обращусь в зомби.
— Ну, этого нельзя исключать.
— А иди ты на фиг! — всадница сорвалась на хрип, — Пока я жива! И это несмертельная рана. Ты велосипедистка, у тебя должна быть аптечка. Что у тебя там есть?
Пригляделась к шее Иры:
— Тебя тоже укусили?
— В меня стреляли.
— Капец! Это автоматчики?
— Нет, раньше, на Муромце.
— Так, давай смотреть аптечку, — она спешилась, — Если что меня зовут Марина.
— Я Иа, — Ире пришлось сегодня картавить больше обычного.
— Очень приятно. Точнее не очень. В таких условиях.
— А как зовут коня?
— Анчар. Есть такое дерево смерти, Анчар.
Ира заметила еще одну сумочку на чужом велике, около руля. Наверное это и есть аптечка. Разомкнув липучку, Ира вытащила содержимое наружу. Три презерватива. Что еще? Несколько бактерицидных пластырей в упаковке, да пластиковая емкость с хлоргексидином. С последнего Ира отвинтила колпачок и полила себе на шею.
— А мне? — Марина протянула руку.
— Держи, — а сама Ира разорвала пакетик с пластырем и заклеила рану на шее.
— А, — Марина скривилась, обмывая антисептиком укус. Стала разглядывать:
— Мне не нравится, что припухло. Это воспаление. Глубоко, зараза. Сначала кровь так хлестала, ты бы видела.
— Представляю.
— Дай пластырь. Так, давай расставим все точки над и. Откуда ты приехала, там опасно? У меня есть шанс проскочить?
— Куда?
— Куда-нибудь на материк.
— Нет. Зомби у Московского моста, а на мосту к левому и правому берегу всё забито горящими машинами.
Коню было скучно, он прядал ушами и, поворачивая длинную шею, смотрел умными глазами.
— А за мостом? В сторону Десны.
— По-разному.
— Понимаешь, в устье Десны, на севере Муромца есть дамба, она отделяет Черторой от Десны, Черторой там начинает течь параллельно Днепру, с другой стороны Муромца. По дамбе можно перебраться на левый берег, почти к Троещине. Но если я поскачу туда и дамба окажется перекрыта, я напрасно потрачу время и конские силы. И потом неизвестно, прорвусь ли я обратно на Труханов.
— А на лошади нельзя переплыть через Черторой?
— Я не знаю, никогда не пробовала плавать на лошади, и не буду пробовать. Хорошо. Куда ты путь держишь?
— На Гидропарк. Мне нужно спасти там одного человека.
— Там пролив, Долбычка. Как ты переберешься?
— Буду решать проблемы по мере возникновения.
— Хорошо, — Марина кивнула, — Я поскачу рядом с тобой к Долбычке и посмотрю, как ты будешь решать.
Марина села на Анчара, Ира на велик, и они неспешно двинулись по дороге. На развилке был зеленый газон с беседкой — три лавочки лежащей буквой «П», плоская крыша. На досках кто-то забыл бумажный стаканчик.
— Прямо, — сказала Марина.
— Почему?
— Потому.
— Вот там, если налево, тебя укусили?
— Нет, там ворота и частная собственность.
По пустому шоссе они попали в сосновый лес. Пахло смолой, у обочин лежала бурая хвоя. В стороны отходили тропы. Дорога плавно поворачивала. Ира ехала медленно. Мерно стучали и копыта.
— Может чуть быстрее? — спросила она.
— Нам еще придется, я думаю, быстрее. Сохраняй силы. Ты как смерть выглядишь. Я вот что думаю…
Ира молчала, Марина продолжила:
— Я приехала от строящегося моста, что с Рыбальского сюда. Хотела по нему перебраться на Рыбальский остров.
— Ага.
Над ними в небе проплывали сосны…
— Там запустение такое около этого моста, и железобетонные такие хрени вдоль опор поднимаются к полотну. Я могла без лошади по ним зайти. С берега видно, что кажется на Рыбальском спокойно, нет ни пожаров, ничего такого. Но я не хотела бросать Анчара, понимаешь. Я раньше видела эти хрени и забыла просто, что они слишком круто поднимаются, очень большой угол. И разделены на сегменты. То есть на лошади это дохлый номер. И вот я там покрутилась немного и поехала дальше по той же стороне Труханова, что на Подол смотрит. Я думала добраться до Пешеходного моста. И туда ведет такая дорога из плит. Ну и потом пляж рядом. И там знаешь, я попала. Вот там была самая жесть. Я как-то задумалась, а они выскочили из кустов и меня окружили, мертвые пляжники, прикинь? Такие дядьки, тетки в купальниках, дети. Они меня стащили значит с Анчара, я на плиты гэпнулась, сразу вскочила, опять на Анчара, но в это время меня укусили. И вернулась потом на конную базу. И меня там прогнали. И я…
Марина замолчала. Сосняк стал перемежаться лиственным лесом — березами да клёнами. От развилки, где в стороны ветвились две грунтовки, впереди завиднелся мост над дорогой.
— Вот, это интересно, — сказала Марина.
— Это что за мост?
— Это другая часть того же Воскресенского. Она идет на левый берег, в Русановские сады. Я не знаю, как здесь, но по мосту вполне реально перебраться, он достроен.
— Мне нужно в Гидропарк.
— Я помню.
Издалека, в проеме между деревьями, казалось что мост состоит из двух уровней, но подъехав ближе, Ира поняла, что это ниже полотен моста, на поперечных балках опор лежат словно огромные металлические рельсы. Ира еще подумала — наверное, придется как-то залезать на них и идти. А слева, предшествуя мосту, за сетчатой оградой была площадка с несколькими времянками, какими-то железными конструкциями, затянутыми в брезент. Между площадкой и мостом приютились низенькие воротца, открытые.
Из них к дороге нестройной толпой пошли мертвецы.
— Вот теперь ускоримся! — Марина, едва держась на коне, погнала его, топот копыт зачастил. Ира переключила передачу и крутила педали вовсю. Толпа оказалась за их спинами и потянулась следом, но отстала и начала топтаться под мостом. Ира с Мариной мчались дорогой дальше.
— Ну его нафиг этот мост! — крикнула Ира.
— Поддерживаю!
Отъехав порядочно, но еще в виду моста, они замедлились. Указатель со стрелкой приглашал в сторону, к некоему забору, обещая пиво, баню, квас и отдых просто класс. Через десяток метров, у дорожки, посыпанной битым асфальтом, висела табличка про бани.
— Не хочу даже представить, что там творится, — сказала Марина.
Шоссе всё петляло вдоль берез, ясеней, тополей. У отходящей налево грунтовки, за плакатом с картой-схемой веломаршрута «кросс-кантри» раскорячилась очередная беседка. В ней на лавочке сидел мертвый мужичок в плавках. Он проводил едущих поворотом головы, встал и потянулся следом, упал и пополз, не пытаясь подняться.
Шоссе вытянулось в прямую линию. Далеко в просвете шеренг деревьев показался Правый берег.
— Погоди, — Марина перевела Анчара на шаг.
— Что? — Ира тоже притормозила.
— Мы так приедем в самый центр острова, там где люди, забегаловки, выход на Пешеходный мост. Реальная возможность перейти на Правый берег. А к Долбычке это надо было свернуть где та беседка и зомби в трусах. Тебе обязательно снова возвращаться к зомби?
