
Я замерла, чувствуя, как дрожит подбородок. Отчего-то слова, брошенные Алексом, были гораздо более обидными, чем подслушанный разговор в бутике. Он говорил мне открыто, в глаза, совершенно не задумываясь о моих чувствах, но в его голосе не было издёвки или злости. Он словно отчитывал меня – строго, но по факту.
– Осуждаю? – он навис надо мной. – Я не… я не могу понять.
Я часто заморгала, сдерживая прорывающиеся слёзы, но не смогла вымолвить ни слова в свою защиту.
– Так, только не реви, – Алекс выглядел растерянным.
Если обычно он всего лишь выводил меня из себя, то теперь именно он, именно его слова стали причиной моих слёз. Но ни одна из слезинок не пролилась. Нет, он не увидит моего поражения. Пусть его слова били крепче пощёчин, но я ни за что не покажу ему свою слабость.
Я крепко стиснула зубы, втянула носом воздух и тряхнула головой.
– Просто показывай дорогу, – процедила я, стараясь избегать его взгляда, и заметила, как Алекс судорожно вздохнул. Не дождавшись, я сама двинулась вперёд, не разбирая дороги. Просто шла вдоль тротуара, не удосуживаясь уступать идущим навстречу людям. Я чувствовала, что мой водитель следует за мной шаг в шаг, и пару минут спустя услышала возле уха его голос:
– Нам нужно было свернуть направо на прошлом перекрёстке.
И не успела я опомниться, как была подхвачена за руку. Он властно сжал мою ладонь и повёл сквозь толпу. Я поначалу думала заартачиться и вырваться. Что я, маленькая, в самом деле, чтобы меня вести за ручку? Но с каждой секундой ловила себя на мысли, что крепче держусь за тёплую ладонь и послушно следую за ним.
Обида вперемешку с гневом всё ещё клокотали во мне. Но я не могла понять, отчего весь этот негатив направлен не на того, кто говорил обидные слова. Я злилась на себя! Бравировала, что в жизни спала не со всеми подряд, а только с шестью мужчинами… Да как меня не вырвало только от такой «гордости»? Нашла, чем козырять. Нормальные женщины могут гордиться тем, что они сделали сами себя, что превратили свои мечты в реальность, встретили хорошего мужчину и создали с ним крепкую семью…
А чем ты, Аня, можешь похвастаться? Где потерялась твоя мечта? Может, она утонула на дне коробки из-под туфель из ЦУМа? Или затесалась среди вешалок дизайнерской одежды? Да нет, ты предала её, выбросила и заменила.
Хватит себя оправдывать и казаться более благочестивой, чем есть на самом деле. Содержанка – та же проститутка, только клиент у неё обычно один и хорошо платит. С чего я взяла, что в таком большом городе как Москва смогу засунуть свои тайны под ковёр? Люди, что меня окружали – подруги, консультанты в магазинах, охрана, обслуга и уж тем более спонсоры – знали обо мне почти всё и считали меня той, кем я по сути являлась. Даже водитель знал обо мне больше, чем моя собственная мать. Ну ничего, недолго ей осталось быть в неведении.
Мы ещё несколько минут шли бодрым шагом, пока не вышли к набережной, вдоль которой раскинулась широкая дорога. Мимо нас проносились машины и Алекс, подойдя к самому бордюру, поднял ладонь с оттопыренным большим пальцем, пытаясь остановить хоть кого-то. Я заметила, как непросто ему держать руку вытянутой. Он каждый раз морщился и стискивал предплечье. Побагровевшее пятно непременно
