Лицо побелело. И всем показалось, что девушка сейчас упадёт в обморок.
Макр и Крис знали, что у госпожи редко бывали такие припадки после гибели матери на её глазах.
– Вилика Маржиновна! – подскочили. – Дышите глубоко!
Барс, расширив глаза, пробежал ими по взволнованным телохранителям и сразу же перевёл взгляд на любимую. Она как будто начала задыхаться. Изящные кисти затряслись сильнее. Он увидел, что Вилика впадает в истеричное состояние, и сделал то, что считал правильным в этом положении, – хлестнул ей пощёчину.
– Перестань!
Макр и Крис вообще выкатили глаза, как бараньи яйца, однако не вмешались, понимая, что он прав. Они не могли такого сделать и не знали, как приводить госпожу в чувства в таком состоянии.
Барс схватил её за предплечья и встряхнул.
– Вилика! Приди в себя! Мы найдём его, если он жив! Слышишь? Я на всё пойду ради тебя! Мои друзья здесь. Твои телохранители здесь. Люди Маркуса тоже. Все тут ради тебя и твоего отца. Все готовы искать его. Вилика!
Его голос доносился до неё, как эхо из глубокой пещеры. Барс неожиданно для всех проорал:
– Пошли все вон!
Парни не сразу поняли зачем. Однако когда он впился ей в губы своими, а руки начали расстёгивать ей джинсы, быстро вышли в другой зал.
– Он… – выпалил Крис и замолчал, глядя широко распахнутыми глазами на друга.
Макр спокойно закрыл обветшалую дверь.
– Он прав. Возможно, в её таком состоянии это будет лучшее лекарство.
Остальные помалкивали. Друзья Барса давно уже поняли, что босс влюблён по уши и точно всё сделает для этой хрупкой рыжей принцессы.
Вскоре все услышали стоны девушки. И, несмотря на то, что вся компания, по сути, была развязной по своей натуре, в этом случае многих охватило смущение.
Грам вытащил мобилку и набрал Гаря, чтобы узнать, как в клубе босса дела, да и вообще в Коврополе. Не появились ли должники и все ли исправно платят дань.
Его разговор заглушил сладостные стоны девушки. И её телохранители благодарно ему кивнули. А людям Маркуса вообще не хотелось, чтобы на них все смотрели волком. Они молча пошли дальше.
Барс раздел любимую до половины снизу и, крепко держа, насаживал на себя. Тело Вилики, скованное до этого будто тисками, находящееся в некой судороге, стало постепенно расслабляться. Каждая клеточка задышала в унисон с его дыханием. И где-то в джунглях встрепенулись большие бутоны ароматных цветов. Вспорхнули птицы, закружили рыбки в водоёме. В сознании девушки паника сменилась сладостью. Сладостью восприятия физического притяжения с ним – любимым мужчиной. Он – сильный, смелый, страстный и напористый, как ураган, купал её сейчас в мёде, как в ванне, и всем своим нутром обещал ей большее. Удар, ещё удар. Стон, сорвавшийся с губ девушки, сделал его смелее. Тело прижалось так плотно, что ей показалось, мужской орган достанет до матки. Нектар, таящийся в девичьих глубинах, вырвался, как ручей из зарослей, и залил чашу спасения. Да! Именно так можно было сейчас охарактеризовать это соитие здесь и сейчас: «Спасение! Спасение её из тьмы, куда хотело затянуть подсознание, растворить в трясине горя и слёз и долго не давать покоя.
Толчок, ещё и ещё. Взрыв любимого дал ей такую мощную волну энергии, что она распахнула глаза и замерла.
Барс погладил её по ягодицам и отошёл.
Вилика повернулась, глядя, как он одевается.
Она невольно осмотрела себя и рассмеялась.
– Прикольно я выгляжу. Голая в бронежилете.
– Сексуально, – оскалился Барс.
Девушка тоже оделась и только собралась на выход, как почувствовала его крепкие объятия и горячее дыхание у ушной раковины.
– Я люблю тебя.
Его шёпот будто обжёг ей ухо.
Она повернулась и встретилась с губами любимого.
Ещё миг, и они вышли к остальным.
Парни смущённо потупили взгляды.
Тут настала очередь Барса рассмеяться.
– Вы все как стыдливые мальчишки! Успокойтесь, я не похотливый идиот. Так надо было.
Большинство кивнули. Макр подошёл.
– Мы знаем, – и тут же виновато посмотрел на госпожу. – Вилика Маржиновна, извините.
Она кивнула, стараясь не смотреть ему в глаза, так как тоже ощутила стыд всей кожей.
– Что вы не исследовали дальше территорию? – усмехнулся Барс.
Те отрицательно слегка покачали головами.
Барс взял одного пса и показал тому вперёд.
– След!
Собака стала принюхиваться. Вслед за ней и второй пёс подключился, которого держал на поводке Крис.
Они прошли ещё пару пустых помещений. В одном лежали на полу колонны кусками. В другом – просто старый хлам: камни, сухие растения и даже зазевавшиеся насекомые. Вилика жутко не любила их, и каждый раз при виде очередной букашки её передёргивало. Барса умиляло поведение любимой. Он всё время подтрунивал над ней:
– Принцесса… боится козявок.
– Это необычные козявки, а мерзотные. И ещё тут явно есть скорпионы.
– Есть, дамочка, – влез в разговор Барай.
Девушка нахмурилась.
– Мне всего восемнадцать!
– Простите, – буркнул.
Впереди их ждал глубокий колодец.
Вся компания с интересом заглянула в него. Бусин, Макр и Крис бросили камни.
– Глубокий.
– Пустой.
– Интересно, а в нём вообще была когда-то вода?
Переговаривались парни. Как вдруг собаки рванули к нему и начали царапать и рычать.
– Что? – удивился Барс. – Они, похоже, считают, что твой отец там.
Вилика перегнулась через каменный круг и крикнула в колодец:
– Папа!
Барс едва успел её удержать, чтобы она не упала в него вниз головой.
– Что ты творишь?! С ума сошла?
– Собаки указали туда. Надо спуститься, – заморгала.
– Хорошо. Спокойно, – повернулся к друзьям. – Давайте снаряжение. Будем спускаться.
Первыми начали спуск Макр и Крис, за ними Барс с Виликой, дальше все поочерёдно.
Колодец оказался глубоким, примерно сорок метров, пока они оказались на твёрдой поверхности. Огляделись: темно, но местами были отсветы от солевых наплывов. Зажгли фонари и, озираясь по сторонам, повели впереди себя собак. Псы уверенно тянули вглубь пещеры. Сквозь узкий лаз, пробитый сквозь хаотическое нагромождение известняковых глыб, проникал тусклый свет фонарей, едва рассеивая плотную тьму, царившую в чреве пещеры. Каждая капля, срывающаяся со сталактитов, разбивалась о каменный пол, отзываясь гулким эхом в недрах подземелья. Запах сырости и древности пронизывал воздух, смешиваясь с землистым ароматом минералов.
Вглубь вела тропа, протоптанная, казалось, не людьми, а самой природой. Стены пещеры, покрытые причудливыми узорами, будто рассказывали безмолвные истории о веках, проведённых в забвении. Здесь и там мерцали крошечные кристаллы, отражая слабый свет, создавая иллюзию звёздного неба под землей.
Вскоре лаз расширился, открывая взору огромный зал. В центре возвышался сталагмит, массивный и величественный, подобно каменному стражу. Его поверхность была испещрена бороздками и трещинами, свидетельствующими о тысячелетнем росте. Вокруг простиралось озеро кристально чистой воды, в котором, будто в зеркале, отражались своды пещеры.
Здесь, в глубине земли, время теряло свою власть. Тишина была настолько полной, что казалось, можно услышать биение собственного сердца. Пещера дышала прохладой и умиротворением, будто приглашая забыть о суете мира и погрузиться в созерцание вечного.
– Красиво… – прошептала Вилика, – но жутковато. Подошла к озеру, присела на корточки и поболтала в нём рукой. – Брр. Ледяная.
– Ещё бы… – усмехнулся Барс. – Но какая чистая, так и тянет искупнуться. – Что он и сделал. За ним попрыгали почти все парни, кроме телохранителей Вилики. Те бдительно несли службу, внимательно наблюдая по сторонам. Псы, на удивление, тут потеряли след и просто сели у озера.
– Барс, у собак странное поведение. Почему они не рыщут дальше?
Он взялся за каменный уступ, подтягивая мускулистое, накачанное тело, и вылез.
Все парни плавали обнажёнными, чтобы не идти потом в мокрых трусах. Вилика стояла к ним спиной. Барс оделся и подошёл.
– Милая, я не могу влезть к ним в головы. Но, похоже, они потеряли след.
– И что дальше? – повернулась с распахнутыми глазами.
– Думаю, вот для такого случая нам и нужен баран. – Оглянулся и подозвал того без обращения: – Есть соображения, куда нам дальше?
Мужчина кивнул.
– Если такие умные псы тут замерли, значит, человек, которого мы ищем, отсюда никуда больше не ушёл.
– В смысле?! – взвизгнула девушка. – Его же
