заметное поглаживание. Он хотел было что-то сказать, но его прервал визг тормозов.
Возле изувеченной машины остановился чёрный автомобиль, из которого вышел наш преследователь. Его глаза безошибочно определили наше местоположение, будто он издали заприметил нас.
– Бежим! – Алекс снова ухватил мою ладонь и бросился прочь. Он бежал так быстро, держа за руку, что, казалось, мои ноги даже не касаются земли. Я буквально летела за ним. Он отпихивал зазевавшихся прохожих, освобождая нам дорогу, пока мы за очередным поворотом не вбежали в тупик на узкой улочке.
Всё тело и без того ныло, а быстрый бег изнурил окончательно. Мы оглядывались, тяжело дыша – бежать было некуда.
– Сюда! – Он потянул меня в небольшой ресторанчик, приютившийся в этих стенах. Мы пробежали через зал прямиком в подсобные помещения, где на глазах удивлённых поваров проскользнули через кухню и чёрный ход в проулок. За нашими спинами послышались возмущённые крики. Не останавливаясь, я бросила взгляд назад, чтобы увидеть, как из дверей показался всё тот же темноволосый. В его руках был зажат пистолет.
Мы едва успели завернуть за угол, выбежав на широкую улицу, как стена взорвалась осколками.
Не знаю, откуда только появилось второе дыхание. Видно, страх быть застреленной придавал немалых сил, но мы скользили сквозь толпу туристов и местных жителей, прогуливающихся по улицам. Алекс пёр как танк, расчищая путь, при этом крепко держа меня за руку, и единственной моей мыслью было «Только не отпускай!»
Он потянул меня вправо, закинув в маленький магазинчик, наполненный винтажной одеждой, протащил к примерочной и задёрнул штору, как только мы оказались внутри. Я тяжело опустилась на сиденье. Дыхание сбилось, и я с трудом могла отдышаться.
Алекс отодвинул шторку так, чтобы не быть замеченным, если это было вообще возможно – помещение было под завязку захламлено вешалками и полками. Я смотрела на него в ожидании, что он снова прикажет бежать. На его лбу выступил пот, между бровей пролегла морщинка, губы плотно сжаты, а взгляд сосредоточен. Кто бы сказал, что ещё несколько минут назад он свалился в обморок, как кисейная барышня?
Прошла минута, другая. Дыхание постепенно восстановилось, а я не отводила взгляда от своего водителя. Не может всё так кончиться! Я каждую секунду ожидала, что дверь распахнётся, и наш преследователь ворвётся внутрь и проделает в нас пару дырок. Но время неумолимо шло вперёд, а в магазинчике было по-прежнему тихо. Никто не выходил и не заходил. Казалось, даже продавца нет на месте.
– Сиди здесь, – Алекс отдёрнул шторку и вышел из примерочной. Надо же, как легко было исполнять его приказания, когда дело касалось жизни и смерти. Отчего-то я беспрекословно следовала всему, что бы он ни говорил, будто чувствовала – он знает, что делать.
Да и был ли вообще у меня выбор?
Он медленно прошёл через зал, приоткрыл входную дверь и аккуратно выглянул на улицу, простояв в проёме около минуты. Я с замиранием наблюдала за ним, пытаясь по его лицу определить, угрожает ли нам ещё что-то. Но его лицо разгладилось, и он с шумом выдохнул.
– Вроде пронесло, – он захлопнул дверь и провёл рукой по волосам. Я решилась выглянуть из своего укрытия и оглядела помещение. Престарелая дама за кассой, одетая в аляповатую явно вышедшую из моды одежду, внимательно окинула нас взглядом, но, посчитав нас не стоящими её внимания, уткнулась в журнал.
– Чёрт, Аня, во что ты нас впутала?
– По-твоему, мне лучше было остаться на яхте и быть застреленной как Павел? – возмутилась я.
Меня передёрнуло от холодного взгляда, которым Алекс меня смерил.
– Не твоей ли идеей было поехать за Павлом?
– Откуда тебе знать?
– «Откуда тебе знать?» – писклявым голосом сгримасничал он. – «Анечке хочется то, Анечке хочется это. Анечка захотела погреться на пляже!» Чего тебе в Москве не сиделось?
– Значит, по-твоему я виновата в том, что Павла убили? Может, обвинишь меня сразу в том, что я всё и затеяла. Может, я всё выдумала и сама застрелила его?
Престарелая дама даже отложила журнал, наблюдая как мы препираемся. Клянусь, что в тот момент в её взгляде заметила неподдельный интерес, будто перед ней разыгрывалась самая настоящая мыльная опера.
– Я этого не говорил! Но на твоём месте был бы поаккуратней с такими заявлениями.
– А то что? Сдашь меня тем копам? Так мог бы ещё на пирсе приволочь меня к ним за руку и торжественно вручить. Не сомневаюсь, получил бы от них заслуженную звёздочку!
Лицо Алекса полыхало гневом. Я видела, как он едва сдерживается, как стиснуты его зубы, а кулаки крепко сжаты. Но его слова были не только обидными, но и несправедливыми. Откуда мне было знать, что обычный отдых окончится убийством?
Я с достоинством выдержала его взгляд и как только мне показалось, что он дрогнул, снова ополчилась:
– Жалеешь, что лишился хорошей работы? Так ничего, найдёшь себе другую – водители всегда нужны, а в крайнем случае вернёшься к истокам, в такси. Могу, если что, написать рекомендацию.
Он нервно хохотнул, закатив глаза.
– Чёрт, да ты вообще теперь не моя забота! А вместо этого я помогаю тебе спастись, в ответ получая только издёвки и ноль благодарности. Я не нанимался обслуживать капризную меркантильную девку.
В следующий миг моя ладонь обрушилась на его лицо, отвесив звонкую пощёчину. Дама за прилавком охнула и вскинула руки. Алекс отпрянул, держась за щёку. Выглядел он ошарашенным, явно не ожидая от меня такого.
В этот раз пощёчина показалась мне сладкой расплатой.
– Благодарю, что спас капризную меркантильную девку, – последнее слово я гневно выплюнула ему в лицо и развернувшись, распахнула дверь.
– Куда ты собралась? – раздалось за спиной.
Я оглянулась, надеясь, что ярость в моих глазах прожжёт в нём дыру.
– Разберусь без тебя, – и выйдя на улицу, хлопнула дверью.
Глава 10
Не хочу больше видеть этого человека, пропади он пропадом!
Теперь, когда Павла не стало, Алекс перестал прятаться за показной воспитанностью и высказал мне в глаза то, кем он меня считает на самом деле.
Меркантильной капризной девкой!
Девкой!
Какой смысл делать вид, что мы с ним в одной лодке, когда это совсем не так? Не будь я свидетелем убийства, не втянула бы его в погоню, чуть не закончившуюся гибелью нас обоих.
Но это за мной охотятся! Это меня хотят убить! А Алекс просто оказался рядом.
Да и чёрт с ним! Он ведь не хочет иметь со мной ничего общего, так я выполню его желание, избавлю его от риска быть застреленным. Теперь он сам по себе,
