продолжает Эйприл ‒ пацан надрывается «дак говорю же, в магазине жену Макара ебёт».
‒ А я переспрашиваю ‒ продолжает Айвенго уже красный от хохота и на полусогнутых ‒ это ту толстушку? А пацан кричит «да-да, эту жирную корову» и убегает.
‒ Мы запрыгиваем в тачку и уже собираемся ударить по газам, как вдруг видим, ты идёшь ‒ рассказывает Храпунцыль.
‒ Ну а дальше, ты сел в машину, напиздел что ходил помочиться, спотыкнулся и упал о ёбаный камень ‒ говорит Круглый.
‒ Мы над тобой сразу угарать не стали ‒ говорит Эйприл ‒ ты был такой удручённый и, и …
‒ Ясно ‒ говорю я, и мы садимся в машину.
‒ Ну и куда дальше двинем ‒ спрашивает Айвенго ‒ что дальше по плану?
‒ Ну судя по всему, мы книгу так не найдём ‒ говорю я ‒ надо пошарить на чёрных рынках, аукционах и т.д.
Тут подбегает библиотекарша и стучит в окно. Эйприл опускает стекло и библиотекарша говорит:
‒ Съездите в «Петушки», там должна быть.
Мы говорим «спасибо» и стартуем.
***
«Стартуем» было громко сказано. Тачка у нас не заводится, а у Эйприл разрывается телефон.
‒ Что случилось? ‒ Говорю ‒ бенз кончился?
А Эйприл ты́ркает телефон и говорит:
‒ Нет, бензин не закончился ‒ говорит ‒ а вот Эдуарду Валерьяновичу походу кранты.
‒ А кто он такой? ‒ Спрашивает Толстый.
‒ Да, кто он? ‒ Спрашиваю я.
‒ Это лошара, который взял эту тачку в каршеринг и сейчас рулит ей. Ему тачку отключили по GPS и грозят оторвать яйца.
И после небольшой паузы Чупа-чупс выдаёт:
‒ Получается, нам нужна новая тачка?!
Мы должны были стать наркоманами и умереть от передоза. Должны были напевать блатной РЭПчик в рваной фуфайке в тюрьме и закончить с тюбиком. Должны были сдохнуть от СПИДа и не мешать нормальным людям жить. Так поступают все нормальные отбросы нашего возраста и похожей историей. Но мы захотели жить, и я кричу:
‒ Давай спи́здием другую машину!
Мы стоим на окраине посёлка возле гаражей. Эйприл смотрит в свой телефон и говорит:
‒ Нам нужна русская машина.
‒ А почему русская? ‒ Спрашиваю я.
‒ Да ‒ вмешивается Круглый ‒ почему русская? Давай хотя бы вон того корейца?
‒ Нам нужна русская тачка ‒ говорит Эйприл ‒ потому что она наверняка заведётся, если она вообще работает.
И вот я сдираю крайнюю плоть изоляции с выдернутых с замка зажигания проводов. Дверь мы открыли так: я тянул ручку, а толстый стучал кулаком по замку. Это тоже вычитала Эйприл. Меня периодически ебошит током. Иногда сильно, иногда очень сильно. А Айвенго стоит на шухере и нагнетает обстановку своим ‒ «давай быстрей-быстрей, что ты там возишься как целка в кустах на выпускном». Эйприл смотрит в свой телефон и показывает мне какой проводок с каким соединять, а я уже боюсь их трогать, у меня руки трясутся.
Вжих-жих- жих- жих- жих…
‒ Еее!
‒ Отцепляй эти два проводка обратно ‒ кричит на меня Эйприл ‒ сейчас стартер сожжёшь!
Толстый втискивает свою тушу на заднее сиденье и вот теперь мы по-настоящему стартуем.
***
Едем. За рулём теперь Круглый. С этой коробкой Эйприл не справилась. Она в руках сопливой хрустела, как спина девяностолетнего посыпается песка из собственной жопы на гололёд. Я смотрю в свой телефон и говорю:
‒ Ктоооо… кто проживает на дне океана?
А Эйприл шпарит по нарисованной на телефоне клавиатуре точно бухгалтерша из конторки где кони пальто не снимают. Чупа-чупс наклоняется к моему телефону и говорит:
‒ Ты что, не знаешь? Запомни раз и навсегда ‒ это губка Боб квадратные штаны!
‒ А что ты там всё строчишь? ‒ Спрашивая я у Эйприл.
А она мне отвечает:
‒ Рассылаю приглашения на свадьбу.
– О, привет. Ты кто? ‒ Доносится из динамика моего телефона.
И Айвенго спрашивает:
‒ Какую нафиг свадьбу?
А по радио играет так себе музыка и блеет человеческий голос.
‒ На твою с ГГ ‒ говорит Эйприл ‒ вы два пидара, которые решили пожениться.
И Толстый сразу же отвечает:
‒ Чур я сзади.
Голос из радио перешёл с блеянья на вой. Я убавляю громкость и спрашиваю:
‒ Какого хуя?
‒ Вы два пидараса ‒ отвечает Эйприл ‒ которые решили зарегистрировать свои отношения и пригласить на свой свадебный гейпарад очень богатых людей.
– О, привет. Ты кто? ‒ вновь доносится из моего телефона, а Эйприл О Нил продолжает:
‒ И теперь секретарши этих людей пришлют вам открытки с поздравлениями и деньгами. Потому что их бос так скажет «отправь этим пидарам цветы и поздравления». Потому что их бос всех пидаров не помнит, но на всякий случай поздравит, вдруг вы важные гандоны?!
‒ Чистая тварь! ‒ говорю я с искренним восхищением.
А Эйприл злобно смеётся задрав голову и продолжает:
‒ А в открытках каждая секретарша вам напишет, какие вы молодцы, и смелые, и современные, и счастья, и любви вам пожелает, и засунет одну-две фиолетовых бумажки между строк.
– О, привет. Ты кто? ‒ снова из моего телефона.
А Айвенго кричит на нас:
‒ Тише, тише ‒ и прибавляет радио.
‒ Люди начинают выходить на улицы с плакатами ‒ голос из радио ‒ «смерть пришельцам», «братья по разуму», «давайте жить дружно!» и ещё много всякой белиберды. Власти не могут дать адекватный ответ о происходящем, и шум набирает обороты.
А из моего телефона опять доносится:
– О, привет. Ты кто?
И у меня случается очередной срыв.
***
Самокрутку лучше скручивать с тонкой бумагой. «ОСВ» в коробке чёрного цвета с серебряными буквами для этого подходит лучше всего. Она не имеет собственного вкуса и запаха, но из-за своей минимальной толщины легко рвётся. Скрутить такую без машинки нужен опыт и тонна изорванной макулатуры за плечами. Органическая бумага вроде как из конопли, но её не советую, странный привкус. Но если вы конечно злостный greenписовец то вперёд, добро пожаловать в ад. Толстенная бумага «MASCOTTE» простит
